Этот мир не выдержит меня. Том 6 (СИ) - Майнер Максим

— Они служат Ворону, — сказал я. — И они умрут.

— Значит, всё-таки месть? — нахмурился Серый.

— Нет, — качнул головой я. — Всего лишь расчёт. У меня появилась возможность забрать у врага две ценные боевые единицы, и было бы глупо этим не воспользоваться.

— Глупо тратить время на то, что не является главной задачей! — возразил Серый. — Освобождение твоих сестёр — вот наша цель! Нужно спешить, чтобы вызволить их из…

— Именно этим я и собираюсь заняться! — не выдержав, рявкнул я.

Слова моего упрямого собеседника заставили внутренности сжаться от гнева, перемешанного со страхом за девчат. Сам Серый тоже был как-то чересчур эмоционален — видимо, ему уже приходилось оказываться в похожих ситуациях. И тогда промедление не закончилось ничем хорошим.

Это пугало ещё сильнее, заставляя сердце биться чаще, но спешить нельзя, как бы мне этого ни хотелось. Действовать нужно с холодной головой, без оглядки на заложников — так, словно они уже мертвы. Как это ни парадоксально, однако именно такая установка позволит сохранить им жизнь с наибольшей вероятностью.

Эльза и Тори, простите, но я должен играть в свою игру. Не из тщеславия, нет! А потому что только так у нас были хоть какие-то шансы не проиграть.

— Суетиться нельзя, — выдохнув, произнёс я уже куда спокойнее. — Ворон бывает излишне самоуверен, но он совсем не дурак. Он надеется, что исчезновение сестёр раздавило меня, лишив воли к сопротивлению, но наверняка предполагает и другой исход. Если ты думаешь, что он не ждёт нас в своей расщелине, то ты сильно заблуждаешься.

— Он убьёт детей, пока ты строишь планы, — устало сказал Серый.

— Не убьёт, — качнул головой я. — У меня есть то, что ему очень нужно.

Пока «призма» и книга Фруаса Суара у меня, девчата будут жить. По крайней мере, мне очень хотелось в это верить.

— Значит, время есть, — Серый тяжело вздохнул, — и поэтому ты решил немного развлечься с Ниго и Бистом?

— Нет. Они лишь первый и далеко не самый важный шаг.

— А что потом?

— Потом мы привлечём к решению проблемы с Вороном специалиста, — расплывчато ответил я.

— Какого ещё специалиста? — Серый нахмурился.

— Для борьбы с насекомыми вызывают дезинсектора, — я пожал плечами. — А для борьбы с дикими магами — инквизитора.

— Не уверен, что знаю, кто такие «дезинсекторы», но это и неважно. Где ты собрался взять настоящего инквизитора? До ближайшего — сотни лиг. Но даже если бы кто-то из братьев оказался поблизости, то он, первым делом, отправил бы на костёр тебя самого…

Серый говорил очень уверенно и напористо, даже не подозревая, как сильно он заблуждается.

Один из братьев инквизиторов был здесь, совсем неподалёку. Если бы я смог пронзить взглядом несколько десятков километров и пару-тройку каменных стен в придачу, то, вероятно, увидел бы его прямо сейчас.

Однако говорить об этом я не стал, лишь посмотрел на Серого, который так и не дождался ответа на свою тираду, и спросил:

— Сможешь доставить в графский замок несколько небольших бочонков?

Глава 17

— Это будет нелегко, — ответил Серый, подумав мгновение. — Но возможно. Вопрос только в том, зачем оно мне? Что будет в тех бочонках? Лучшее вино со знаменитых виноградников далёкого Тонакая, где, как говорят, вызревшие грозди собирают обнажённые красавицы, не знавшие мужской ласки? Сильно сомневаюсь…

— Сомнения плохо повлияли на твою память, — сказал я. — Не люблю напоминать о таком, но ты мне должен, и сейчас у тебя появилась прекрасная возможность рассчитаться с долгами.

— Твоя память ещё короче моей. Мы в расчёте с того момента, как ты забрал у меня негаторы, — Серый подался вперёд, а затем едва слышно добавил: — Он этого не оценит и будет расстроен. Очень расстроен.

«Он» — это, понятно, человек без лица.

