Я сверился с поисковым амулетом, и голова золотого ястреба послушно развернулась в сторону, куда указывала и до этого. Один из недостатков этого исключительно полезного артефакта была невозможность определить расстояние до цели. Его приходилось вычислять самому, по мелким нюансам вроде наклона клюва, и это работало только в сравнительной близости к объекту поиска. Возможно, до руки Мерлина оставалось преодолеть всего пару улиц, возможно — половину города. Любители наблюдать из основания башен могли в принципе не желать нам зла, но какие на это были шансы? Успокаивало лишь одно — быстро добраться до нас они смогут лишь по воздуху, а значит, сразу выдадут себя. Расстояния и сплошная опасная зона на земле скорее работали в пользу нашего отряда.
Моя логика выглядела практически безупречно… На тот момент.
Спустя полчаса пути мы вышли к особо широкому проспекту — как и во всех других случаях, заваленному мертвецами от края до края. Хорошие новости состояли в том, что теперь клюв амулета однозначно указывал на монументальное здание напротив — тяжеловато было определить его назначение. Мрачный силуэт, словно сложенный воедино из всё более высоких круглых колонн, но щеголяющий уцелевшими витражными окнами и исполинской аркой входа. Она была настолько велика, что трупы закрывали её лишь наполовину. То ли храм, то ли центральная библиотека, то ли магическая академия — не суть. Рука Мерлина находилась либо там, либо прямо за ним.
Плохие новости — проспект оказался слишком широким, чтобы перебросить через него зачарованный трос, да и здания на нашей стороне были куда ниже, чем на противоположной. Но мне вполне хватит, чтобы разбежаться и спланировать. В теории, мы с Кас могли оставить тут Мордреда, Анну и Бенедикта, быстро сгонять туда и обратно. В противном случае пришлось бы искать длинный обходной путь, потерять ещё пару часов и рисковать заночевать в этом потрясающе недружелюбном месте. Неизвестно, спускались ли сюда твари кошмара, но даже если нет — идея была далеко не из лучших.
Но когда мы вкратце обсудили ситуацию и приготовились реализовать план, враг нанёс свой удар. С совершенно неожиданного направления.
Сперва мы услышали крик — нет даже не так, предвестие крика. Отзвук из бескрайней тьмы, направление которого было невозможно определить. Лишь спустя несколько секунд стало ясно, что крик исходит сверху — хриплый вопль, вырывающийся из давно мёртвых лёгких, но принадлежащий всё ещё живому человеку. Тому, кто не хотел окончательно умирать. Тому, чьего мнения явно не спросили где-то с минуту назад.
БАХ!
Иссохшее тело весило немного — пожалуй, не более десяти килограмм. Но те, кто свершил зло там, наверху, хорошо знали своё дело. Они привязали к ногам несчастного чугунный груз — чтобы утяжелить его и исключить фактор парусности. Тот, кто ещё с утра был одним из немногих выживших на верхних уровнях Камелота, камнем рухнул на нижние уровни, угодив на соседнюю с нами крышу — и оставшись на ней жалкой грудой переломанных конечностей.
— По… могите… — просипел он на грани слышимости. — Я не могу… не могу тут… умереть…
Мордред — благородная душа — сделал шаг в его сторону, но я остановил рыцаря жестом, чувствуя, как от лица медленно отливает кровь. В какой-то мере нам повезло — падение и громкий звук не разбудило спящий легион нежити.
Проблема состояла в том, что сверху скинули ещё четверых.
Отзвуки криков. Крики. Резкий свист пролетающего мимо тела-снаряда с грузом на ногах. И, наконец, сухой хруст — звук дробящихся древних костей, когда те, кого сбросили сверху, приземлились в полноводную реку своих бывших сограждан.
Над широким проспектом вставал новый звук, подхваченный сотнями, тысячами иссушённых глоток — хрип пробуждения. Он моментально заглушил тихие мольбы о помощи обречённых на смерть, тех тут же затянуло внутрь бесконечной орды. Мы тут же отступили от края крыши, присматривая ближайший вход на какой-нибудь чердак, но было поздно.
На нас обратили внимание — и справедливо сочли нарушителями.
