Обнулённый. Дилогия (СИ) - Гато Макс

– Естественно, – тут же кивнул Лазарь. – Это абсолютно осознанный шаг в любом научном испытании. Калибровка, если так можно выразиться.

– Если мы её прибили, то дальше зараза не пойдёт, – с уверенностью в голосе произнёс Бертран, но поймал мой взгляд и тут же переспросил, – Мы ведь её прибили?

Я неопределённо покачал ладонью в воздухе, и Бертран в очередной раз тяжело выдохнул и разгладил бакенбарды.

– Ещё остаётся карта, – напомнил я.

Лазарь поднялся со стула и выложил в центр комнаты самодельную карту с тремя отметками, которую мы нашли в лесу.

– Центральная метка точно соответствует позиции главного лагеря, – сказал я, указав в центр. – А вот к чему остальные две…

– Одна из меток находится близко к Аббатству, – сразу же подметил Лазарь.

– А эта будто бы близко к делянкам… – ткнул пальцем в карту Бертран. – Хотя эти наколки хрен разберёшь.

Лазарь сидел на корточках, сканировал глазами кусок кожи и пытался составить в голове логическую цепочку. Он бегал взглядом по отметкам и что‑то прикидывал в голове.

– Тебе доводилось бывать в этом районе? – вырвал его из размышлений я.

– М? – переспросил он, но тут же продолжил, – Нет, я не был в этой части леса. В связи со спецификой моих исследований аббат запретил мне приближаться к большей части клириков. Как и покидать само Аббатство.

– А как ты выбрался наружу? – уточнил Бертран.

– Мне помог оруженосец Истафана, – ответил Лазарь как само собой разумеющееся. – Он прибыл в Кримвальд с каким‑то донесением, и, пока все переполошились, я ретировался из Аббатства.

Я почувствовал, как Айрис крепко вцепилась в край кровати при одном упоминании брата. Я ненадолго сжал её руку. Горящий в её глазах огонь успокоился, и она благодарно кивнула.

– Проще говоря, ты свинтил, пока их отвлек помощник паладина? – прищурился Бертран.

– В определенным смысле – да, – ответил Лазарь.

– Стоило сразу так и сказать, – недовольно возмутился Бертран.

– Так ведь никто и не спрашивал, – по‑простецки сказал Лазарь.

– С паладином разберёмся позже, – остановил прения я. – Гораздо интереснее понять, как именно связаны эти метки, если одна из них это главный лагерь.

– От подвала шёл странный след остаточной магии, – вступила в обсуждение Айрис. – Никогда такого не ощущала. Он точно отличался от магии Иеремии.

– Чем именно? – с интересом спросил Лазарь.

– Сложно сказать… – Айрис покачала головой. – Я была слишком далеко от подвала, и след был не слишком стойким.

– Да уж, нас всех знатно потрепало, – усмехнулся Бертран. – Тут было не до поиска следов, что ботинок, что магии.

Айрис едва заметно улыбнулась, явно оценив тот факт, что Бертран не винил кого‑то конкретного, а вполне справедливо отмечал, что весь отряд был слишком сильно потрёпан, чтобы внимательно искать улики.

– Если они держали в подвале демона, это могут быть остатки демонической магии, – предположил я. – Но самого демона они, похоже, уже успели прикончить.

– Любые взаимодействия с демонами, кроме убийства оных, запрещены Верховным Жрецом, – проговорил Лазарь, явно вспоминая фразу из какого‑то церковного талмуда.

– Формально да, – сказал Бертран. – Но никто не побежит жаловаться в Аббатство, если где‑то в глубине леса убьют пару демонов.

– При этом барон, правящий этой землёй, крайне ограничен в средствах, – задумчиво произнёс я. – Паладин сидит на границе. Или, по крайней мере, сидел до недавнего времени. А Аббатство вряд ли полезет далеко в лес за пределы тех делянок, что им выделил барон.

– К чему ты клонишь? – шмыгнул носом Бертран.

– К тому, что для них лес был не просто укрытием. А самым настоящим рабочим пространством. Они и не прятались ни от кого, им было комфортно.

Судя по всем собранным фактам, операция культа шла как минимум несколько лун, а Иеремия могла появиться в этом лесу задолго до этого. И староста Бракмура узнаёт об этом только сейчас, когда заражённых скверной зверей стало уже десятки, если не больше.

