В объятиях пламени (СИ) - Айт Элис

— Вайс, — прошептал Арген.

— Да ну что ты, — с презрением бросил Ульрен. — Для слюнтяя это слишком шикарный подарок. Я бы просто занял его тело. Магистр, в конце концов, уже немолод и дряхл. Вайс тоже не лучший экземпляр, но у него есть свои преимущества.

Арген покачнулся и быстро восстановил равновесие. Держаться! Он должен держаться.

Только что демон произнес что-то, за что сразу зацепилась мысль карателя, но он ее чуть не упустил из-за мгновения слабости.

Эска… Эска и ее потенциал. Арген напрягся, заставляя себя думать.

Фальшивая девчонка выглядела абсолютно настоящей, даже голос звучал абсолютно так же, с теми же интонациями. Мастерски созданная иллюзия, не учитывавшая только одного — она не смогла подделать колдовской потенциал Эски.

Арген с неохотой признался сам себе, что при других обстоятельствах он бы поддался обману и кинулся к жене. Его спасло то, что он ждал ловушки — и вовремя ее распознал.

И вот он снова в той же западне. Значит, и действовать нужно так же. Скорее всего, Арген до сих пор стоит в лаборатории, а магистр — на расстоянии вытянутой руки от него. Дотянуться до него физически не получится, он полностью контролирует тело и разум жертвы, обманывая ее восприятие.

Но может ли он обмануть и магические способности?

На обычное зрение полагаться было нельзя, поэтому Арген сосредоточился на незримых потоках волшебства. Энергия переполняла лабораторию, и если они с Ульреном еще там, то магия должна проявиться.

— Я бы забрал и твой дар, но начинает казаться, что с тобой слишком возни, — пожаловался магистр. — Ты умный, а что хуже всего — упертый подонок. Все было прекрасно, пока тебя удавалось держать в глуши, подальше от ордена. И даже твое религиозное рвение мешало не слишком сильно, пока ты каким-то клятым чудом в одиночку не вышел на перстень Марцишека. Чем дальше, тем в более серьезную проблему ты превращался. Вот как, скажи на милость, ты стал иммунен к моему голосу?

— Стал кем? — переспросил Арген.

Было трудно изображать полную растерянность, терпеть страшную боль в боку и в то же время сосредоточенно искать узлы потоков магии. Он уже чувствовал их бурное течение, но не рассчитал, что это может оказаться помехой. Ульрен тоже колдовал, но какой из потоков принадлежит ему?

— Мои планы нарушает паршивый неуч! — выплюнул он. — Что ты сделал, чтобы стать невосприимчивым к моему голосу?

— Слово Божье… — пробормотал Арген. — Так это все время был ты?

— Большей частью, — с гордостью признал демон. — Даже вынужден скромно заметить, что изображать Бога у меня получается гораздо лучше, чем у Него самого. Согласись?

— Есть такое, — поморщился он, вспомнив, как засомневался, впервые услышав настоящее Слово Господне. — Но ответа у меня нет. Я тогда не подозревал, что все это происки нечисти.

Раздался вздох.

— Бесит, — выплюнул Ульрен. — Неимоверно бесит, что вы играете нечестно с Его подачи, в то время как мы скованы тысячами ограничений.

Арген не стал это комментировать, хотя ничего честного в действиях бессмертного демона, способного вселяться в людей и полностью подавлять их волю, не видел.

Вместо споров лучше сосредоточиться на потоках магии.

— Короче говоря, я придумал для тебя кое-что поинтереснее, — сообщил магистр. — Времени у меня хоть отбавляй, а твое заканчивается быстро, так что оставшиеся минуты твоей жизни я буду наслаждаться твоими адскими мучениями.

Окружение сменилось так стремительно, что не ожидавший этого Арген покачнулся и чуть не упал. Камера исчезла, вернулась освещенная лаборатория со связанным Вайсом и двумя мертвыми телами. Только теперь в решетке, отгораживающей часть помещения, была открыта дверь. В проходе стоял магистр и без труда держал Эску за шею, подняв худенькое тельце девчонки в воздух.

Она судорожно вдыхала, лицо краснело, но зачарованные браслеты настолько подавляли волю, что, даже умирая, Эска не могла сопротивляться. Лишь ее руки и ноги конвульсивно подергивались.

