Когда шепот зовет бурю (СИ) - Добрый Владислав

После справки у присутствующих выяснилось, что Иваль — это крохотный городок, который взяли Вирак с приблудившимися ещё в самом начале. Вирак вообще старательно избегали меня. Что-то у них там в Ивале не заладилось: они его сожгли и захватили другой городок. Похоже, в этот раз все срослось. Сейчас они основательно там обосновавшись и занявшись плотно грабежом окрестностей, толком не отойдя даже от моста через Башенную реку — и благородной войной с местными сеньорами, с вызовами на поединки и групповыми схватками, всё очень достойно. Для благородных, разумеется. Тем, кому не повезло родиться в семье людей благородных, на благородное отношение рассчитывать не приходилось.

Я искренне сказал этому человеку, что не я начал эту войну. Но он, разумеется, не понял. Да и я не вполне прав. Это дело между мной и Астом Инобалом. Но я своим вторжением втянул в это дело тысячи других. Аст, конечно, давно мне не опасен. Он просто тень — его можно даже не замечать. Но я уже знал: если эта тварь получит возможность, кинжал в руки, то способна на любую подлость.

Пока я думал, что ответить, горожанина немного помяли, чтобы привить социальные нормы вежливости, но я остановил Дуката, который больше всех старался. И, преодолевая желание искренне извиниться перед человеком, у которого моя война отняла многое, если не всё, сказал:

— Я не терплю лишней крови, — и, уже громче: — И потому каждый, кто не сопротивляется, не должен быть убит.

Мне очень хотелось добавить что-то вроде «под моей защитой», но я знал, что это было бы ошибкой. Не в этом мире, где иногда слова обязывают больше чем бумажные договоры в моем. Это невозможно. Грабить ведь всё равно будут. Это как война в моем мире, на которой попытаться запретить убивать. Тут это не просто часть войны, это её основная составляющая. Можно обойтись без битв, даже без убийств, но смысл именно в том, чтобы взять кучу добра. Люди вкладываются в инструменты, поднимают квалификацию, перенимают компетенции, ради прибыли. И они будут эту прибыль извлекать, ведь смысл в этом, на самом деле, а не в моих личных проблемах. Просто теперь это будет вопреки моей воле. А люди быстро привыкнут, что меня слушать не обязательно. Но даже такое моё благое пожелание, в некоторых обстоятельствах, вполне может спасти много жизней. По крайней мере, хоть кто-то откупится.

Велев увести пленных и кормить тех, кто будет работать, и не кормить тех, кто откажется — это очевидно касалось тех, кто не мог заплатить за себя выкуп — я устроился на походном стуле. Пока слуги готовили обед, я вскрыл первое письмо.

Мой сеньор,

Пишу кратко, пока Серебряная Палата отвлеклась на обсуждение новых ставок на зерно и очередной жалобы на пивоваров.

Вам поступают просьбы от малых городов во владениях Инобал вступить под ваше покровительство. Я настоятельно прошу — не принимайте их в союзники Караэна. Как и под свой стяг. Не сейчас.

Люди опасаются того, чего не понимают. Любые требования, выходящие за рамки привычного, они будут воспринимать как унижение и принуждение. Если вы возьмёте их сыновей под копьё, они отдадут их с ненавистью. И через год-другой вы получите не союзников, а врагов, ждущих удобного момента.

Предложите им простое: сделку. Выплату. Компенсацию за безопасность.

Деньги — язык, который все знают. Когда они платят, они чувствуют, что покупают себе жизнь. И как бы ни была плоха цена, раз она уплачена — они станут сами доказывать, что сделка была правильной. Это сводит мятежи к минимуму.

Важно только одно: чтобы они верили, что именно покупают. И что при желании могут купить больше.

Я подготовлю для вас форму соглашения. Продержите эти города в подвешенном состоянии — тогда они будут покорнее, чем если бы стали вашими союзниками.

С уважением, ваш преданный слуга Вокула.

