Храм Крови (СИ) - Алферов Екатерина

— Возможно, — согласился Чжэнь Вэй. — Но это займёт время. И даже если они пробьют печать, воспоминания будут настолько искажены, что толку от них будет мало.

Он посмотрел на купцов:

— Это тоже спорное решение. Не идеальное, но лучше, чем клятва демона.

Купцы молчали. Потом Старик Хуан медленно кивнул:

— Я… согласен. Печать лучше, чем проклятие.

Лянь Мэй тоже кивнул. Чень Бо просто стоял, дрожа, не в силах произнести ни слова.

[*] Две палочки благовоний — столько, сколько горят эти палочки. Каждая сгорает примерно за 15 минут, так что полчаса.

Глава 22

Искра Общей Судьбы

— Хорошо, — сказал Чжэнь Вэй. — Тогда решено. Но сначала нам нужно выбраться отсюда. Печать наложим в безопасном месте.

— Согласен, — кивнул я. — Чем дольше мы здесь, тем выше риск…

— НЕТ!

Крик разорвал храмовую тишину. Все обернулись. Чень Бо стоял, вытянув руки вперёд в защитном жесте, при этом пальцы на руках были странно скрючены. Лицо купца исказилось и покраснело.

— Я не уйду! — заорал он. — Мой товар! Весь мой товар здесь! Я не могу просто его бросить!

Чжэнь Вэй посмотрел на него холодно:

— Твой товар?

— Да! — Чень Бо указал на телеги, стоящие у разрушенных ворот. — Это всё мои деньги! Все мои сбережения! Я вложил в этот караван всё, что у меня было! Я не могу просто уйти и всё оставить!

Его голос сорвался на визг. У купца явно началась истерика и нервный срыв от всего пережитого.

— Ты понимаешь, сколько это стоит⁈ — продолжал он кричать. — Тысячи! Тысячи золотых! Я разорюсь! Моя семья будет нищенствовать! Мои дети…

— Заткнись, — тихо сказал Чжэнь Вэй, но в его голосе была такая сила, что даже я вздрогнул.

Чень Бо осёкся, глядя на него. Командир шагнул ближе, его лицо было непроницаемым.

— Послушай меня внимательно, торговец, — произнёс он медленно, чеканя каждое слово, и это «торговец» прозвучало как ругательство. — Ты можешь остаться здесь со своим товаром. Будешь сам охранять его, грузить на телеги и везти куда захочешь. Потащишь телегу сам, потому что все волы погибли.

Он указал на храмовые ворота:

— Постарайся успеть всё сам, но через день-другой сюда придут те, кто заказывал готовые пилюли Сюэ Гу. Они будут очень рады тебе. Уверен, они с удовольствием выслушают твою историю о том, как дорого стоит твой товар.

Чень Бо побледнел.

— А может, вернётся тот десяток сектантов, что уехали раньше, — продолжил Чжэнь Вэй безжалостно. — Они найдут тебя здесь с товаром, и спросят, что произошло. И ты, конечно, расскажешь им. Всё, каждую мелочь. Поверь, эти люди умеют допрашивать.

Купец отступил на шаг.

— Или, — голос командира стал ещё холоднее, — ты пойдёшь с нами. Бросишь товар, но выживешь. Гильдия Клинка укроет тебя, даст новое имя и новую жизнь. А если ты будешь жить, ты снова сможешь заработать. И твоя семья останется живой, — он безжалостно кивнул на У Фэна, который нянчил останки невесты. — А не как у него…

Командир развернулся, давая Ченю Бо время подумать.

— Выбор за тобой. Хочешь остаться — оставайся. Я никого не держу. Те, кто хотят попытаться спастись, идут со мной.

Чень Бо стоял, открыв рот. Его руки дрожали, а слёзы потекли по щекам. Потом он рухнул на колени, закрыв лицо ладонями, и зарыдал.

— Я… я пойду… — прохрипел он сквозь слёзы. — Я пойду с вами… Прошу… не оставляйте меня здесь…

Мэй Сюэ подошла к нему, опустилась рядом, обняла за плечи, успокаивая, и начала читать какие-то заклинания, потихоньку вливая ци в обессиленного человека.

Я отвернулся, глядя на разрушенные конюшни.

Проклятье.

Лошади.

— У нас нет лошадей, — сказал я вслух.

Чжэнь Вэй обернулся:

— Что?

— Лошади, — повторил я, указывая на руины конюшни. — Они погибли во время битвы. Конюшня была разрушена. И волы тоже. Как мы пойдём? Да ещё с ранеными? Разве мы сможем унести всех?

Все уставились на меня, потом на руины, а потом друг на друга.

— Проклятье, — выругался Тао.

Без лошадей или волов мы не могли везти телеги, а без телег мы не могли перевозить раненых. Юэ Ган всё ещё был без сознания. Он был тяжело ранен, значит его нужно было нести. Лин Шу была готова волочь его на себе, но как далеко она сможет с ним пройти?..

