Сиротка для ректора, или Магия мертвой воды (СИ) - Вереск Яра

Я осталась наедине с комендантом общежития и госпожой Корч. Впрочем, и они скоро ушли, убедившись, что я внимательно ознакомилась с правилами поведения и напомнив, куда и в котором часу мне надо завтра быть.

Крохотная комнатка вмещала две койки, одну широкую тумбочку у окна, платяной шкаф и шкафчик для верхней одежды. Удобства на этаже. Зато есть небольшой балкон с видом на лужайку возле главного студенческого корпуса.

В Северной Башне у меня была отдельная комната с отдельным туалетом. Здесь у студентов, наверное, условия жизни тоже получше.

Одна из коек в комнатушке была обжита. На подушке-раскрытый на середине роман, на тумбочке — косметика и фантики от конфет. На полу — махровые домашние тапочки, довольно милые.

Я села на свою койку и… и вдруг меня разобрал какой-то дикий, неостановимый смех!

Это вот кем надо быть, чтобы вляпаться в такую историю? Начну рассказывать — никто не поверит! Знать бы еще, кому именно я задолжала сто сольмов, что он так легко и без всяких согласований распоряжается ресурсами Академии! Но самое главное — быть его должницей, оказывается, не так накладно: вчера еще я ночевала в пыльном сарайчике новых хозяев тетушкиного дома. Сегодня утром была уверена, что следующая ночевка предстоит в дилижансе где-то между Каной и Этриной, а днем — попросту знала, что изолятора в полицейском участке мне не миновать. Но в результате оказалась в хоть и маленькой, но чистой комнатке в общежитии, предназначенной для технического персонала. Даже с работой. Финт ушами судьбы!

Я постелила постель, я даже немного успокоилась, когда вдруг объявилась моя соседка. Невысокая блондинка в длинном форменном платье с передником явно работала горничной: кому еще нужна здесь опрятненькая форма с косынкой и значком Академии на рукаве.

— Привет, — сказала она мне. — Ты кто?

— Рона.

— А я Дриана. Тоже к нам в корпус? Или к живности?

— Кажется, к тряпкам ближе, — развела я руками. — Назначили в прачечную.

— О, ну там, наверное, будет поспокойней… хотя, студенты — те еще грязнули. Но среди них есть несколько вполне перспективных экземпляров. Правда, парней больше на третьем этаже, где артефакторы и военка. У нас на бытовом — так… два-три зельевара. Но они такие ботаны, что абордаж требует серьезной алкогольной подготовки.

— Разберемся, — осторожно пообещала я. — Мне, честно говоря, эта работа досталась за долги…

— И кто тебе так задолжал? — округлила она красивые зеленые глазки.

— Это я задолжала, — призналась я.

Чем не шанс что-то узнать про «охотника на ящериц»?

Соседка села напротив и изобразила абсолютное внимание.

Кажется, мне досталась вполне мирная соседка.

— Я задолжала сто сольмов Шандору Дакару…

— О! Это ты… это круто. Это, я не знаю… как задолжать сто сольмов его императорскому величеству Игнасу Четвертому…

— Он препод?

— Эм… Какая разница, я хочу с ним селфи уже второй год…

Второй год? «Охотник на ящериц» — знаменитость? Впрочем, весь последний год мне было не до светских новостей. А в прежние времена меня мало что интересовало кроме учебы и планов на вольную жизнь приграничного мага-разведчика. В которую никак не вписывались условности столичного высшего света.

Словно поняв мою растерянность, Дриана уточнила:

— Погоди, ты не знаешь, да?

— Чего?

— Ты задолжала нашему новому ректору. Вернее, он исполняет обязанности, но какая разница! Он крут. Я серьезно. Если мы говорим об одном и том же человеке…

— Шандор Дакар. — повторила я имя.

И меня снова начал разбирать нервный смех, пока я вдруг не вспомнила контролера, который сегодня приходил к Дакару днем.

— А почему ему тогда нельзя колдовать?

И вообще. На ректора он похож примерно, как я на императора Игнаса. Ну какой ректор? Сколько ему, от силы тридцать… ну тридцать пять. Ректор в Северной Башне — это такой седой дядечка с окладистой бородой. Хотя, у магов возраст — вещь не очевидная. Может, мой охотник на ящериц все детство в источнике купался.

