Сталь и магия (СИ) - Шу Алекс

— Искры, сосредоточия, — Айрин озадаченно наморщила белоснежный лобик. — Тарабарщина какая-то.

— Это магия Ваше Королевское Высочество, — сообщила служанка. — Я объяснить могу, но боюсь, что-то скажу неправильно. Лучше Верховного Магистра расспросить.

— Хорошо, спрошу, — царственно кивнула Айрин, входя в роль принцессы. — Вот что мне поясни: ты сказала, меня пытались убить какой-то «серой плесенью», кто мог это сделать?

— Я не знаю, Ваше Королевское Высочество, и никто не знает, — выпалила Майя.

Взгляд служанки на секунду виновато вильнул. Она смущенно потупилась и покраснела.

— Ты что-то от меня скрываешь, — Айрин двумя пальчиками подняла подбородок Майи и заглянула ей в глаза. — Говори.

— Я действительно не знаю, люди многое говорят, но это всё слухи, — тихо ответила служанка и покраснела ещё больше.

— Какие слухи? Рассказывай, я хочу всё знать, — требовательно приказала принцесса.

— Ваше Королевское Высочество, пощадите меня, — пропищала Майя. Глаза девушки наполнились слезами.

— Если расскажу, а вы проговоритесь, что узнали от меня, долго не проживу.

— Говори, — в голосе Айрин прозвучала сталь. — Это приказ! Не бойся, я тебя никому не выдам. Кто мог попытаться меня убить⁈

— Ваша мачеха, Леди-Регент, баронесса Ланета Оргвельд, — дрожащим голосом пропищала Майя и всхлипнула. — Теперь мне конец.

Глава 2

Макс-Стэн. В логове нищих. Знакомство с Тори. Разговор с главарем

В пробуждающее сознание ворвался шум: сперва глухой и неясный, потом уши уловили шелест дождя и стук капель, барабанящих по крыше, завывающий ветер, порывы холодного воздуха, проникающие в каждую клеточку тела.

Макс застонал и пошевелился. Все тело отозвалось взрывами боли. Открывшиеся глаза увидели крышу над головой, темные подгнившие доски пола рядом. Из прорех наверху, сквозь черные тучи виднелись светлячки звезд, мутные капли, одна за другой молотили по полу, расплываясь в лужи, медленно стекающие вниз сквозь трещины и отверстия в половицах.

— Эй ты, урод! Не дергайся! Лежи себе тихо, — раздраженно крикнули слева. — Спать мешаешь.

Макс повернулся на бок, снова резануло болью по всему телу.

«Такое впечатление, словно меня долго и старательно били. Может быть даже ногами», — мелькнуло в голове.

Слева от него лежал мужик в лохмотьях. Грязный, ладони обмотаны какими-то черными тряпками, на правой руке не хватает мизинца и безымянного пальца. За ним в ночной мгле виднелись другие лежащие обитатели полуразрушенного дома с дырявой крышей. Все в рваной одежде, многие в разбитых сандалиях, парочка даже выставила немытые грязные пятки с обломанными черными ногтями, больше похожие на когти чудовищ.

Макс поморщился. Обоняние уловило вонючий запах давно немытых тел.

— Чего кривишься, ублюдок? — прошипел оборванец. — Мало дали? Так мы всегда добавить можем. Ты здесь сейчас только из милости находишься. Нам такие гордые не нужны. Просить он, видите ли, не хочет. Если бы брат за тебя не заплатил, валялся бы на улице, мок под дождем и медленно подыхал.

«Я, наверно, сплю», — ошеломленно подумал Макс. — «Не может быть такого в реале. Только несколько минут назад сидел в „мустанге“ ехал вместе с любимой девушкой и тут, грязь, вонь, развалины, бомжи рядом. Бред».

— Молчишь, — усмехнулся мужик в лохмотьях. — Правильно делаешь. Учти, сегодня ночуешь здесь в последний раз. Ули приказали в эту ночь тебя не выгонять. Не хочешь просить, будешь ночевать на мостовой. Таких одиночек, городская стража и охотники как раз ищут. Империи нужны новые, послушные солдаты, подходит время для новой кровавой Жатвы. Тень Терриоса уже нависла над этим миром.

— Точно, бред, — выдохнул Макс, пошевелился и снова поморщился от боли. — Какая империя, какой Терриос? Этому кошмару пора бы уже закончиться. Задолбался вдыхать вонь. Уважаемый, вы бы не могли отодвинуться подальше, я, конечно, понимаю, что это сон, но от вас слишком смердит.