Я машинально кивнул, будто выслушал его доклад. Эти письма не шифровались. Не было смысла, Небесный Змей летел пару часов. Но Вокула с врожденной осторожностью упоминал о продвижении наших планах по дискредитации Маделар вскользь и полунамеком. Он приплел пивоваров, которые были совершенно разгромлены и сейчас заняли нишу частной милиции, но ничего не сказал о Маделар, упомянув лишь зерно. Зерно — это не просто товар. В Караэне зерно — это валюта, повод для войны и способ держать кого угодно за горло. Раз они опять о зерне спорят — значит, что-то у нас в долине идёт совсем не так. Как я и ожидал.

Кстати о Маделар. Маделар полностью провалили снабжение. Красавцы. Можно было бы удивиться, но я чуть лучше их узнал их за это время. Похоже, удивляться нечему. Я перепутал их с частной семейной фирмой моего мира. А они больше похоже на этническую банду, организованную по семейному признаку.

К счастью, у местных оказались запасы. Часть мы разграбили — в меру необходимости, без лишнего. Просто потому, что нет грузовиков и поездов, с собой трудно много унести. Но можно увести, и потому вместе с обозами гнали отары овец. Часть местные сами начали выдавать по необходимости, когда поняли, что мы тут не просто мимо проходим, а прям всерьез и надолго.

И это… чертовски удобно.

Не просто «повезло», а удобно на уровне логистики. Словно перед моим маршем кто-то заранее организовал склады — по пути, с правильным шагом, через каждые пару дней. Потому как носимой еды и воды, как опытным путем выяснилось, на себе очень трудно унести больше чем дня на три. Особенно, если место на телеге уже занято чужим добром. У всадников еще лучше. Дикая вольница движимая единой целью быстро самоорганизовалась и уже давно мы приходим на все готовое, потому как кто-то подсуетился, выехал вперед и захватил овес для лошадей, зажарил баранов и теперь ждет своих на удобном для стоянке месте. За это он получает уважуху от всех четких пацанов.

И даже без моего вмешательства, все, и пешеходы и всадники не перестают ругать Маделар, которые говорили, что это все они возьмут на себя.

Маделар настолько тупые, что провалили всё, включая собственные же спекуляции, и никто из них не умеет думать дальше одной недели вперёд.

В следующем письме Фанго осторожно пересказывал слухи, что я, якобы приблизил к себе колдуна и пытками выведываю у него тайны сношения с демонами. Мда. Это они о Зартане. Минусы быть человеком заметным. Любое твое действие немедленно обрастает ужасными слухами. Даже мужика спокойно попытать нельзя. Молва, кстати, в этот раз на удивление близка к правде. Наверное, пора навестить колдуна. Я дал ему пару дней настояться. Я не торопился переходить к действительно необратимым пыткам, поскольку так и не решил, как к нему относиться. Он мог быть полезен. И, раз его первый порыв был просто прийти ко мне в Караэн, возможно с ним можно сотрудничать. А он упрямился, таил информацию и просил гарантий.

Глава 3

Балдгар

Говорят, у финиша открывается второе дыхание. Это работает только для тех, кто смог до финиша добежать. И я смог. Ладно, уже привычно приходится себя одёргивать, манера держаться со всеми так, как будто ты лучше, накладывает отпечаток — я скорее тренер. Но мои всадники, не меньше пары сотен, моя пехота, сотен семь, и огромное число обозников доплелись, добрели до Балдгара.

Отстало чуть больше половины войска, но я рассчитывал и на худшее: в лагере у Башенного моста уже высадились две бранкотты — одна свежесобранная новыми и оттого очень ретивыми союзниками в Долине, одна опытная, присланная Джевалом из-под Селларе, — и сейчас должны идти сюда. Надеюсь, всё же, идя по разорённым местам, им придётся идти быстрее, и этот путь не займёт у них две недели.

Кроме того, ещё не меньше двух сотен были в лагере рядом с тем городком у перекрёстка.

Во времена студенчества я устроился на подработку разнорабочим. Строительная бригада, меняли и чинили колодцы. Чтобы до них добраться, иногда приходилось сколоть чуть ли не полметра старого асфальта — слоями за годы наложенного друг на друга. Как раз работа для человека с незаконченным высшим. С тех пор я не люблю физическую работу почти так же, как местные благородные люди. Зато верю в то, что человек с ломом способен на чудеса, если оплата сдельная.