Но все равно. Саба. Куртка какая-то полуармейская, опять же, запрет на магию…

— Не знаю. Вроде говорили, что он кого-то нечаянно магией слишком сильно приложил. Но это, точно говорю, была самооборона.

Мы еще немного пообсуждали предположительно нового ректора, студентов и местные порядки, а потом улеглись спать. Пришлось только платок перемотать потуже. А сегодня же ночью я все-таки снова сбрею всю волосню налысо. Буду ходить еще смешнее, чем обычно. Но пусть лучше ржут или жалеют, чем пристают с неприличными предложениями или устраивают скандалы. Знаем-проходили! Да, так и сделаю!

Глава 4

Повышение

Без волос все выглядят жалко. Так что соседушка моя ничуть не удивилась платку и даже посочувствовала моей вселенской проблеме. Я соврала, что волосы у меня растут кривыми пучками после того, как мне в детстве на голову пролили некое зелье. Так что — «без бритвы и платка ну совсем никак!».

— А если магией лечить?

— Ну, да, пробовали. Не помогло.

— А если парик?

— Мне сейчас не по карману. А дома я все надеялась вылечить…

— Так, тут есть один алхимик… я у него спрошу. Вдруг что-то придумает.

— А? Хорошо. Благодарю!

Может и придумает… ах, как жаль, что это было не просто какое-то разлитое зелье для бритья… как бы все легко решилось!

Вообще, работа оказалась монотонной и не такой тяжелой, как казалось на первый взгляд. Ну да, приходилось перетаскивать с места на место тюки с сортированным бельем. Да, все время жарко и влажно.

Но зато никто с ножом за тобой не бегает, в душу не лезет и вообще, относится в достаточной мере равнодушно, чтобы даже начать испытывать благодарность.

И хотя другие студенты и даже сотрудники за глаза называли Рузану Корч «Старой Корчей», я старалась так не делать. Пусть она продолжала на меня недобро коситься, пусть ставила на самые неудобные часы дежурства. Мне все равно казалось важным оставаться с ней корректной и вежливой: в конце концов, не мне выбирать с кем работать. Вероятно, никакой другой столь же приличной работы мне в ближайшее время не найти.

Форму в прачечной тоже полагалось носить, но немного другую. Более пригодную для влажного теплого помещения. Форма состояла из длинных тонких штанов и рубашки простого кроя, но я не успела ей обзавестись, потому что в один не слишком счастливый день та самая Рузана Корч специально вызвала меня от котлов и баков. Поговорить.

Рядом с ней ждала комендант студенческого общежития, которая в самый первый день показывала мне комнату. Я с тех пор ее ни разу и не видела. Впрочем, узнать ее не сложно — высокая худая дама очень строгого вида с тощей, но о многом говорящей косой между лопаток.

Маг из старой аристократической семьи. Ну да, не всем удается сохранить источник магии, фамильная гордость хранится дольше. Но и она перестает иметь значение, когда кушать хочется, и я тому яркий пример.

— Ты, что ли, «исполнительная и спокойная девица»? Корч тебя хвалит.

Понятия не имею.

Корч вообще-то никого не хвалит. Даже молчит всегда неодобрительно.

— Не знаю, — ответила я на всякий случай.

Комендантша закатила глаза и полезла в шпаргалку:

— Да ты, ты, ошибка исключена, я тебя помню. Собирайся… хм. Верона Фелана.

— Что-то случилось?

— Что… у нас нехватка людей в студенческом корпусе. Так что мы попросили прачечную кем-нибудь поделиться. Корч решила поделиться тобой. Да не бойся, ничего страшного не происходит. Можешь вообще считать это повышением и продвижением по службе.

Комендантша была немного на взводе. Шутки получались нервными.

Я осторожно спросила:

— Простите, а… до кого меня повысили⁈

— До младшего лаборанта… почти. В общем, ничего особенного, надо будет прибирать лаборатории и кабинеты после занятий, мыть зал после боёвок. Работы тоже много, но хоть не в темном подвале. Будешь на солнце бывать, а то вон, какая бледная. Опять же. Общения будет больше с людьми…