Последняя жена (СИ) - Лерн Анна

Я кивнула, подтверждая, что поняла намёк служанки. Мы обе всё прекрасно понимали.

Почему тело Амины не отдали матери? Почему скрыли смерть молодой девушки, списав всё на несчастный случай? Она ведь просто упала с лестницы? Разве не было бы естественным отдать тело дочери матери для прощания, оказать хоть какую-то поддержку? Но нет, этого не произошло. Все детали говорили о другом, кричали о тщательно скрываемом преступлении. Шади-бегум узнала, кто такая Амина, и, оберегая свою тайну, хладнокровно убрала девушку, чтобы правда не вышла наружу. Если бы не её заточение в дальних комнатах гарема, если бы не её ограниченные возможности, первая бегум наверняка добралась бы и до самой Кашви.

Я встала и, подойдя к столику, открыла небольшой ларец. В нём лежал мешочек с золотыми и серебряными монетами. Отдавая его Зейнаб, я распорядилась:

— Пусть Карим немедленно отправится к Кашви. Передаст эти деньги. Пусть она возьмёт их и покинет деревню.

Служанка бережно взяла мешочек. Но вместо того, чтобы сразу уйти, подняла на меня свои умные глаза.

— Госпожа, может, эта женщина вам ещё пригодится? Пусть живёт в нашем доме. Моей матушке очень нужна помощница по хозяйству, она уже не справляется одна. И Кашви всегда сможет сказать, что она — сестра, приехавшая из другой провинции.

Я внимательно посмотрела на Зейнаб, в её предложении была хитрая дальновидность. Если Кашви останется у них дома, она будет под моей защитой, и Шади-бегум не сможет до неё добраться. К тому же живая свидетельница гораздо ценнее, чем та, что растворилась в неизвестности.

— Ты права, Зейнаб. Твоя идея хороша. Пусть Карим приведёт женщину к вам домой. Объяснит ей, как важно соблюдать осторожность, и уверит, что я позабочусь о ней и её дочери Таре.

— Будет сделано, госпожа. Я обо всём позабочусь, — с этими словами служанка поклонилась и покинула мои покои.

Этим же вечером ко мне заглянула принцесса Залина. Она ласково обняла меня, после чего сказала:

— Моя дорогая Нала… Я пришла с новостями, и боюсь, они не принесут тебе радости.

— Что случилось? — я приготовилась слушать, чувствуя, как внутри меня вновь нарастает напряжение.

— Фирузе преподнесла Повелителю подарок. Она привезла редчайшие древние персидские трактаты по философии. Принцесса предложила каждый вечер, когда у падишаха будет свободная минутка, вместе углубляться в мудрость этих текстов.

Ага… тонкий, продуманный ход, чтобы получить эксклюзивный доступ к ушам Арсалана, утвердиться в его глазах, как интересная собеседница. Фирузе стремилась создать интимную интеллектуальную связь, которая была бы гораздо крепче, чем просто мимолётное восхищение красотой.

Да, эта новость хоть и задела меня, но лишь на миг. Я тут же почувствовала прилив энергии. Отлично! Игра началась, и Фирузе сделала свой ход. А я уже приготовила ответ. Моя сила была не в умении цитировать древних мудрецов, а в способности творить, воплощать идеи в жизнь, менять реальность.

— Так что ты думаешь делать, Нала? — спросила Залина, внимательно глядя на меня. — Ты позволишь персиянке так легко забрать внимание моего брата?

Я улыбнулась принцессе. Борьба, вызовы, необходимость проявлять ум и волю — всё это придавало мне сил.

— Что я думаю делать? Жить, Залина. Просто жить. И получать от этого удовольствие.

Почти до самого утра я не сомкнула глаз, склонившись над пергаментом, на котором постепенно оживал проект будущего водопада. Моя рука быстро двигалась, выводя линии, расчёты, схемы.

