Черныш было заупрямился, когда его потянули в кустарник, справа от сосны, но Стэн скормил жеребцу сухарик, успокаивающе похлопал по морде. Затем аккуратно, но твердо, держа за поводья, провел через сплошную зеленую стену растительности, отгибая в сторону самые толстые и гибкие сучья, способные поцарапать круп коня.
Зеленый ковер из кустов и веток, заставляющий буквально продираться сквозь него каждый шаг, внезапно исчез. В метрах десяти от Стэна высился покрытый мхом и травой высокий холм с большим камнем, загораживающим основание.
«Дошел», — облегченно выдохнул парень. Он привязал поводом Черныша к ближайшему дереву и развернулся к камню.
«Что-то здесь не то», — Стэн покрылся потом, уловив неправильность. Веселое чириканье птиц, тихий шелест листвы, сопровождавшие всю дорогу, на этой поляне исчезли. Тишина была абсолютной, давила безмолвием и полным отсутствием звуков.
Это было последнее, что он успел понять. Листва дерева напротив шевельнулась, и прямо в грудь парня, выгнувшись стрелой, полетела зеленая змеюка, угрожающе раскрыв пасть с острейшими клыками.
Тело парня резко дернулось в сторону, и змея пролетела мимо. Но ещё до того, как она приземлилась на землю, молнией сверкнул выхваченный из ножен меч и в грязь упали уже две половинки тела бьющегося в агонии гада.
Багровые глаза внимательно оглядели поляну и деревья. Воин зловеще улыбнулся, поднял меч перед собой, готовясь к атаке. В тот же момент с деревьев гроздьями посыпались гадюки, а поляна перед холмом ожила, превратившись в шипящий и переливающийся чешуей змеиный ковер.
Меч с горящими рунами в руках воина завращался пропеллером, лезвие превратилось в одно стальное колесо, безжалостно рассекающее, перемалывающее всё живое, пытающееся преодолеть двухметровую дистанцию, очерченную оружием. Ошметки змеиных тел, чешуй, головы, кровавые брызги летели во все стороны, пятная листву, стволы деревьев и землю. Воин крутился волчком, работая клинком так, что его нельзя было различить, прыгал, отталкивался ногами от деревьев, меняя углы и места атак.
Через минуту яростной резни все было кончено. Разрубленные тела змей, хвосты, головы, склизкие внутренности валялись по всей поляне, кровавые лужи медленно впитывались в землю, карминовые брызги осели на листве и стволах деревьев, остались кляксами на мхе и траве покрывавшей холм.
Воин, брезгливо переступая через наваленные на поляне змеиные тушки и потроха, приблизился к холму. Остановился на мгновение у камня, замер, прислушиваясь. Затем выдохнул, взялся за камень, напрягся и неожиданно легко отодвинул его в сторону. Вгляделся в сереющий полумрак и восхищенно присвистнул. Весь пол просторной пещеры тускло мерцал золотым блеском наваленных горками монет, сиял драгоценными камнями на коронах, браслетах, ожерельях, диадемах и кольцах.
КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ
