Путь Строителя. Дилогия (СИ) - Ковтунов Алексей

Ладно, на самом деле сложно было не заметить, что этот мир заметно отличается от нашего. Это не то средневековье, которое я себе представлял из истории нашего мира. Нет, здесь все совершенно иначе, хотя есть и похожие моменты. Например, в нашем средневековье Рей бы давно сдох. А если и не сдох, то сидел бы в какой‑то хозяйственной постройки при чьем‑то дворе и помогал по хозяйству, а тут какая‑никакая свобода выбора и даже собственное жилье. Это лишь один из моментов, и несостыковки встречаются чуть ли не на каждом шагу.

Деревня‑то большая, а значит, по идее, тут всё вокруг должно быть давно вытоптано. Ладно рыба, ее всю точно не выловишь, а вот зверья вокруг быть вообще не должно. Но нет, охотники далеко за добычей не ходят, того же странного оленя можно подстрелить буквально в пяти километрах от частокола. Да и я сам кошу встретил прямо у деревни, чего уж говорить.

Но охотников при этом не сказать, чтобы много. Самых сильных я видел там, на площади, когда искал огонь посреди ночи. Такие ходят куда дальше, могут неделями бродить по лесу и охотиться на особо опасных тварей. Но есть еще несколько десятков охотников попроще. Они не практики, но добывают дичь исправно, правда и за определенные лесные границы не лезут.

Чем занимаются остальные? Да точно не скажу, но все явно при деле. С другой стороны от леса, если пройти дальше по дороге, начинаются бескрайние поля. Многие занимаются сельским хозяйством, разводят скотину, кто‑то собирает травы, ягоды и грибы в лесу. В общем, Рея все это особо не интересовало, и настоящая деревенская жизнь для него была больше фоном. Сам Рей ходил и мечтал стать великим воителем, но вместо тренировок предпочитал просто прожигать время и в любой удобный момент отлынивал от работы и отдыхал.

Ладно, мысли потекли не туда. Уже добрался до дыры в частоколе, выбрался на свободу и побрел к нужному мне участку берега, прихватив с собой только лопату и мешок. Лопата для червей, которых надо не забывать размещать в вершах, ну а мешок для ракушек. Они как раз лежат на свале дна недалеко от того места, где я установил снасти.

В первой, кривой верше нашел мирно сидящего сомика, который вообще непонятно, зачем сюда залез. Друг, ты же холодную воду должен не любить! Обычно сомы сидят в глубоких ямах и лениво выползают оттуда только когда совсем припечет. Причем буквально припечет, такие рыбы начинают свою активность и поднимаются с глубины только когда вода станет достаточно теплой. Ну а если горячей, то вообще хорошо.

Но тут вода ледяная, я это чувствую своей кожей, так как зашел в нее аж по пояс. Сомик небольшой, но приятный, килограмма на полтора и он обязательно пойдет в коптилку. Разве что придется его слегка укоротить, но это уже нормальный процесс готовки.

А вот в новой верше забилась хорошая щучка в компании всякой плотвы и нескольких окуньков. Надеялся на форель, конечно, или на того же осетра, но пока что увы, разнорыбья особого нет. Раков тоже не видать, хотя их тут особо и не ловят, должны были расплодиться.

Ладно, значит проблема в количестве снастей, приманке и месте. А еще погода, в полнолуние рыба обычно ловится плохо, а на небе как раз сверкает полная луна.

Невольно поднял взгляд и задумался. Это ведь другой мир, но почему он так похож на наш? И при этом отличается кардинально по многим аспектам, взять те же чуть ли не магические способности у некоторых людей. Впрочем, неважно, философией можно будет заняться только когда на теле будет чистая одежда, а в животе вкусная еда. До этого момента лучше мыслить только о том, как мне этого добиться.

Встряхнул головой, насадил рыбу на прутик через жабры, хорошенько завязал и… хотел оставить на берегу, но вспомнил, как ее запах хорошо приманивает всяких кошек. Не, лучше не полениться и отнести все в телегу, а потом уже приниматься за сбор ракушек.

