Последняя жена (СИ) - Лерн Анна

Неподалёку стоял огромный слон, на спине которого уже была установлен расшитый шатёр ха́уда*. По сигналу Далат-хана несколько слуг подкатили к животному высокий деревянный помост, украшенный коврами. И я осторожно поднялась наверх. Следом ко мне взобралась Майя.

Занавеси закрылись, и мы оказались в уютном полумраке, скрытые от посторонних взглядов. Вскоре раздался ритмичный звук нагары*, возвещающий о начале пути. После чего слон медленно двинулся вперёд.

Караван выехал за ворота, миновав ещё спящий город, и я осторожно приподняла край покрывала, чтобы выглянуть наружу. Передо мной открывался бескрайний простор. Та самая свобода, о которой я так мечтала: зелёные поля, уходящие вдаль, не скрытое высокими стенами небо, начинающее светлеть на востоке. Рядом с караваном верхом на лошади ехал Повелитель. Его сопровождали генерал Тарик и Карим.

Время шло, солнце поднималось всё выше, и лёгкая утренняя прохлада постепенно сменилась зноем. Жаркий воздух струился над зеленеющими полями, и даже через плотные занавеси хауды стало ощутимо, как жара набирает силу. Внезапно размеренный ритм пути нарушился. До моего слуха донеслись какие-то возгласы, топот. Казалось, мы замедлили ход, а затем и вовсе остановились.

— Что там такое? — нахмурилась я и, отодвинув полог, Майя высунула голову из паланкина. Но тут же втянула её обратно.

— Госпожа... Нам навстречу идёт большой караван!

Я потянулась к пологу, желая увидеть происходящее своими глазами. И через небольшой просвет различила вдали движущиеся силуэты. Поначалу они казались расплывчатыми из-за марева над раскалённой землёй. Но по мере приближения становились всё чётче. Это действительно был очень большой караван. Намного больше, чем наш, если судить по пыли, которую он поднимал, и множеству мелькающих фигур.

Я откинулась на подушки, не в силах избавиться от охватившего меня дурного предчувствия. А через некоторое время раздался скрип подъезжающего помоста, полог ха́уды приоткрылся, и внутрь заглянул Далат-хан. Его лицо было красным от жары и сильного волнения. Пот стекал по вискам евнуха, и он тяжело дышал.

— Госпожа! Госпожа-а-а... — затянул Далат-хан, вытирая лоб платком. — Мы возвращаемся обратно! Караван разворачивается!

Его слова прозвучали как гром среди ясного неба. Я похолодела.

— Почему? Что случилось?

Евнух тяжело вздохнул, после чего, сложив руки в молитвенном жесте, поднял глаза к небу.

— О, Аллах! Прибыл персидский Шах с дочерью! Они приехали раньше, чем ожидалось, госпожа! Нам приказано немедленно возвращаться во дворец.

Я сжала кулаки под шалью, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Вот и она… та самая соперница, о которой я знала, но появление которой всё равно застало врасплох.

Будущее, казавшееся относительно предсказуемым, внезапно покрылось туманом.

Далат-хан, всё ещё тяжело дыша, начал неуклюже спускаться с помоста. Майя тут же встрепенулась.

- Я пойду разведаю, что да как! - прошептала она и выскользнула из укрытия.

Закрыв глаза, я глубоко вдохнула, пытаясь унять стук сердца. Нет, мне не стоит нервничать. Сейчас каждая лишняя эмоция — это лишний груз, который я не могу себе позволить. На первом месте ребёнок — маленькая, пока ещё незримая жизнь, зависящая от моего спокойствия и рассудительности. Внутри меня целая вселенная, хрупкая и бесценная. Ради неё я должна быть крепкой, как скала. Волнение улеглось, уступая место холодному расчёту. С остальным я справлюсь.

Примерно через десять минут, которые показались мне вечностью, полог снова откинулся. В проёме показалась взволнованная Майя. Она быстро забралась внутрь и как только устроилась на подушках, слон медленно развернулся. Мы двинулись в обратный путь.

— Госпожа! — задыхаясь, прошептала служанка, её глаза горели от свежих впечатлений. — Теперь понятно, почему они приехали раньше! Принцесса едет на лошади, как мужчина!