Идея заключалась в том, чтобы создать не просто стекающую воду, а динамичную живую систему, которая не только бы радовала глаз, но и демонстрировала инженерное чудо. Я решила использовать особенности рельефа. От накопительного бассейна вода начнёт своё путешествие в нижнюю часть сада. Я нарисовала серию искусно вырезанных каскадов и террас, каждая из которых будет иметь свою форму и высоту. В одном месте вода будет падать широким сверкающим полотном, в другом — разбиваться на множество мелких струй, создавая туманную завесу. Затем она будет собираться в небольшие пруды-бассейны, украшенные резными бортиками и водяными растениями, чтобы потом снова устремиться вниз. Это создаст ощущение живого, постоянно меняющегося потока. В самых интересных местах я планировала устроить небольшие ниши с лампами, чтобы в вечернее время водопад превращался в мистическое зрелище, озарённое мягким светом. Вся система будет замкнутой. От самого нижнего бассейна вода по тщательно скрытым каналам вернётся к источнику, откуда её вновь поднимет гидротаран.

Утром я передала свои схемы Махмуду-аге. Настроение было великолепным. Пока Фирузе будет чесать языком, пытаясь очаровать моего мужа древними баснями, я займусь чем-то действительно важным.

Глава 51

После завтрака мы с шахзаде отправились в сад. Пока Амир носился по дорожкам, я медленно шла следом, погружённая в свои мысли. Солнце, обещая жаркий день, уже припекало. Его лучи скользили по кронам деревьев, играя золотом на глянцевых листьях. А раскинувшиеся передо мной пейзажи заставляли снова и снова прокручивать в голове детали проекта. Верхняя часть сада требовала масштабных земляных работ. Вырыть бассейн, подготовить фундамент для гидротарана — всё это займёт время и будет выглядеть неприглядно. А что если сделать «Солнечную реку»? На моих губах заиграла улыбка. Да! Она полностью изменит восприятие сада!

Если выстелить русло полированным базальтом, его тёмная зеркальная поверхность станет идеальным фоном для игры света. В самых живописных изгибах рукотворного канала, на небольших выступах, куда падает солнечный свет, можно вмонтировать небольшие куски горного хрусталя. Они будут расположены под таким углом, чтобы ловить каждый луч. С движением солнца по тёмной поверхности базальта будут пробегать яркие переливающиеся блики, создавая полное ощущение того, что по руслу течёт настоящая, но невидимая вода! Оптическая иллюзия! «Солнечная река» украсит сад, а потом, когда русло станут использовать по назначению, оно превратится в сверкающее волшебство!

Погруженная в хитросплетения своих планов, я не сразу почувствовала, как меня настойчиво дёргают за платье. Опустив взгляд, я увидела Амира, который смотрел на меня своими ясными глазками. Шахзаде снова дёрнул меня за подол и на этот раз чётко произнёс слово, от которого моё сердце сладко сжалось:

— Амми!

Он назвал меня мамой…

Я присела перед ним, глядя в светлое улыбчивое личико.

— Что случилось, мой свет?

Малыш протянул мне цветок и прошептал:

— Для Амми.

— Какой красивый! — я поднесла к лицу бутон миниатюрной розы. — А как волшебно пахнет! Спасибо тебе, сынок.

Шахзаде потянул ко мне свои ручки и, подхватив его, я закружилась. Он так заливисто хохотал, что даже служанки и нянька начали посмеиваться.

* * *

В это самое время в галерее, огибающей сад, появился падишах. Его сопровождали главный евнух и Махмуд-Ага.

— Далат-Хан, необходимо, чтобы на время строительных работ мужчины были полностью ограждены от возможности увидеть ту часть, где могут находиться женщины. Их взоры не должны проникать в гарем.

Далат-Хан сложил руки на груди и почтительно склонился.

— Конечно, Повелитель. Я лично прослежу, чтобы каждое ограждение было установлено таким образом, что ни единой щели не останется!

Из сада раздался звонкий счастливый смех и сразу привлёк внимание падишаха. Он замедлил шаг и, подойдя к каменному парапету балкона, посмотрел вниз. Нала кружила его сына, который заливисто хохотал. Потом они шатались, как пьяные, едва удерживаясь на ногах. И это было так непосредственно и искренне, что строгое выражение лица Арсалана чуть смягчилось.

— Скажи, Далат-Хан… Как настроение Налы-бегум? И как её здоровье?

— Хвала Аллаху, Повелитель, все обстоит наилучшим образом! — быстро заговорил евнух. — Сегодня утром она передала Махмуду-аге свои записи. Госпожа, похоже, занималась этим всю ночь, но как же горели её глаза!