Нельзя сказать, что иссохшие Камелота по силе и умению как-то отличались от таковых в Полуночи. Живые мумии, едва способные хватать и дёргать, чьи удары были слабы, а плоть рассыпалась даже от удара обычного живого человека, либо скелеты с весьма хрупкими костями. Только вот даже в самых «густонаселённых» коридоров моего замка не встречалось больше нескольких десятков этой низшей нежити — а на нижних уровнях столицы Авалона их водились буквально миллионы. Да, одновременно на нас могло накинуться не более пары сотен, чисто за счёт ограничений в пространстве, но они даже не думали кончаться.
Волна нежити поднялась с улицы и обрушилась на крышу, буквально захлёстывая нас мёртвыми телами и градом костей. Мордред принял на себя основной удар, а мы укрылись за ним, но результат всё равно оказался ощутим. Лучше всего устроилась Кас, моментально приняв боевую форму и за пару секунд расчистив пространство вокруг нас потусторонними воплями. Увы, расчищенное заполнилось назад ещё быстрее. Мы держали оборону с трёх сторон — Мордред, Бенедикт и я, прикрывая уязвимую Анну в центре, которая затянула гортанное заклинание, совершенно мне незнакомое. Иссохшие напирали, ломились к нам через головы друг друга, протягивали худые конечности, пытаясь впиться в глаза, схватить за волосы, утянуть к себе! Мощь «Зверя» была им не по зубам, Мордред и Бенедикт тоже не сдвинулись ни на шаг. Каждый мой удар полэкса разрывал в клочья от одного до трёх врагов, а на их место каким-то образом влезало в два раза больше.
Наше качество пока что преобладало над количеством, но так попросту не могло продолжаться вечно.
— Мы должны… двигаться! — рявкнул я, отталкивая целый ряд мертвецов, и пинком лишив головы особо резвого подползающего скелета. — Мордред, что за здание напротив? То, с витражами?
— Банк, — коротко сказал рыцарь.
— Банк⁈ Серьёзно⁈
— Да. Очень прочные двери. Были когда-то, сейчас не поручусь.
Другого выхода нет — если даже рука Мерлина окажется не там, нам жизненно необходимо укрытие, где можно забаррикадироваться и переждать, пока орда не уймётся.
— На счёт три, — сказал я, стараясь синхронизировать ритм напирающих гадов и взмахи полэкса. — Прыгаем вниз и бегом до банка! Раз…
Я вдруг ощутил неожиданное — заметный щипок в спину, откуда всё ещё доносилось гортанное пение Анны.
— Виктор Игнатьевич, — подал голос Бенедикт, только что одним движением оторвавший головы троим. — Госпожа Анна одобряет ваш план, но просит дать ей ещё пять секунд.
Я не успел ответить — пение вдруг обратилось протяжным воем на одной ноте, который оборвался в высшей точке, трансформируясь в выплеск сырой, необузданной силы. Вокруг нашей маленькой, но неприступной ячейки обороны родился незримый ураган, отбрасывающий нежить в стороны, сметающий её с крыши, разрывающий в воздухе на куски! Не прошло и пары секунд, как вокруг нас не осталось ни одного иссохшего или скелета, а быстрый взгляд вниз показал, что дорога по заваленному трупами проспекту изрядно очистилась. По одному участку, пожалуй, даже можно было пробежать, не наступая на живых мертвецов через шаг!
Временное, очень временное явление — поскольку нежить уже начинала собираться для второй волны. Но пока что Анна дала нам столь необходимую передышку для действий.
— ВПЕРЁД!! — крикнул я, подхватывая на руки обессиленную ведьму.
Разбежаться, прыгнуть, выбрав для приземления наиболее чистый сегмент брусчатки. С Анной на руках нет возможности отрастить крылья, но здесь всего этажа три — приземление с лёгкостью погасили модифицированные «Метаморфом» ноги в сочетании с силой «Зверя». Камни ощутимо трясутся — сзади приземлился Мордред, а орда нежити по обеим сторонам улицы начала движение в нашу сторону. Вперёд, вперёд, вперёд, к темноте монументального входа в банк Камелота, да упокоятся с миром местные капиталисты, соорудившие его тысячелетия назад!