– Хитрая тварь эта Иеремия, – покачал головой Бертран и добавил: – Была.

– Или есть, – тут же поправил его Лазарь.

Он продолжал внимательно всматриваться в карту и постукивал пальцами по полу.

– Так, ладно, – хлопнул в ладоши я и поднялся на ноги. – На сегодня достаточно головоломок. Предлагаю разобрать трофеи. Можете взять любые вещи, которые вам понадобятся, остальные я продам и разделю доли на весь отряд.

Я смотрел на сидящий вокруг отряд, но никто не спешил лезть в сумки и мешки. Тогда я подошёл к одному из мешков и вытащил оттуда самый целый и наточенный нож из тех, что мы забрали. Я повертел его в руке, проверяя баланс.

– Это не произведение мастеров Хайлэнда, но на первое время сгодится, – сказал я и протянул нож Айрис рукоятью вперёд. – Вместе с кирасой будешь выглядеть как настоящая валькирия.

Айрис сморщила нос то ли от воспоминания о кожаной броне, которую она сейчас не носила, то ли от аналогии с самым свирепым боевым отрядом Церкви.

– Спасибо, – всё же после небольшой паузы она приняла нож.

– Я заберу одну из кольчуг, – обратился ко всем я. – Ты когда‑нибудь носил кольчуги, Лазарь?

Вторая часть вопроса была адресована бывшему клирику.

– Не доводилось, – быстро ответил он. – Я бы предпочёл не нагружать себя лишним вес…

– Рубаха и плащ – это несерьёзно, – прервал его я. – Вторая кольчуга короткая и на тебя не полезет, но если получится выручить за неё более‑менее приличные деньги, подберу тебе броню покрепче.

Лазарь тяжело выдохнул и выглядел словно мученик, которого заставляют идти на великую жертву. Но, пока он не успел начать возражать, я ещё раз хлопнул в ладоши и подытожил:

– Решено! Мы с Бертраном отправляемся на рынок и, как только распродадим трофеи, займёмся закупкой.

Я на секунду задумался и понял, что и Лазарь, и Айрис несколько седмиц бегали от преследователей по лесу. Поэтому денег у них точно не было. Я достал из‑за пазухи три серебряные монеты и произнёс:

– Пока задаток, каждому по серебряку. Остальное распределим после рынка.

Лазарь и Айрис приняли деньги без особых эмоций, а вот Бертран заметно улыбнулся.

– Спасибо, командир! – сказал он и поднялся на ноги. – Ну что, выдвигаемся?

Глава 3

Кузня уже работала, когда мы свернули на главную улицу. Глубокий размеренный лязг достиг нас за полквартала, и я использовал его для навигации, не опираясь на ориентиры Бертрана. Первые торговцы уже обустраивались на рынке, а запах свежеиспечённого хлеба из печи смешивался с запахом калёного железа и угля из кузни.

Мы вышли из‑за поворота, и я увидел перед собой настоящую мастерскую: не просто лоток или переносной шатёр, а крепкое каменное здание с закопчёнными сажей стенами и дверью, открытой настежь.

Мы были нагружены сумками с вещами, самой ценной из которых для меня была слегка подбитая кольчуга. Едва мы подошли к двери, как из здания вышла коренастая женщина лет за сорок, невысокая и с широкими плечами и остатками копоти на лице. У меня не возникло никаких сомнений в том, что она долгое время работала в кузне.

– Доброго дня вам, – поприветствовала она нас раскатистым басом. – Неужто в кои‑то веки мне клиента привёл?

Последняя часть фразы была адресована Бертрану. Бывший стражник тут же распрямил плечи и довольным голосом произнёс:

– А как же! К тебе очередь за полверсты, даже не знаю, за работу хоть возьмёшься или нет.

Хотя никакой очереди перед кузней не было, в то, что местный мастер пользовалась большим спросом как для деревенских, так и для солдат барона, верилось охотно.

– Коль работа интересная, чего же не взяться, – улыбнулась женщина.

– У нас есть подбитая кольчуга, которую нужно подлатать, – вступил в разговор я.

Мастер оглядела меня с головы до ног, остановив особое внимание на перевязях с оружием и на сумках с трофеями, которые мы тащили на себе. Она махнула рукой, приглашая в лавку: