Я сам дал согласие на подобные телепорты, но настроения это не прибавило. Особенно после того, как мне наконец изложили план дальнейших действий.
— Не назвал бы это балом, — Асфар флегматично пожал плечами. — Что-то среднее между собранием клуба по интересам и ведьмовским шабашем.
— Всё ещё звучит, как традиционный бал солнцестояния.
— Вы в чём-то правы, лорд Виктор, — несмотря на все мои просьбы, Гарра так и не стала звать меня «Вик». — Семьи великих домов Риида мечтали бы, чтобы Сумеречный Синклит гремел столь же громко, как и бал Знающих. Но в лучшем случае выходит слабое подражание, в худшем — жалкая пародия.
— Да уж, куда им до неповторимого оригинала, — проворчал я, прогоняя из головы некоторые образы двух прошедших балов. — Ничего, что этот… синклит приходится на разгар бойни?
— На затишье перед бурей, — поправил Асфар. — Обычно его проводят в межсезонье, но нынче царят странные времена. Формальный повод — перемирие и подтверждение уважения к правилам. Настоящая причина — интриги, политические игры, шпионаж. Будут делегации от всех великих домов, а также средних — из тех, что побольше. Но что главное — там будет Гримёр.
Я слегка неверяще уставился на моего друга и союзника.
— Откуда такие сведения?
— От меня, — тихонько сказала Гарра. — Его прошлое… дух, заключённый в кисти, тянется к настоящему. Шепчет, зовёт. Когда Гримёр прибывает в Риид, шёпот становится громче. Я знаю, где он будет завтра — следить за всеми на Сумеречном Синклите.
— И там-то мы его и прихлопнем?
— Зачем же так грубо? — устало усмехнулся Асфар. — Мы всего лишь возьмём его за жабры, а потом сразу отпустим.
Неизвестно, насколько можно было доверять нашёптыванию из старой кисточки — которого я, например, не слышал. Но Гарра и Асфар тоже были не чужды магическому искусству, так что изучали наш макгаффин собственными методами. По их расчётам, как только артефакт вернётся к своему прежнему хозяину, произойдёт кратковременный «всплеск воспоминаний». Тот, кто последним держал кисточку, взглянет на мир глазами Гримёра — буквально на миг, но этого мига окажется достаточно, чтобы «вспомнить» местонахождение и природу приза. Но что лучше всего, сам Гримёр вообще не должен понять, что с ним произошло. Кисточка исчезнет, не выдержав влияния Йхтилла, но память останется у Асфара. После этого мне достаточно будет провести всего одну последнюю вылазку, чтобы забрать приз из любого дома.
В последние дни Риид здорово попил моей крови, как фигурально, так и буквально. Но я всё ещё оставался самым сильным из людей и чудовищ на этой несчастной земле.
Что до плана — на мой вкус, слишком многое из него было отдано на роль ощущений, смутных предсказаний и непроверенного стечения обстоятельств. Но выбирать в самом деле не приходилось, поскольку время поджимало, а в сезонной бойне вообще не существовало такой вещи, как «честная победа». Если мы хотели нанести удар по Князю, сперва мишенью становился один из его верных послов.
В самом деле, что же могло пойти не так?
Глава третья
Поначалу мне было сложно представить, что на Рииде есть крупные города. Казалось, будто весь этот небольшой, медленно умирающий мир, целиком состоит из выжженных равнин, пустынь, редколесья и болот, сменяющихся клочками засеянных полей рядом с разрозненными поселениями, над которыми нависают глыбы великих домов. Но вскоре я изучил карты Высокого дома и стало ясно, что подобная картина преобладала не везде. От древних времён, когда знатные дома пытались объединиться в государства, остались города — разного размера и значимости. Какие-то оказались уничтожены во время состязаний, какие-то брошены из-за отравленной атмосферы, но часть выжила, сохранив вассальные отношения с одним, а то и несколькими великими домами. Крупнейшие существовали на правах полисов, пусть и далеко не столь продвинутых, как в Грюннвахте. Они оставались на самоуправлении, осторожно балансируя между доминирующими силами в своих регионах, по-настоящему не поддерживая никого.
