Магическая уборка и прочие неприятности (СИ) - Эймс Глория

— Какая подлость, — возвращаю ему письмо. — Теперь все ясно…

— Насколько удалось выяснить, все произошло так: старого лорда внезапно хватил удар, и состояние стремительно ухудшалось. Что послужило причиной — никто не знал. Но именно тогда, узнав о болезни, к нему пришел прежний кучер и сообщил правду о вашей матери. Мол, не мог больше держать на душе такой груз.

— Внезапно проснулась совесть? — у меня еще остались силы иронизировать, неплохо!

— Думаю, кучер тоже хотел получить какую-то выгоду, но лорд так и не успел ничего толком сделать. Тем же вечером быстро внес исправления в завещание и умер. Для всех Вилард остался официальным наследником, как и предполагалось раньше.

— А делиться он не был намерен…

— Скорее всего, Вилард подозревал, что отчим мог подстраховаться и кому-нибудь еще передал информацию о вас. Поэтому разыскал и…

— И сделал все, что только мог, — заключаю с горечью.

— К сожалению, доказать относительно него ничего не получится, — качает головой Гротер. — Покушения не установлены, все концы спрятаны очень тщательно.

— Достаточно того, что я знаю правду. Благодарю.

— До свидания, леди Вилард. Или леди Греорон? — в голосе Гротера легкая ирония.

— О, я пока не решила, какую фамилию оставлю, — светски отвечаю и покидаю его кабинет.

Хочется вымыть лицо и руки. А лучше — помыться полностью, чтобы смыть с себя все это… Ощущение, что я испачкалась, не покидает, даже когда выхожу на улицу и перевожу дыхание.

Теперь я знаю всю правду.

Но это меня совсем не радует…

Глава 79. Маг-кинетик

Словно тень, неприглядная правда следует за мной, тесно переплетаясь с каждым шагом. Я чувствую, как мир вокруг начинает расплываться. В памяти всплывают обрывки разговоров, обвинения, холодный взгляд Виларда — все это рисуется в воображении как проклятие, от которого нет спасения.

Только сейчас я замечаю, как осень постепенно подкрадывается, накрывая город своим покрывалом. Листья падают, и каждый шорох наполняет меня смятением.

Вдруг мне становится ужасно одиноко, как никогда. Но почему так?!

Я победила, приют теперь под моим контролем, Вилард не может приблизиться на расстояние менее десяти шагов, а заказы на уборку посыпались, как из рога изобилия — скандальное разбирательство создало такую рекламу, какую не смогло сделать ни одно интервью в модном журнале.

Но я словно застряла в пустоте, без шансов на спасение. Одиночество охватывает меня, и я понимаю, что никуда не сбежать от себя самой.

Итак, я — леди Греорон. И все подтверждающие это документы, включая фамильный перстень, у меня имеются. Жаль, так и не узнаю, подарил этот перстень покойный лорд Иветте с целью откупа или же она просто стащила его на память о проведенном вместе времени… Да и зачем теперь это знать, их отношения и секреты умерли вместе с ними.

Телохранители, нанятые Дортом, не отстают ни на шаг. Мне спокойнее рядом с ними, но иногда кажется, будто я сама под стражей, в то время как Хэйвен разгуливает на свободе.

Беру такси и еду в контору, привычно зажатая на заднем сиденье между плечистыми телохранителями. Усмехаюсь про себя, словно взглянув со стороны на эту картину. Как бы я ни старалась стать самостоятельной, без мужчины (или даже нескольких, как сейчас) мне не обойтись. Мир устроен именно так, и никак иначе.

В конторе никого нет. Рабочий день давно окончен, на двери висит табличка «Закрыто». Отпираю дверь и шагаю через порог…

…И в это миг меня сшибает с ног и прижимает к стене необъяснимая ужасная сила. Моих телохранителей разбрасывает от двери в разные стороны, и они остаются снаружи, а я оказываюсь внутри — в ловушке. Дверь и окна захлопываются.

И тут я понимаю, что попалась.

В центре комнаты у стола стоит Реджина.

Ее дрожащие от напряжения руки вытянуты в мою сторону, а на лице застыла маска ярости. И в этот миг я понимаю, что знала не всю правду, как и сказал Хэйвен.