У Аргена у самого перехватило дыхание. Он уже сделал шаг вперед, чтобы метнуться к любимой и вырвать ее из рук ублюдка, но остановился.

Реки магии текли по прежним руслам. Если бы Ульрен избавился от морока и все это происходило по-настоящему, то энергия сменила бы течение. При таких мощных чарах, какие использовал магистр, это было неизбежно.

Однако все оставалось на своих местах.

Магистр мог расстаться с идеей использовать дар Аргена, но девчонка ему пока еще требовалась. Он бы не стал ее убивать.

Бывший каратель выпрямился и взглянул демону в глаза.

— Ты опять морочишь мне голову.

Лицо твари исказилось.

— Вот в кого ты, паршивец, умный такой, а? Может, мамашка тебя заделала от какого-то профессора, который проезжал мимо вашей деревни и настолько изголодался по бабам, что для его стручка сошла помойная яма твоей мамки?

Он не отпускал Эску, продолжая ее душить. У Аргена сердце обливалось кровью. Он лишь благодаря огромному усилию стоял на месте и холодно смотрел на магистра.

— Бедно у тебя с фантазией, Дьяволов выродок. У нас семилетние дети поизощреннее оскорбления сочиняют. Может, потому ты и не правишь этим жалким мирком — не потому что у тебя якобы тысячи ограничений, а потому что ты туп как бревно и ничему не научился за века существования?

Ульрен оскалился. В его руке из ниоткуда появился длинный искривленный нож. Размахнувшись, демон всадил лезвие в грудь еще трепыхавшейся, никак не желающей умирать Эске.

Она закричала. Истошно, отчаянно.

Арген упал на колени, зажмурился и согнулся, почти касаясь лбом пола. Если бы он стоял, то на сей раз не смог бы удержаться и кинулся к Ульрену. Понимание, что перед ним мираж, помогало слабо и никак не спасало от того, что крики любимой женщины рвали душу в клочья.

Он, отправивший на тот свет десятки людей, некоторых из них — с крайней жестокостью, не мог смотреть на то, как убивают его собственную жену, и плевать, что это морок.

— Ну уж нет, — рассмеялся магистр, и в его смехе звучало железо. — Так легко ты не отвертишься. Наказание должно быть наказанием. В аду с тобой тоже цацкаться не станут, так что привыкай — это зрелище ты увидишь еще много-много раз.

Внезапно Арген обнаружил себя вновь стоящим на ногах. Глаза его были широко распахнуты, и как бы он ни силился моргнуть, ничего не получалось. Ни повернуться, ни хотя бы шевельнуться — тоже. Магистр полностью его контролировал.

Нож двигался ниже, вскрывая грудную клетку Эски, которая без остановки пронзительно кричала. Кровь ручьями хлестала на пол. Лезвие спустилось к животу, в зияющей ране показался нерожденный младенец…

Эта картина причиняла боль сильнее, чем застрявший в боку и пронзивший внутренние органы клинок. Она сводила с ума, уничтожала остатки воли, превращала в пыль последние крохи трезвомыслия. Демон мог совершать ошибки в каких-то других вещах, но он прекрасно знал, как сломать человеку дух.

Оставались жалкие мгновения до того, как все будет безвозвратно потеряно. Арген почувствовал это и обратился к тому единственному, что помогало ему продержаться все эти долгие годы, — к молитве.

— Помилуй, Господи, спаси и сохрани…

— Хватит поминать Его имя! — рявкнул Ульрен, отвлекшись от истязания.

Всего на миг. Но этого мига хватило, чтобы Арген заметил, как изогнулся один из магических потоков.

Он обрушил туда всю мощь своей магии. Арген привык направлять ее с помощью рук, ощущая, как на кончиках пальцев искрами горит энергия, однако сейчас пришлось обойтись без этого.

Тело словно прошило насквозь разрядом молнии. Охнув, каратель пошатнулся и рухнул на колени, больно ударившись о каменные плиты пола. Чары Ульрена больше его не держали.

Окружающая обстановка сменилась еще быстрее, чем в прошлый раз. Вокруг все еще находилась лаборатория, но спокойно лежавший, будто спавший в мороке Вайс яростно дергался в путах. Решетка оставалась запертой, Эска все с теми же пустыми глазами сидела за ней и не шевелилась.