— Не переживай, — сказал я. — У меня есть сведения, узнав которые твоё многоликое начальство будет так радо, что спляшет джигу на одной ноге, сразу позабыв обо всём на свете. А ты, если проявишь смекалку, сможешь под это дело не только негаторы списать, но и пару-тройку мешков подотчётного золотишка заодно… Ну, не мне тебя учить.

— Не понимаю, о чём ты, — с преувеличенной холодностью ответил Серый.

Эта показная отстранённость говорила о том, что мой собеседник, вопреки собственным словам, понял всё прекрасно. И, более того, он уже явно прикидывал варианты, как извлечь максимальную выгоду из сложившейся ситуации.

Не из-за жажды наживы, само собой. Алчность, судя по тому, что я видел, не была свойственна Серому. Однако оперативник без «заначки», которую можно применить для пользы дела в обход бухгалтерии и зоркого начальственного взгляда, — это плохой оперативник. Или даже не оперативник вовсе.

— Не напрягайся, — хмыкнул я. — Никто не ставит под сомнение твою честность.

— О каких сведениях ты говорил? — Серый явно не хотел развивать щекотливую для него тему.

— В Вольных баронствах неспокойно.

— Как и всегда, — мой собеседник слегка пожал плечами. — Этим ты никого не удивишь.

— Не спеши с выводами. Я говорю не о привычной возне между баронами, когда каждый пытается отдавить хвост соседу. Речь идёт о серьёзном заговоре, который может привести к настоящей войне… Особенно если кто-нибудь со стороны подкинет дровишек в костёр взаимной ненависти.

— Продолжай, — Серый сосредоточенно прищурился. Он даже не пытался скрыть свой интерес.

— Барон Мердарион и ещё двое рыцарей хотели убить внебрачного сынишку Риордана, — сказал я и добавил: — Ты его знаешь. Точнее, знал. Он вёл караван вольников, который мы разбили, и именно его голову ты забрал тогда с поля боя.

— Хотели убить? — с сомнением переспросил Серый, начисто проигнорировав мою последнюю фразу. — Пустые намерения ничего не стоят. Когда-то я хотел прикончить столь многих, что в их крови можно было бы утопить столицу, но этого, как видишь, не произошло. Иногда между нашими желаниями и нашими поступками — целая пропасть.

— А иногда — нет, — сказал я. — Люди разные. Ты хотел, но не сделал, а вот барон Мердарион не стал противиться своим желаниям. Правда, марать собственные руки в крови он тоже не собирался — не баронское это дело. Грязную работу за него должен был выполнить кое-кто другой.

— И кто же?

— «Певцы Смерти», слышал о таких? — с улыбкой спросил я, догадываясь, какой эффект произведут мои слова.

— Слышал, — с хрипотцой в голосе ответил Серый. Даже его проняло от того, что в деле задействованы столь серьёзные ребята. — Они берут за свою работу очень дорого… И берут не деньгами.

— Тринадцать детей — столько барон Мердарион пообещал Первому.

— И кто из них тебе об этом поведал? — с недоверием спросил Серый. — Сам Первый или, может быть, господин барон?

— С господином бароном я не встречался и, очень надеюсь, не встречусь никогда.

— Значит, это именно Первый рассказал тебе обо всём? — губы Серого растянулись в улыбке. Едва заметной, но полной сарказма.

Тот факт, что лидер «Певцов Смерти» мог обсуждать со мной подобные вопросы, казался Серому полной бессмыслицей, невозможной даже в теории. А его улыбка как бы говорила мне — мол, ты ври-ври да не завирайся.

— Не то чтобы рассказал, — спокойно ответил я. — Скорее, спел…

Глаза Серого расширились от удивления, а улыбка сошла с лица. Он вдруг понял, что я не шучу, и всё сказанное мной — это чистая правда.

Между нами повисло долгое молчание. Каждый думал о своём. Я просчитывал нюансы дальнейших действий. Серый оценивал перспективы, открывавшиеся перед ним с учётом полученной информации.

Наконец, все плюсы и минусы были аккуратно взвешены, а последствия — просчитаны. Серый, судя по взгляду, решил, что игра стоит свеч. Готов поспорить, мысленно он уже крутил новую дырочку на погонах. Ну, или как там «Всеведущие» оформляют получение очередного звания…

— Что будет в бочонках? — спросил Серый.

Тон вопроса говорил о том, что он согласен мне помочь.