Тактик 10 (СИ) - Кулабухов Тимофей "Varvar"

Я слушал её, и внутри меня что-то леденело. Но не от ужаса, а от омерзения.

Я смотрел на эту древнюю орчиху, которая плавно раскачивалась вперёд-назад. Она предлагала мне решение. «Лёгкий», мать его, путь!

Нужно было всего лишь переступить черту внутри себя.

Я вспомнил, что не громил деревни, не вешал крестьян, не насиловал крестьянок, платил золотом там, где обычно применяют силу… Как договаривался с аристократами Вальяда, с лордом Бесплодных земель, с советниками Газарии.

Хотя достаточно просто отсечь пару голов, пролить кровь и мир становится окрашен в чёрное, белое и красное.

Но не стану ли я таким же, как те, кого я презирал? Короли, которые бросают армии на убой. Фанатики, которые сжигают людей во имя своих богов. Лорды, для которых чужая жизнь — просто ресурс.

Я представил себе эту картину. Тридцать три девушки всех рас. Их крики в ночном лесу. Реки крови на древних камнях. И всё это ради моей победы? Ради выживания Штатгаля?

В гробу я видал такую плату, в белых тапках!

Есть простое военное действие. Рейпл перебрасывает войска к замку, а мы атакуем его на участке в десять миль в нескольких местах. Перерубаем, выстраиваем стены щитов и фаланги, бьём катапультами по скоплениям, Фомир делает стену огня, Бреггонида выпускает змей-фантомов, шаманы гонят зверей и птиц на конницу.

Многофакторный удар и я потрачу жизнь многих бойцов Штатгаля. Но они умрут как воины, с оружием в руках. Это лучше, чем принести тридцать три кровавые жертвы, потому что в первом случае мы не перестанем себя уважать.

Глава 23

— Ты находишь проблему там, где её нет, — Фомир тоже не стал ложиться спать, вид имел заспанный, но при этом подкрепил себя допингом — алкоголем.

Учитывая, что этой ночью он сотворил чудо и только благодаря его магическим талантам стал возможен разговор с принцем Гизаком, я даже и не подумал ругать его за это.

Фомир пришёл ко мне в кабинет после того, как я проводил Морриган и подарил ей достаточно мощный амулет лечения из запасов артефактов, добытых ещё на Кмабирийских болотах.

Придя ко мне, Фомир разложил, внезапно, карты.

Карты в мире Гинн — штука странная и наводящая на мысль, что их делал попаданец. Тут тоже было четыре масти, пусть они и назывались иначе, так же был туз, король, королева, герой и номерные карты от десятки и до двойки. В общем, здорово походило на наши, земные карты.

А может быть, было наоборот и наши карты придумал попаданец? Фиг поймёшь.

— Ты гадать собрался?

— Ничего подобного, это удел Бреггониды, а я собрался раскладывать пасьянс. Хочешь сыграть?

— С тобой? Дураков нет, ты картами управляешь, у тебя невозможно выиграть.

Фомир сделал вид, что обиделся, но быстро вошёл в раж и стал раскладывать какой-то мудрёный пасьянс, причём всегда у него получалось (потому что он мухлевал, даже когда играл сам с собой).

— Поясни, что ты имел в виду за проблему там, где её нет, Фомир?

— А… Это я про местную шаманку. Ты же мне описал ритуал.

— Да, описал, чтобы… поделиться с тобой. Ритуал штука забавная, за исключением того факта, что надо приносить жертву, Фомир. На это я пойти не могу.

Фомир потёр переносицу, собираясь с мыслями. Усталость отступала под натиском профессионального любопытства. Это была его территория. Территория знаний, магии, энергии, а не грубой силы.

— Это… не совсем обычная история, Рос, — медленно начал он, подбирая слова. — В Академии такие темы под строжайшим запретом. Официальная доктрина гласит, что это прямое обращение к тёмным богам, сделка с демонами, нечто, не поддающееся анализу. Но…

Он сделал паузу, и в его глазах блеснул огонёк учёного, который не может удержаться от запретной темы.

— Существовала и другая теория. Неофициальная. Еретическая. Её сторонников отлучали от магии и отправляли в ссылку. Она рассматривала любой ритуал не как молитву, а как… математический процесс.

