— Как удачно, что вы сейчас находитесь в тяжёлом состоянии, не правда ли? — тут же нашёл, к чему прицепиться мой собеседник.
— Ты совсем идиот? — я не смогла сдержаться. — Если бы я кого-то затрахала до смерти, то сейчас бы цвела и пахла, а не ощущала себя древней старухой, которой на кладбище уже прогулы ставят.
Что-либо ответить на моё замечание Вилмар не успел, потому что в комнату вернулась Еруна, да не одна, а в компании с Дэйком и Эдом.
Жертва
— Вилмар, — сухо кивнул коллеге Дэйк.
— Дэйк, — недовольно вторил ему Мэн.
— Опять совершаешь неправомерное задержание представителя тёмной расы?
— Правомерно оно или нет — следствие покажет.
Пока мужчины обменивались колкостями, Еруна шустро прошмыгнула мимо них, подошла ко мне и вручила флакон с восстанавливающим зельем.
— Откуда они тут? — кивком указав на Дэйка и его напарника, тихо спросила я.
— Я позвонила, — тоном, словно это было само собой разумеющимся, ответила подруга. — Ты сегодня не в том состоянии, чтобы потворствовать чужим тараканам в башке — тебе нужен отдых и полноценный ужин. Ни того, ни другого в следственном изоляторе точно не будет.
— Какие у тебя есть улики против госпожи Астэрэль? — между тем продолжал допытываться Дэйк, по какой-то непонятной причине решивший вдруг выступить в роли моего адвоката.
— Жертва была найдена в трёх кварталах отсюда без каких-либо видимых повреждений, — объяснил Вилмар, выглядевший крайне раздражённым из-за того, что вынужден перед кем-то отчитываться. А не отчитаться он не мог — Дэйк был выше по званию, и этот район был закреплён за ним.
— Причина смерти?
— Пока не установлена.
— Мило, — Дэйк презрительно скривился. — Откуда тогда взялась уверенность, что к его смерти причастны суккубы? Тебе одного служебного разбирательства показалось мало?
— А чего это вы, господин майор, вдруг заступаетесь за суккуба?
— Потому что любое задержание должно производиться строго в рамках закона, лейтенант. А своим поведением вы, во-первых, портите собственную репутацию, а во-вторых, бросаете тень на всё управление. Как люди смогут нам доверять, если не будут уверенны в нашей непредвзятости?
— Причём здесь люди? — деланно удивился Вилмар. — Я занимаюсь только всякими тварями. И главные среди них — вот эти дамочки, — он кивнул в нашу с Еруной сторону, — которые прикидываются невинными овечками.
— Беее, — громко заблеяла я, привлекая к себе внимание всех присутствующих. — Чего вы так уставились на меня, господа? Я сказала что-то неприличное на овечьем?
Эдвард коротко хохотнул, оценив шутку, а Дэйк с Вилмаром наградили меня одинаковыми уничижительными взглядами.
— А если серьёзно, господа, — я наконец-то натянула джинсы, придав себе цивильный вид, и собрала волосы в высокий хвост, подвязав резинкой, услужливо протянутой Еруной. — Вы меня достали. Охотник Мэн, — я перевела взгляд на Вилмара. — Хотите меня задержать — пожалуйста. Сопротивляться не буду. Но, быть может, разнообразия ради, вы хотя бы фото жертвы мне покажете? Чтобы я, по крайней мере, понимала, за кого буду страдать.
Вилмар достал из небольшого рюкзака, висевшего у него за спиной, тоненькую папочку, открыл её, порылся среди бумаг и вручил мне картонный прямоугольник.
Мне хватило одного взгляда, чтобы узнать изображённого на снимке человека.
— Говард, — ошеломлённо выдохнула я, глядя на неестественно бледное лицо с остекленевшими глазами, смотревшими куда-то вверх.
— Вы знакомы? — тут же насторожился Дэйк.
— Да, — кивнула я и протянула фотокарточку обратно Вилмару. — Это мой постоянный клиент. Приходит, простите, приходил три-четыре раза в месяц, обычно в пятницу или субботу.
— Сегодня у нас как раз пятница, — напомнил Вилмар едко.
— Я в курсе, — раздражённо ответила я. — И, опережая следующий вопрос: да, он был у меня сегодня. Пришёл в шесть часов вечера, пробыл полтора часа и ушёл. Целый и невредимый, можете проверить записи с камер.
