Связанные Неприятности (СИ) - "AnnKo"

— Во-первых, — голос Барни пророкотал под сводами зала, заставляя хрустальные подвески на люстре мелко дрожать. — Выгодой будет то, что наши «Черные крылья» не превратят вашу столицу в груду пепла за один вечер. Это, согласитесь, существенная экономия на восстановлении города.

Филипп сглотнул так громко, что это было слышно даже в коридоре.

— А во-вторых? — всё же выдавил он, цепляясь за подлокотники кресла.

— А во-вторых, — я мягко перехватила инициативу, — «Светлый Ключ» станет регулятором. Вы ведь заметили, что магия в ваших землях в последнее время стала нестабильной? Герцог Максимилиан высасывал её, как паук. Мы восстановим баланс. Мы вернем в Верхний мир порядок Созидания. Вашим магам больше не придется воевать за крохи силы — её будет достаточно для мирных нужд.

Я сделала паузу, давая королю осознать масштаб предложения.

— Мы предлагаем вам процветание вместо разрухи. И всё, что от вас требуется — просто подписать этот Эдикт и больше никогда не присылать ко мне налоговых инспекторов.

Филипп задумчиво почесал свой абсолютно гладкий, блестящий лысый затылок. Было видно, что его монарший мозг лихорадочно работает: судьба королевства его, судя по всему, волновала в последнюю очередь, а вот выжать из нас какую-то личную выгоду — это святое.

Я поняла, что пора пускать в ход тяжёлую артиллерию «дизайнерского искушения».

— А ещё, Ваше Величество… — я сделала многозначительную паузу, понизив голос до заговорщицкого шепота, будто сообщаю государственную тайну. — В знак нашего особого расположения, я лично свяжу для вас эксклюзивный парик —«Красивая шевелюра».

Филипп замер, и его рука застыла на лысине.

— Особенность его в том, — продолжала я, стараясь сохранять максимально серьёзное лицо, — что как только вы его наденете, ваши волосы — вернее, то, что магия создаст, — превратятся в каскад золотых локонов. Они будут виться, переливаться на солнце и так блестеть, что все модницы вашего королевства просто сдохнут от зависти прямо на балу. Это будет не парик, Ваше Величество, это будет чистая иллюзия жизни и достатка.

Я едва не прыснула со смеха, представив, как эта тощая «цапля» в короне будет вышагивать с гривой золотистого ретривера на голове. Барни за моей спиной издал странный звук — то ли кашлянул в кулак, то ли подавился смешком, а элитные «Черные крылья» у дверей так активно зашуршали крыльями, что по залу пронесся сквозняк.

Филипп замер. Его глаза, только что пустые и скучающие, вспыхнули таким фанатичным блеском, будто я предложила ему не парик, а бессмертие. Он машинально погладил свою блестящую лысину, и на его лице отразилась мучительная надежда.

— Золотые? — прошептал он. — Прямо как… как у солнечного эльфа? И будут виться?

— Мелким бесом, Ваше Величество, — серьезно подтвердила я, стараясь не смотреть на Барни, который за моей спиной издавал странные звуки, подозрительно похожие на подавленный ик. — И блестеть так, что кумушки в совете ослепнут. Это будет эксклюзивная работа, только для короны.

— Я согласен! — выпалил Филипп, едва не подпрыгнув в кресле. — Пинч, где бумаги⁈ Подписываем всё! Посольство, экстерриториальность, отсутствие налогов на тысячу лет… Пиши, что Элизабет Линд-Верн — святая женщина и величайший мастер эпохи!

Пинч застрочил в пергаменте с такой скоростью, что от пера пошел дым. Но триумф момента был бесцеремонно прерван. Снаружи, прямо под окнами каминного зала, раздался истошный женский визг, переходящий в яростную брань.

— Ты, чешуйчатая швабра! Куда потащила мой сундук⁈ — вопила какая-то дама.

— Сама ты швабра, овца верхнемирская! — послышался второй голос.

— Это имущество конфисковано в фонд восстановления Нижнего мира! — ответил им звонкий, подозрительно знакомый голос.

Мы с Барни переглянулись.

— Марта? — одними губами спросила я.

— И, кажется, твоя свита из Аурум-Валиса, — вздохнул муж, направляясь к окну.