Ракушняк искать не пришлось, он только и ждал меня на пологом свале дна чуть выше по течению от вершей. Вот, значит, откуда взялся сомик в моей верше, эти усатые жители глубин обожают копаться на таких свалах и жрать всё, что в раковинах, причём делают это с завидным аппетитом. Раковины здесь были мелкие, речные, но для моих целей сгодятся любые, лишь бы содержали достаточно карбоната кальция, а он содержится в любой ракушке вне зависимости от размера и происхождения.

Зашёл в воду по пояс и сразу пожалел об этом, потому что тело свело от холода так, будто меня обложили льдом со всех сторон. Выскочил на берег через минуту, присел раз двадцать, отжался десяток, разогнал кровь по окоченевшим мышцам и полез обратно. Причем раздеваться не стал, течение реки как раз поможет хорошенько простирнуть одежду от накопившихся в ней килограммов глины и прочей грязи.

Набрал пригоршню ракушек, ссыпал в мешок, выскочил, присел, отжался, обратно. Через десять минут этого безумия выработался определённый ритм: минута в воде, собираешь сколько успеешь, потом две минуты на берегу, восстанавливаешь кровообращение и чувствительность конечностей. Живот периодически сводило судорогами от холода и голода одновременно, но я решил не останавливаться, пока не наберу нужное количество.

А нужно было немало… Три ямы под столбы, каждая глубиной в два локтя и шириной чуть больше бревна. Да, камнями они забиты почти полностью, и залить нужно только зазоры между ними, но зазоров там хватает. Прикинул в уме объём и получилось что‑то около трёх‑четырёх вёдер готового раствора под каждый столб, а для этого нужно прилично негашёной извести, хотя она составляет лишь часть смеси. Значит ракушек нужно набрать хотя бы пару мешков, с запасом на потери при обжиге.

Между заходами в воду думал о своём развитии, и мысли эти были невесёлыми. Тридцать процентов по Созиданию, сорок по Разрушению, а нужна сотня по обоим. Казалось бы, разница в цифрах не такая уж катастрофическая, вот только набирались эти проценты мучительно медленно, по крупицам, через каторжный физический труд. Копка ям, и на тебе процент. Обкладка камнем, ещё процентик, лепка черепицы всю ночь – ну ты сегодня совсем молодец, вот тебе несколько процентов.

Но ведь у меня был и другой опыт. Снос вышки дал пятнадцать процентов по Разрушению за считанные минуты. Не за часы изнурительной работы, а за один точно рассчитанный и грамотно исполненный снос. Подрубить столбы в нужной последовательности, натянуть направляющую верёвку, дёрнуть в правильный момент и положить конструкцию точно в заданный коридор. Система оценила не количество пота, а качество решения, и разница оказалась колоссальной.

Из этого напрашивался вывод, который грел душу куда лучше приседаний на холодном берегу. Система вознаграждает не тупой монотонный труд, а осмысленное применение знаний и видимый прогресс в том или ином деле.

Внедрение новых технологий, нестандартные решения, творческий подход, приносящий реальный результат. Копать яму может любой, а вот спроектировать и построить треугольную вышку на трёх столбах с известковой заливкой и обожжёнными опорами не может никто в этой деревне, кроме одного грязного подростка с инженерным образованием из другого мира.

Значит, надо достроить вышку. Не просто надо, а жизненно необходимо, причём в кратчайшие сроки, потому что другого способа получить мощный скачок по Созиданию у меня попросту нет. Ни черепица, которой сохнуть ещё две недели, ни очередная ночь с глиной и лопатой не дадут того, что даст завершённая нестандартная конструкция. Вышка должна стоять завтра к вечеру, и точка, других вариантов успеть не существует.

С этой мыслью набил мешок ракушками до отказа, и еще раз подошел к воде, но уже чтобы качественно и целенаправленно постирать одежду. Стирка в ледяной воде без мыла мало напоминала стирку в привычном понимании, скорее яростное полоскание и выжимание, но хотя бы глина и пот окончательно отошли, и одежда перестала стоять колом. Натянул мокрое на себя, содрогнулся от прикосновения ледяной ткани к разгорячённой коже и почти бегом двинулся обратно к стройке, расходуя Основу для ускорения и чтобы хоть немного согреться.