Легкое движение нервных пальцев Реджины — и меня рывком отлепляет от стены и переносит к столу, где разложены документы. Ударяюсь боком о стол, падаю на выставленные руки и успеваю прочесть первые строки: «Я, леди Тесса Вилард, в девичестве Ландлей, наследница лорда Греорона, находясь в трезвом уме и здравой памяти, передаю моему супругу в дар…»

— Подписывай все документы, быстро, — командует Реджина, и ко мне в ладонь прилетает перо.

— Нет, — трясу рукой, но перо словно приклеилось к ладони. — Не стану облегчать тебе задачу. Подделала дарственную — подделывай и подпись.

— Ты знаешь, что после этого скандала эксперты точно все проверят на магический след, — злобно скалится Реджина. — Это должна быть твоя подпись.

— Ну попробуй, заставь, — сминаю в руке перо и из последних сил толкаю чернильницу, заливая документы и весь стол.

— Надо было прибить тебя еще возле приюта, — цедит Реджина сквозь зубы. — Пока ты не пригребла к рукам Хэйвена.

«Очень сильный маг-кинетик», — вспоминаю слова Корнана о том, что он почувствовал, когда пытался не дать ящикам упасть на меня.

— Так это ты столкнула на меня ящики?!

Вместо ответа она оскаливается и ведет плечом в сторону стеллажей. Обрушиваются все полки, и наши уникальные растворы летят на пол. Смотрю, как растекаются жидкости из разбитых бутылок, и понимаю, что разговаривать с ней бесполезно.

Дикая, необученная, опасная.

Вот что бывает, если очень сильный маг вырастает в приюте, не имея ни малейшего понятия, как использовать свою силу.

— У меня еще экземпляр, — Реджина достает сложенный листок. — Или подпишешь сейчас, или я устрою тебе такое, что ты будешь умолять дать подписать и закончить муки.

И тут меня осеняет.

Киваю, будто ей удалось сломить меня:

— Ладно, я подпишу. Только отпусти.

— Хорошо, отпущу, когда подпишешь.

По глазам вижу, что врет. Не отпустит — сразу прикончит, как только добьется подписи. Но посмотрим, кто кого!

Беру другое перо, тянусь к документу и вдруг как бы вспоминаю:

— Подожди, у меня в сумочке специальная печать. Без нее подпись недействительна.

— Печать? — недоверчиво спрашивает Реджина, бросая взгляд на мою сумочку. — Если врешь…

— Сама посмотри. Там, в коробочке… Да, вот в этой.

Реджина вытаскивает коробочку с артефактом Корнана и осматривает со всех сторон:

— И что с ней делать?

— Внутри магическая печать семьи Ландлеев, — сочиняю на ходу. — Сперва нужно приложить к бумаге ее, а потом на этом месте уже ставить подпись, иначе не сработает.

Реджина открывает коробочку и вытаскивает артефакт, уже готовый работать — это видно по искрам, пробегающим по крышке.

— Нужно повернуть камень и открыть крышку, — объясняю ей, затем с наигранным нетерпением тянусь к артефакту: — Или я сама сделаю, давай сюда!

— Нет уж, — она отдергивает руку. — Разберусь!

Крышка щелкает, и артефакт взрывается ослепительной вспышкой…

Глава 80. Расплата

— Что… что это было? — растерянно шепчет Реджина, проводя рукой по лицу. — Не понимаю, какое-то странное ощущение… Что это за дрянь была у тебя в коробке?!

Нас расшвыряло в разные концы комнаты, но даже из угла я вижу, что магии у Реджины больше нет. Артефакт забрал ее полностью, впитал в себя и теперь лежит погасший посреди разбросанных бумаг и разбитых бутылок.

Вскакиваю на ноги и бросаюсь к выходу. Дергаю дверь — она поддается, и я успеваю увидеть, что мои телохранители так и лежат в темноте на мостовой, напрочь оглушенные. К ним как раз подбегают люди, привлеченные вспышкой в конторе. В силуэтах различаю Бонара и Иду, делаю шаг к ним…

…Но Реджина оказывается проворнее.

Вцепившись мне в волосы, она втаскивает меня обратно в контору. Похоже, даже до денег ей уже нет дела, лишь бы разобраться со мной.

Запутавшись в юбках, мы обе падаем на пол, и я вижу в руке Реджины канцелярский нож, которым Николетта всегда открывает почту. Еле успеваю увернуться, и нож вонзается в щель между половицами. Мы катимся по полу, выдирая друг и друга клоки волос.