Я выглянула следом. Картина была эпическая: во дворе «Светлого Ключа» столкнулись две реальности. Аристократки, которые не успели уехать утром, пытались отбить свои пожитки у… десанта демонических домохозяек.

Марта, в своем фирменном «рекламном» платье, брошь к которому я ей когда-то связала, стояла в позе сахарницы и вовсю переругивалась с той самой баронессой, что вчера топтала мои цветы. За спиной Марты пара «пустых» демонов, уже обретших плоть и одетых в приличные ливреи, невозмутимо грузили сундуки баронессы в навозную телегу.

— Что здесь происходит⁈ — взвизгнул Филипп, подбегая к окну и смешно вытягивая шею.

— Кажется, Ваше Величество, — я обернулась к нему с самой невинной улыбкой, на которую была способна, — это и есть начало «культурного обмена». Мои подданные прибыли принимать дела.

Глава 74

Осада «Черных крыльев»

Глава 74.

— Не выходите, Ваше Величество, — бросил Барни через плечо, и в его голосе я услышала странную смесь предвкушения и опасения. — Мы разберемся.

Мы вышли на террасу, и я невольно затормозила. За нами тенью скользнули «Черные крылья» — элита гвардии, воплощенная сталь и ярость. Но даже они, кажется, почувствовали неладное.

Картина была эпической. У портала, который я вчера в порыве чувств забыла «заштопать», стояла Марта. За её спиной плотной стеной выстроились мои бывшие клиентки — те самые дамы из Айзенвальда, что первыми примерили мои броши. Они выглядели как армия, готовая на штурм, но их целью была не власть, а… информация.

Рядом озирались мои воплощенные демоницы из Нижнего мира, хлопая длинными ресницами и поправляя платья. А с другой стороны на них, как на захватчиц, наступала баронесса со своей свитой.

Барни коротко кивнул своим бойцам. По его замыслу, суровые воины должны были просто встать между враждующими лагерями и молчаливым присутствием охладить пыл девиц.

Но стратегия Барнабаса потерпела сокрушительное фиаско.

Как только «Черные крылья» — высокие, атлетически сложенные, с загаром, будто вылитым из бронзы — попали в поле зрения Марты и её подруг, воздух в «Светлом Ключе» наэлектризовался.

Демоны повидали многое. Они сражались с хтоническими чудовищами и стояли на краю бездны. Но к тому, что их начнут делить, как свежеиспеченные булочки, они готовы не были.

— Ой, девоньки! Глядите-ка! — взвизгнула одна из кумушек, указывая на самого хмурого гвардейца. — А этот, крылатенький миленький! Сладенький какой! Чур, мой!

И толпа дам, ведомая Мартой, с восторженным воем ринулась на элитный отряд. Демоны инстинктивно схватились за рукояти мечей, но тут же отпрянули — нельзя же рубить женщин, которые пытаются пощупать бицепс и спрашивают, «чем это он так вкусно пахнет».

Я посмотрела на Барни. Мой суровый муж поморщился, как от зубной боли, глядя, как наших лучших воинов берут в кольцо, поправляют им капюшоны и пытаются накормить припасенными пирожками.

— Кажется, мы их теряем, — прошептала я, давясь смехом.

Но моё внимание внезапно переключилось. Баронесса, пользуясь всеобщей суматохой, бочком-бочком пробиралась к выходу, прижимая руки к груди. Я присмотрелась: она что-то упорно пихала себе в корсет, явно стараясь скрыть добычу.

— Барни, — я ткнула его локтем в бок, — посмотри на нашу «пострадавшую». Кажется, она решила прихватить с собой сувенир на память. И, судя по её лицу, это не пирожок.

Глава 75

Послевкусие победы

Глава 75.

— Ей это не поможет, — хмыкнул Барни, наблюдая, как баронесса пытается изобразить невинность, хотя её корсет топорщился самым странным образом. — Сколь ни обряжай обезьяну в платье, она леди не станет.

Он не сделал и шага, но каким-то чудом мгновенно оказался прямо перед ней. Его рука требовательно замерла в воздухе.

— Брошь, миледи, — оскалился он так, что у бедной женщины подкосились ноги.