Сумеречный Синклит проходил в Элкарне — городе, который стоял слишком долго, чтобы принадлежать кому-то одному.
— Не думал, что увижу у вас океан.
Наша делегация состояла всего из двух человек — Асфара и меня. Как ни странно, нас никто не встречал — если не считать шума прибоя, разбивающегося о подножие скалы. Элкарн в основном раскинулся внизу, отправив на верхотуру лишь пару сторожевых башен и древний маяк. Я предполагал, что телепорт доставит нас ближе к воротам, но в целом был не против продолжительного спуска — вид отсюда открывался превосходный.
— Как правило, океаны занимают большую часть территории любого узла, — меланхолично сказал Асфар. — Риид не исключение, пусть по нему сразу и не скажешь.
— С Землёй та же история. А вот насчёт мира Полуночи не уверен — в библиотеке не сохранилось ни одной достоверной карты.
— Позови меня, если захочешь составить новую.
Крупнейший из городов Риида не имел чёткой формы — как и положено очень старому месту. Он словно стекал вниз по наклонной местности — террасами, аллеями, изломами улиц и переулков. Одни кварталы вплотную прижимались к подножию скалы, почти врастая в неё, другие — портовые — теснили океан, возвышаясь над ним на массивных платформах.
Дома на окраине крепкие, округлые, с узкими окнами, некоторые — на толстых сваях, для защиты от наводнений. Почти никаких ярких цветов, крыши покрыты тёмной черепицей или серым металлом. Неяркое солнце Риида опускалось в океан, но даже в закатном свете Элкарн казался выцветшим, как старая гравюра.
Только в центре города застройка несла в себе что-то, кроме функциональности. По словам Асфара, там располагалось здание городского совета, резиденция губернатора, архивы, богатые гильдии и старые храмы, где нынче молились одному лишь Князю. Там же возвышался дворец собраний — тот самый, в который обычно и съезжались главы великих домов.
Нам до него было сперва спускаться, а затем топать добрую пару часов, но за это время я успел проникнуться к Элкарну определённым уважением. Здесь явно не пытались понравиться сильным мира сего, в основном выстраивая жизнь вокруг выживания в суровой среде. Город не бросал вызов великим домам, но и не склонялся перед ними — возможно, именно так он и выстоял на протяжении почти двух тысячелетий.
Мы вошли в Элкарн, где один за другим разгорались тысячи фонарей с магическими свечами.
— Прибыл лорд Асфар, господин Высокого дома и шести тысяч душ. С ним — лорд Виктор, хозяин Полуночи.
Церемониймейстер — по счастью, ничем не напоминающий Герольда, отвесил чопорный ритуальный поклон и пропустил нас дальше.
Гарра оказалась права, съезд великих домов Риида изо всех сил пытался достигнуть уровня бала солнцестояния, но, к счастью, терпел неудачу. Пространство внутри дворца собраний было огромно: десяток больших, богато украшенных залов, переходящих один в другой. Каждый зал отвечал собственной тематике — я подозревал, что она относилась к старейшим великим домам, но разница достигалась сочетаниями цветов, изображениями на гобеленах и магической подсветкой. Никакого фирменного безумия Знающих, скорее некий компромисс между местом для элитных вечеринок и старым музеем. Пока тут не начинали поедать прислугу — меня всё устраивало.
— Прибыла леди Сита из Дома Расколотого Неба.
— Тахир прислал вместо себя свою правую руку, казначея, — вполголоса прокомментировал Асфар. — Обычная практика для собраний в середине состязаний.
— На случай защиты от масштабной атаки, полагаю.
— Или для координации собственного нападения на конкурентов. Впрочем, это считается настолько низким ходом, что может навлечь немилость Князя на поколения вперёд. В основном, неявка — знак паранойи.
— Ну мы-то с тобой Князя расстраивать не по-любому собираемся, — пробормотал я. — К слову, давно хотел спросить, у вас что, нет фамилий или вторых имён?