У Фэн, предатель-купец, был жив, но полностью уничтожен как человек. Он всё так же безучастно сидел где-то в углу двора, прижимая к груди отрубленную голову своей невесты, и бормотал что-то бессвязное. Возницы тоже были истощены и ранены, а сильных культиваторов, сохранивших силы и способных нести людей на себе, было не так много.

Я быстро прикинул. Пятеро мужчин-наёмников на ногах: Чжэнь Вэй, Ма, Тао, Чжао Ю и я. Женщины-наёмницы: Лин Шу, Сяо Лань и Мэй Сюэ, но просить женщин нести мужчин было неприлично, даже в такой ситуации.

— Я сама понесу своего командира, — сказала Лин Шу твёрдо. — Юэ Гана.

Ма и Тао переглянулись:

— Мы поможем купцам, — буркнул Ма. — Если они не смогут идти сами.

Чжао Ю кивнул:

— Я тоже помогу.

Все посмотрели на У Фэна. Предатель сидел у стены, качаясь взад-вперёд. Голова его мёртвой невесты лежала у него на коленях, завёрнутая в окровавленную ткань.

Никто не хотел к нему подходить и никто не хотел нести его. Я вздохнул:

— Наверное, я смог бы унести двоих…

Сяо Лань фыркнула.

— Оставим его, — сказал Тао жёстко. — Сам виноват.

— Нет!

Лянь Мэй шагнул вперёд. Его лицо было бледным, но решительным. Толстяк упал на колени перед Чжэнь Вэем и поклонился, ударив лбом землю.

— Прошу, — сказал он. — Умоляю, заберите его. И голову девушки, чтобы достойно похоронить бедняжку.

Чжэнь Вэй нахмурился:

— Ты понимаешь, о чём просишь? Да, я тоже хотел бы, чтобы он предстал перед правосудием, но мы не в том положении, придётся выбирать тех, кого мы действительно можем вывести. Этот человек предал всех нас. Да, я сам лично решил вытащить его из клетки, но сейчас, оценив всё, его легче убить, чем спасти, чтобы он не мучился.

— Я знаю, — перебил Лянь Мэй. — Я знаю, что он сделал, но он… он сошёл с ума от горя. Секта использовала его любовь как оружие, теперь он сломлен.

Купец поднял голову, глядя командиру в глаза:

— Я поклялся Небесам. Поклялся, что позабочусь о нём, если смогу выжить. И раз Небеса надо мной сжалились, я не могу его бросить. Клятва — это святое.

Чжэнь Вэй смотрел на него долго, очень долго. Потом схватился за голову, выругавшись:

— Тогда сам его тащи! — рявкнул он. — Я не дам ни одного наёмника, чтобы нести предателя!

— Понял, — кивнул Лянь Мэй. — Я понесу его сам.

— Ты? — Тао фыркнул. — Ты же обычный человек. Как ты понесёшь взрослого мужчину?

— Как-нибудь, — упрямо ответил толстый купец.

Мэй Сюэ наблюдала за этим обменом, прикусив губу. Потом посмотрела на командира.

— Дядя, — позвала она тихо. — Есть ещё один способ.

Чжэнь Вэй обернулся:

— Какой?

— Я знаю один ритуал, — ответила девушка. — «Искра Общей Судьбы», Гунмин Чжи Син.

Я никогда не слышал о таком, судя по лицам остальных, они тоже.

— Что это? — спросил командир.

Мэй Сюэ выпрямилась, собираясь с мыслями:

— Это древний ритуал храма Журавля, а у меня достаточно навыков и знаний, чтобы провести его. Его используют, когда группа людей должна выбраться из смертельно опасного места, но у них недостаточно сил. Вернее есть сильные, но слабых больше, и им нужна защита.

Она шагнула в центр, чтобы все могли её видеть:

— Принцип такой: культиваторы делятся своей ци с обычными людьми. Временно, на срок до одного дня. Это даёт простым людям силу, скорость и выносливость культиваторов.

Чжэнь Вэй нахмурился:

— Это может быть опасно.

— Это опасно, — согласилась Мэй Сюэ.

— Но? — подсказал Чжао Ю, чувствуя, что есть продолжение.

— Но не для нас, а для обычных людей. Их тела не укреплены, они не привыкли к постоянной циркуляции ци и нашим нагрузкам. Когда ритуал закончится, им будет очень плохо. Возможны повреждения меридианов, мышечные боли и лихорадка. Чтобы всё прошло без больших повреждений нужен целитель. А у вас есть я… Если наши подопечные выдержат нашу ци, — закончила девушка. — Мы сможем двигаться очень быстро. Если распределить силу ци всех культиваторов на всех присутствующих… — Она быстро прикинула в уме: — У каждого будет сила примерно второй звезды. Этого достаточно, чтобы использовать базовые техники усиления тела и ускоренного передвижения, но при этом не будет слишком большой нагрузки на обычных людей.