Он замолчал, словно проверяя, готов ли я услышать подобное. Я молча кивнул.

— Согласно этой теории, — продолжил Фомир уже более уверенно, — каждое живое существо обладает тем, что мы называем «жизненной эссенцией». Не душа. Скорее, персональное магическое поле, которое поддерживает функционирование организма. Когда существо умирает, эта эссенция просто… рассеивается. Тихо и незаметно. Но если смерть насильственная, внезапная, травмирующая…

Он наклонился вперёд, его голос понизился до шёпота:

— Если организм испытывает запредельный уровень стресса, боли, страха, эссенция не рассеивается. Это скорее ближе к детонации. Происходит мгновенный, колоссальный выброс всей накопленной за жизнь энергии в окружающее пространство.

— И?

— Ну что за «и»? — проворчал Фомир, складывая карты и перемешивая. — Жрецы и шаманы, за тысячи лет практики научились использовать этот всплеск. Тебе нужен энергоёмкий ритуал? Используй жертвоприношение с кровью и болью. Жрецы создали ритуальные условия, которые работают как фокусирующие линзы. Они не создают энергию. Они просто собирают этот выброс и направляют его на нужную им определенную цель. Например, подпитка божества, активация артефакта, управление погодой и так далее. В данном случае тебе Морриган рассказала про локальную магию, которая может заставить древние камни пробудиться и вырастить лес.

— Когда ты об этом говоришь, Фомир, всё кажется простым, как покупка пива в трактире.

Он откинулся в кресле.

— Чем «чище» и концентрированнее изначальная эссенция — молодость, отсутствие болезней, магический потенциал и чем сильнее эмоциональный всплеск в момент смерти, тем мощнее детонация. Поэтому в самых тёмных ритуалах всегда используются… — он запнулся, — определённые типы жертв. Это не прихоть тёмных сил. Это просто… техническое требование. Максимальная эффективность.

Он замолчал, с тревогой глядя на меня. Он, наконец, понял, куда я веду. Он думал, я ищу оправдание для чудовищного поступка.

— А теперь, Фомир, — прервал я тишину. — Вернись к тому, почему я нахожу проблему там, где её нет.

— Да потому! Ты зациклился на рассказе бабки-орчихи! Забудь ты о жертвоприношениях. Тебе просто надо дохрена энергии, и ты запустишь ровно тот же процесс. Понятно, что выдать на-гора надо это там же, у Каменных стражей, надо повторить магическое воззвание, заклинание, которое сказала шаманка.

— А ты можешь это сделать? Или вернее, как это сделать? Ну, если можно полностью отказаться от убийства невинных девушек.

— Могу. Я, знаешь ли, многое могу.

— А это можешь? Можешь вытащить на себе ритуал?

— Ну, в одно лицо я помру, твоя светлость, натурально врежу дуба. Однако если у тебя нет цели меня угробить, то всё тут намного проще. Ты драматизатор включаешь там, где не надо.

— Кхе. Не будем про мой драматизм, а про ритуал?

— Ну, как же…

— Давай подойдём к этому как инженеры. Перед нами задача: создать мощный, концентрированный выброс чистой магической энергии. Какие у нас есть варианты, не прибегая к убийству?

Фомир выглядел озадаченным.

— Ну… теоретически… можно без всяких фокусов собрать всех магов, что у нас есть. И часть ведьм. Сделать магический круг… Нет, даже два, круг в круге, это двойная синхронизация. У них есть запас маны, потом влить в круг ману из артефактов-накопителей. Много влить. Само собой, это невероятно сложно и опасно. Кто-то моргнёт, сморкнётся — они просто сожгут друг друга к хренам. Само собой, нам нужны проводники.

Он хлопнул себя по лбу:

— Ведьмы! Ведьмы Бреггониды! Их природная магия, тесно связанная с землёй, позволит создать живой контур! Они смогут безопасно провести огромный поток энергии к Каменным Стражам!

Фомир закончил свой возбуждённый монолог и посмотрел на меня, тяжело дыша.

— Элегантно, — произнёс я. Восторг от инженерного подхода был вполне искренним. — Ну что, делай все приготовления, ресурсы какие только понадобятся, если кто завыкобенивается, скажи мне, утрясём.