Боярский сын (СИ) - Калинин Алексей

Я медленно вытащил нож из ножен. Кинжал словно вздохнул в моих руках, радуясь прикосновению.

— Он выбрал вас, — прошептала Шина, глядя на то, как клинок чуть светится в моих руках.

Я вложил нож обратно в ножны.

— Я сберегу его. Клянусь честью Ярославских.

Семья Хатура снова поклонилась.

— Мы пришли попрощаться, Елисей-кун.

С этими словами оба актёра поднялись с колен с той же текучей грацией, с какой они вообще всё делали. Будто у них вместо суставов была вода, а не кости. Киндзи аккуратно собрал чайную утварь: бамбуковую ложку, шёлковый платок, венчик — и всё это исчезло в недрах его кимоно с той же лёгкостью, с какой фокусник прячет кролика в цилиндр.

Шина тем временем взяла поднос с опустевшими чашами, поклонилась.

— Елисей-сан, — сказала она, и её яркие красные губы дрогнули. — Мы уходим в тень. Но знайте: куда бы ни занесла нас судьба, сердцем мы останемся здесь. Рядом с вами.

— Да ладно, — я отмахнулся, хотя внутри что-то неприятно кольнуло. — Встретимся ещё, я уверен.

Они направились к двери, и тут меня что-то дёрнуло. Не знаю, глупость какая-то или просто воспитание не позволяло отпустить людей вот так, сухо и официально.

— Стойте! — крикнул я.

Они обернулись. Два раскрашенных лица в полумраке, два внимательных взгляда.

— Вы, это… — я замялся, подыскивая слова. — Берегите себя там. Если что — дайте знать. Я всегда помогу. Договорились?

Киндзи и Шина переглянулись. Потом синхронно поклонились.

— Договорились, Елисей-кун, — сказал Киндзи.

— До скорой встречи, — добавила Шина. — Мы будем ждать вашего приглашения на новую чайную церемонию. Только в следующий раз вы будете заваривать.

— Я⁈ — я выпучил глаза. — Вы в своём уме? Я чай только из пакетика умею. И то иногда кружку роняю.

— Научитесь, — улыбнулась Шина. — У вас есть талант к тонким материям. Мы это чувствуем.

И они вышли. Дверь тихо закрылась, и в комнате снова стало пусто и как-то непривычно тихо. Даже Матрёшка не шуршала за дверью — видимо, ушла по своим делам.

Я откинулся на подушки, уставившись в потолок. Ну что же, нож рядом. А что это значит? На самом деле очень много. И если моя «волшебная палочка» снова нашла меня, то вряд ли жизнь будет лёгкой и безоблачной.

Ну чё, как сказала бы Матрёна: «Поживём, пожуём и выплюнем, чтобы посмотреть — что жевали!»

И что-то мне кажется, что если не пожую я, то будут жевать меня. С чувством, с толком, с расстановкой. А пожевав, ещё и постараются проглотить. Вот только хрен там ночевал! Я не для того возродился, чтобы так просто сдохнуть. Пошалю ещё мальца!

Словно услышав мои мысли, нож чуть дрогнул под рукой. Он тоже захотел пошалить. Ну что же, осталось только по быстренькому вылечиться и отправиться творить великие дела!

Глава 23

Чёрная земля простиралась до самого горизонта, усеянная пеплом и обломками того, что когда-то было лесом. Обгоревшие деревья торчали из мертвой почвы, как скрюченные пальцы сожжённых ведьм. Багровое небо нависало над полем брани тяжёлым, пульсирующим пологом — казалось, что оно было соткано из кровавых нитей.

Трое бойцов в мобильных доспехах стояли на одной линии. За их плечами были десятки битв, сотни поверженных врагов. Ранг Витязь не даётся просто так. Каждый из них заслужил этот ранг потом и кровью.

Люди попали в засаду, и весь отряд полёг в бою с напавшими тварями Опасных земель. Вся сотня отборных бойцов ранга Ратоборец. Осталось только трое. Израненные, уставшие, но не сдающиеся!

И к этим троим вышла женщина. Она стояла напротив — белокожая, беловолосая, в саване, который трепетал при порывах жаркого ветра. Женщина, похожая на статую из снега и льда, была совершенно чужой в этом месте пепла и смрада. Серебристый серп в её руке казался взятым с неба ободком луны.