— У вас есть камера? — искренне удивился Вилмар.
— Разумеется, есть. Вы думаете, охотник Мэн, что являетесь первым, кто зациклился на суккубах и пытается повесить на нас все глухари в городе? — я презрительно фыркнула. — Ещё десять лет назад я позаботилась, чтобы в каждой комнате и при входе были камеры. На случай вот подобных ситуаций. Чтобы ни у кого не возникло сомнений, что каждый, кто переступил порог «Дома огненных цветов», вышел отсюда на своих двоих.
— Здравый подход, — кивнул Дэйк. — В таком случае, идёмте. Покажете нам эти самые записи.
— Правда теперь в участок точно придётся поехать, — добавил Эдвард извиняющимся тоном. — Ну, чтобы дать свидетельские показания и всё такое.
Я обречённо вздохнула. И почему именно мне вечно так не везёт?
Признание
Разумеется, видеозапись с видеокамеры в общем зале подтвердила мои слова: Говард вошёл в «Дом огненных цветов» ровно в шесть часов вечера, а вышел в половине восьмого. Целый и невредимый.
— Это ещё ничего не доказывает, — всё равно продолжил упрямиться Вилмар. — Во-первых, ваше влияние могло отразиться на нём и позже, тем более вы сами, госпожа Астэрэль, признались, что он был вашим постоянным клиентом. Ну, и во-вторых, ничего не мешало вам догнать его за пределами борделя.
— Скажите, охотник Мэн, у вас в дипломе какие оценки? — обманчиво ласково спросила я.
— Причём тут мои оценки? — тут же ощетинился тот.
— Притом, что если ты посещал занятия по тёмным расам и имеешь по данному предмету хотя бы тройку, то должен бы знать, что суккубы и инкубы не убивают отсрочено или на расстоянии, — вместо меня пояснил Дэйк, смерив коллегу недовольным взглядом. — Если они досуха выпивают человека, он тут же и умирает, а не бодро уходит по своим делам.
— И «Дом огненных цветов» не бордель, — добавила я раздражённо, — а приют для суккубов.
— И в чём же разница? — ехидно уточнил Вилмар.
Я посмотрела на него, как на деревенского дурачка, и снисходительно пояснила:
— В борделе вы платите за секс, и работницы не в праве вам отказать, нравитесь вы им или нет. То есть в борделе вы выбираете себе партнёршу. В приюте суккубов девочки сами решают, с кем и когда они разделят постель. А также в каких позах и как часто. Ну и, разумеется, никакой платы ни я, ни они со своих гостей не берём.
— Как благородно, — скривился Вилмар. — На что же вы тогда живёте, позвольте узнать?
— Вы работаете в УКН три года, и за всё это время не удосужились узнать источники нашего дохода? — притворно удивилась я. — Какой вы нелюбознательный.
— Госпожа Астэрэль является дипломированным специалистом по проклятьям, — равнодушно сообщил Дэйк. — Трое из её подопечных числятся в Гильдии магов в качестве чароплётов. А также в этом доме проживает три зельевара и одна руническая ведьма.
— Прошу заметить, все дипломированные специалисты и честные налогоплательщики, — не удержалась я от едкого комментария. — Поэтому ваши регулярные визиты с обвинениями, охотник Мэн, кажутся мне оскорбительными.
— Всё равно до выяснения всех обстоятельств я вынужден вас задержать, — упрямо заявил Вилмар.
— Пока не получишь результаты вскрытия с точным временем смерти и её причинами, госпожа Астэрэль никуда не пойдёт, — отрезал Дэйк, чем привёл меня в ещё большее изумление.
«Он что и вправду заступается за меня?»
Я просто не могла в это поверить. И судя по недоверчивому взгляду Вилмара, он полностью разделял мои чувства.
— Вы защищаете суккуба, майор? — возмутился он.
— Да, — просто ответил Дэйк, а у меня сердце предательски пропустило удар. — В отличие от вас, я помню слова присяги.
— Охотник стоит на страже порядка и закона и обязуется защищать всех граждан страны, — по памяти зачитал Эдвард нужный пункт, недвусмысленно показав, что находится на стороне своего напарника. — Суккубы тоже граждане, нравится тебе это или нет.