— Что ты сказал? — мужчина в лохмотьях, приподнялся на локте, — Мало дали? Так я добавлю. Смердит от меня, видите ли. Народ, в наше общество затесался аристократ. Его благородный нос воротит от наших запахов. Сейчас я ему вторую дозу лекарства выпишу, видимо, первая была недостаточна.

Мужик с кряхтеньем начал подниматься.

— Леро, не трогай его, Стэн тридцать минут в отключке валялся, еле в себя пришел, — прозвучал тоненький девичий голосок. С противоположного угла поднялась худенькая фигурка. На вид девчонке было лет пятнадцать, платье пестрело заплатами, но было опрятным и чистым.

— Вы же его побили сильно, вот башка потекла маленько. Сам не соображает, что говорит. Убьешь его, что Свену скажешь? Он будет вправе тебя на нож поставить, вся стая Хольца его поддержит, родная кровь всё-таки. То, что он воровать и просить не хочет, ничего не значит. Если Свен вошел в Воровское Братство и работает на Однорукого, это не значит, что простит смерть родного брата.

— Вот умеешь ты Тори настроение испортить, — буркнул Леро. — Ладно, пусть живет. Все равно, последнюю ночь здесь находится, дальше сам по себе.

Девчонка подхватила большую глиняную кружку, шагнула к бочке, стоявшей неподалеку, зачерпнула, и легко лавируя между лежащими телами спящих, проскользнула к Максу.

— Как ты, Стэн? — участливо осведомилась она, присев перед ним на корточки. — Вот попей, хорошая вода, родниковая. Тут недалеко горы и ручей, мы с мелкими всегда там набираем.

Макс, опираясь ладонями на пол, тяжело сел, и чуть не застонал от боли. Переждал несколько секунд, пока она стихнет, принял кружку из рук девушки, глотнул.

Ледяная вода живительно влагой растеклась по горлу, освежила и немного привела в чувство.

— Спасибо, — выдохнул Максим-Стэн, возвращая пустую кружку.

— Какой ты вежливый стал, — улыбнулась девушка. — Чудно.

Стэн промолчал. Что на это ответить, он не знал. Приподнялся, попытался привстать, избитое тело отозвалось всполохами боли.

— Хочу на воздух выйти, хоть ненадолго. Поможешь? — прохрипел парень.

— Помогу, — посерьезнела Тори.

Повернулась и крикнула:

— Ники, сюда подойди!

Из соседнего помещения молнией вылетел пацан лет двенадцати. Рыжие вихры взъерошены, яркие голубые глаза смотрят с затаенной хитринкой, чуть вздернутый нос щедро усеян задорными конопушками. Старая, потертая во многих местах залатанная одежда

Одет пацан был в залатанные во многих местах лохмотья, но в отличие от большинства обитателей, от него не шибало волной вони.

— Чего тебе, Тори? — буркнул он.

— Стэн хочет подышать свежим воздухом, надо помочь вывести его на крыльцо у кухни, одна я не справлюсь, — пояснила девушка.

— Понятно, — фыркнул пацан. — А не надо было из себя благородного строить. Просил бы как все, никто бы его не тронул.

— Ники, мы будем сейчас это обсуждать, или ты всё-таки мне поможешь? — нахмурилась девушка.

— Помогу, конечно, — вздохнул Ники. — Но не ему, а тебе, потому что, попросила.

Тори и Ники подхватили парня под мышки, кряхтя от натуги, поддержали, помогая стать на ноги. Придерживая с обеих сторон, повели в соседнее помещение.

В кирпичном очаге языки пламени лизали огромный котел. Трещали дрова, рассыпаясь ворохом огненных искорок. Компания чумазых детишек суетилась рядом, подкидывая в огонь обструганные щепки, нарезая на грубо сколоченном из досок столе, овощи. На девушку и пацана, поддерживающих шатающего парня под руки, никто не обращал внимания.

Ники и Тори протащили Макса-Стэна через всю комнату и пристроили у стены, рядом с выходом. На лицо парня упали ледяные капли, залетевшие в помещение. Парень глубоко вдохнул прохладный вечерний воздух и поморщился от боли в избитом теле.

Ники моментально улетучился к остальным детишкам, начал раздавать команды и подзатыльники. Тори тоже встала.