Все остальные монстры отскочили на приличное расстояние. Словно опасались за свои никчёмные жизни. А может и опасались — женщина только что рассекла надвое попавшегося на пути тощего мертвяка. Тот ещё скрёб когтями по земле, а его ноги уже глодали сородичи. На лезвии серпа не осталось ни капли.

На большой территории остались только трое людей и… вряд ли это беловолосое создание могло называться человеком. Скорее, это было очередное порождение Опасных земель, принявшее личину прекрасной женщины.

— Именем Света, — выдохнул один из бойцов. — Заклинаю тебя, тварь, убраться туда, откуда пришла!

Вместо ответа последовала улыбка. Чудесная и холодная, как снежинка на рукавичке.

— Как трогательно, — голос её прозвенел льдинками в стакане виски. — Бойцы ранга Витязь! Вы согласны стать моими игрушками на этот вечер? Впрочем, ваш ответ не так уж и важен.

Она шагнула вперёд. Земля под её босыми ступнями покрылась инеем.

— Бей! — заорал второй боец.

Пламя рвануло из его рук огненной лавиной. Девятихвостый дракон из чистого жара метнулся в сторону женщины, готовый сожрать её заживо.

Но она даже не взглянула на подлетающую смерть! Просто качнулась в сторону, лениво, как водоросль в течении. Качнулась, а огненный дракон пронёсся мимо и врезался в обгоревший дуб. Древесина взорвалась фейерверком искр и углей.

— Плохой мальчик, — сказала женщина. — Вообще не хочет играть с тётей…

Первый выбросил вперёд руки, и с небес сорвался поток ледяной воды, мощный, как Ниагарский водопад. И в то же время этот поток превратился в прозрачный кокон, не дающий вырываться наружу. Женщину накрыло, закружило, забило в этом коконе. На секунду всем троим показалось, что они сумели её пленить!

— Не расслабляться! — рявкнул третий. — Держите её!

Он ударил кулаками в землю, и та вздыбилась, послушная его воле. Каменные шипы острыми копьями вырвались из чёрной поверхности, пронзая водяной кокон со всех сторон.

Они должны были проткнуть красотку, нашпиговать её каменными остриями и пробить в разных местах. По крайней мере, так было прежде с теми монстрами, которые попадали под удар воина-землевика.

— Есть! — выдохнул воин-водяник.

Однако, не тут-то было. Раздался колокольчиковый смех, и тут же последовала яркая вспышка. Водяной кокон разлетелся во все стороны хрустальными брызгами, а каменные шипы осыпались крошкой.

Изящная ножка вступила на пепел, который странным образом не прилипал к коже. Может потому, что под подошвой тут же образовался иней?

— Тварь! — взревел огневик.

Огневик рванул вперёд, выплеснул собранную живицу в огненном кулаке. Пламя сорвалось с его правой руки тяжёлой, шипящей сферой, размером с бочку, и понеслось в сторону женщины.

Чёрный пепел хлопьями рванул следом, формируясь в хвост огненного метеора. И этот метеор с безумной скоростью устремился к белокурой красавице.

Она не увернулась и встретила мощный удар улыбкой, как будто это был вовсе не огненный удар, а всего лишь лёгкий морской бриз. Миг и огненный метеор вонзился в женщину!

Саван только чуть колыхнулся под напором. Женщина прошла сквозь огонь, как призрак. Улыбнулась утирающим пот воинам.

— И это всё, на что способны мои игрушки? Как же скучно, — произнесла женщина ровным голосом. — Неужели вы неспособны развеселить даму?

— Я тебя развеселю… Я тебя так развеселю! — прорычал огневик и ударил обеими руками в пепел, как до него недавно делал землевик.

Из земли под ногами девушки начали вырываться вспышки яркого пламени. Они вылетали со скоростью пули, но белокурая красотка оказалась быстрее. Всего на миг, но быстрее.

Вспышки вылетали раскалёнными вулканическими гейзерами то тут, то там, но красотка всегда их опережала. На краткую миллисекунду, но оказывалась в метре от очередного огненного удара. Она с каждым броском становилась ближе к троице.

Водник не остался в стороне — из его ладоней вырвались потоки ледяной воды, плотные, как стальные тросы. Женщина метнулась влево, но вода послушно развернулась следом и захлестнула лодыжки.

Лёд мгновенно сковал босые ступни, приморозив к чёрной земле.