На лошади? Это было совершенно немыслимо для принцессы такого ранга, да ещё и в поездке. Это говорило о её смелости, независимости, а возможно, и о некоторой дерзости.

— У неё закрыто лицо, — возбуждённо продолжила Майя. — Но фигура — словно песочные часы!

В этот момент она осеклась. Щёки служанки слегка порозовели. Девушка поняла, что сказала лишнего, выдав своё восхищение той, которую мне предстояло встретить как соперницу. Значит, дочь персидского Шаха не только обладает броской красотой, но и смелостью... Принцесса явно была не из тех, кто скромно сидит в стенах гарема. Она была готова показать себя миру, даже если её лицо скрыто. Это меняло многое. Мои представления о грядущей встрече сразу же стали более чёткими. Передо мной предстанет не нежная и кроткая дева, а, скорее всего, сильная и, возможно, воинственная особа.

Караван вернулся во дворец, когда солнце уже начало лениво катиться к горизонту. Долгая дорога, неожиданный разворот обратно, напряжение — всё это сделало меня совершенно разбитой. Умывшись прохладной водой, я почувствовала, как усталость понемногу отступает, а мысли становятся яснее.

Но едва я успела выпить успокаивающий отвар, как в дверях показался Далат-хан.

— Госпожа, как только на дворец опустятся сумерки, вам надлежит пройти в главный зал гарема, чтобы встретить персидскую принцессу. В её честь уже готовят праздник.

Я почувствовала, как внутри меня вновь вспыхнула решимость. Да, спокойная жизнь закончилась, но это не означало, что я позволю себя сломить. Наоборот, это лишь подстёгивало меня быть сильнее.

Евнух удалился, а служанки достали из сундука красивое платье. Но я отрицательно покачала головой. Наряд моголов. Нет. Не сегодня.

Я выбрала сари. Не простое, а из тяжёлого индийского шёлка, насыщенного цвета граната, на свету переливающегося багровыми бликами. Ткань была расшита тончайшей золотой нитью, образуя сложный узор, который повторял силуэты индийских храмов.

— Мне нужен мехенди. Но не обычный, а воинственный, — задумчиво произнесла я, и девушки переглянулись.

— Госпожа, давайте нарисуем гордого сокола, что парит над горами, высматривая добычу? — предложила Фатима. — Я смогу это сделать.

Через час на внешней стороне моих ладоней, от запястий и почти до самых кончиков пальцев появился искусный мехенди. Сокол с расправленными крыльями и острыми когтями в окружении узора, похожего на ветви мощного дерева.

Дополнила мой образ массивная золотая гривна с крупными рубинами, каждый из которых словно вобрал в себя каплю крови, подчёркивая мою воинственность и решимость. В ушах покачивались длинные серьги, усыпанные мелкими гранатами, а на щиколотках при каждом шаге воинственно позвякивали браслеты.

Майя достала из шкатулки крошечную баночку с алой киноварью. И окунув в неё палец, осторожно провела им по моему пробору. Затем чуть ниже нарисовала идеально круглую точку — бинди.

Когда я величаво вплыла в главный зал гарема, затихли даже музыканты. Под светом множества светильников моё гранатовое сари, в полумраке казавшееся почти чёрным, напоминало воинские доспехи, обагрённые кровью. Массивные рубины на шее и гранаты в серьгах вспыхивали пунцовыми искрами. Я была подобна той самой богине Кали, явившейся из глубины веков…

-------------

* ха́уда — специальное сиденье или платформа, устанавливаемая на спину слона для перевозки людей, особенно в странах Южной и Юго-Восточной Азии.

* нагар (наггара) — это традиционный ударный инструмент, тип большого барабана или литавры, широко распространённый на Ближнем Востоке, в Центральной Азии и Индии. Играют на нагаре, ударяя по нему палками. Его мощный, глубокий звук часто использовался не только в музыке, но и для важных объявлений, во время празднований, церемоний и, что особенно важно, для сопровождения военных походов или торжественных въездов, символизируя власть и величие.

Глава 49

Поднявшись на покрытое коврами возвышение, я грациозно опустилась на мягкие подушки рядом с Залиной. Она была удивлена не меньше всех остальных. Полные любопытства и лёгкого шока глаза принцессы скользнули по мехенди на моих ладонях, по массивным украшениям, задержались на воинственном бинди.