— Мне такого не видать… — загрустила я.
— Огород тебе зачем? Сад нужен — цветочки посадишь. Тебе бы к Варваре — она это дело изучала, когда хотела, чтобы в ее усадьбе все было, как в сказке. С избой… Тоже Иван поможет, он у нее мастер на все руки! Я, если что, веточек наломаю, заговорю их — сразу приживутся, и сад быстро вырастет.
— Значит, к Варваре загляну… Завтра, как провожу Елисея обратно в Царьград, — решила я и засобиралась домой.
— Подожди, он сам к тебе едет? — остановила меня Ягиня.
Кажется, я забыла рассказать ей главное.
— Да. За земляникой собрался, говорит, заскучал у дядюшки. Я ее по утрам Елисею привожу — подкладываю туда морошку заговоренную.
— Ох, рано что-то, — забеспокоилась Златоцвета. — Как бы не случилось чего!
— А что может случиться? — не поняла я. — Кощей под замками, их не снять просто так. Отведает королевич ягод да в царские хоромы вернется!
— Что-то на сердце неспокойно, — Ягиня с сомнением покачала головой. — Случится что — зови. Горыныча попрошу, мигом домчит по небу!
— Сплюнь, нам ведь это только на руку! — попыталась подбодрить ее.
Попрощалась и вернулась к ожидавшему меня Сивке.
В отличие от подруги, я не испытывала никакого дурного предчувствия.
Глава 10
Уже спозаранку изба была убрана, посуда и самовар блестели, как новые, а я нарядилась, словно невеста. Сивка-бурка домчал меня до ворот в Царьград.
Я с замиранием сердца наблюдала за снующими людьми, но милого моего Елисея среди них не было видно. Время уже давно перевалило за назначенный час…
Я кусала губы в отчаянии, не зная, что делать. Ягоду надо срочно отдать Елисею, а он все не появлялся!
Но вот я заметила знакомую фигуру — королевич отделился от толпы. Он был закутан в плащ, явно не желая, чтобы на него обращали внимание. Но королевскую осанку было не спрятать.
— Доброе утро, Марья! — Елисей подошел ближе и, откинув капюшон, посмотрел на меня совсем другим взглядом.
Заинтересованным, как мне показалось, даже с любовью…
А может, я что-то напридумывала себе из-за желания обладать таким сокровищем как Елисей.
— Доброе, королевич! — протянула ему руку. — Готовы проехаться с ветерком?
— Готов! — он завораживающе улыбнулся в ответ.
Я помогла ему забраться на коня и сесть впереди.
— Пригнитесь и держитесь как можно крепче! — сказала я и, бережно обняв королевича за талию, дернула Сивку за узду.
Конь моментально сорвался с места, только ветер засвистел в ушах, сообщая, как быстро мы перемещаемся по земле.
Вот мир стал замедляться, и показались поля, а затем лес, у которого стояла моя одинокая изба. Мы выпрямились, и Елисей закрутил головой по сторонам.
Мы ехали по полю. Трава здесь доходила до боков коня — ее можно было рукой потрогать.
— И правда глушь, никого рядом нет… Тишина-то какая! — воскликнул Елисей.
В его голосе не было разочарования — скорее, я уловила в нем зависть. Неужели королевич мечтал о том, чтобы жить на краю света и никого не видеть?
Довезла Елисея до окраины леса и помогла ему слезть с коня, бережно придержав, словно он был моей самой большой ценностью. Подала миску для ягод и взяла себе еще одну.
— А где ягоды? — недоуменно спросил Елисей.
— Так под ногами, королевич, — улыбнулась я и, наклонившись, подняла листик, под которым пряталась земляника.
Елисей присел и, посмотрев себе под ноги, принялся с азартом собирать ягоды. Некоторые даже сразу закидывал в рот. Я только улыбалась ему да подсыпала в миску землянику, а потом незаметно подложила заветную ягодку. Вкус земляники перебьет ее кислинку…
Проследив за тем, чтобы она попала ему в рот, с облегчением выдохнула. Еще четыре — и дело сделано!
— Ох… — выпрямился Елисей. — Вот это труд! Но мне понравилось!
— Обедать пора. Вернетесь в царский терем или у меня отведаете еды простой? — прищурилась я, разглядывая раскрасневшегося королевича.
На его бледной коже появился легкий ровный загар. Было заметно, что он провел на солнце немало времени сегодня.
— Да кто меня хватится, кроме слуги? Даже он будет храпеть на сундуке, пока я его не разбужу! Дядюшка с тетушкой обычно к ужину меня ждут! — огорченно ответил Елисей.
— Тогда пойдемте… — поманила его к тропинке.
— А давай, Марья, на «ты»? Мы же здесь одни? — Королевич обернулся, словно кого-то искал.
— Одни… Ну что ж, давай, — усмехнулась я.
Мы побрели по тропинке. Хоть и не помещались на ней вдвоем, все равно шли рядом.
Внезапно Елисей начал рассказывать, как его чураются в царском тереме. Богатыри смотрят снисходительно, а воеводы прогоняют, не позволяя участвовать в обсуждениях. Чернавки, завидев его, начинают хихикать и дразниться… А дядюшка с тетушкой говорят, что ему надо жениться, — тогда вся дурь и пройдет.
Но какая дурь и за что его к нам сослали — не говорят.
— Невесту присмотрели? — спросила я с тяжелым сердцем.
— Хотят смотрины устроить на днях… Но я сказал, что уплыву домой с купцами! — горячо возмутился королевич.
— А может, сам кого-то приметил? У нас полно красавиц! — сорвалось у меня с языка.
— Может, и приметил… Только поговаривают, что она ищет мужа себе по нраву и я ей не подойду! — выпалил Елисей и замер, глядя на меня.
Неужели речь обо мне?
— Так надо узнать! А если она не так строга к кандидатам?
— Думаешь напрямую спросить? — уточнил королевич.
— А как по-другому узнать? — пожала плечами. — А вот и моя скромная обитель!
Мы дошли до двора, и я подвела гостя к крутому порогу. Но Елисей вновь остановился и, повернувшись ко мне, сказал:
— Наверное, пора мне в терем возвращаться… Отвезешь?
По всей видимости, он имел в виду кого-то другого…
— Мы увидимся еще? — вздохнула я разочарованно. — Сивку-бурку попрошу, отвезет!
— А послушает ли? — Елисей недоверчиво посмотрел на меня своими голубыми, словно весеннее небо, глазами.
— Послушает…
— Хорошо! Завтра поутру присылай… Если решусь, то приду на то же место. Нет… не жди более! — вынес мне приговор королевич.
Я поняла: не приедет! Сгоряча решила признаться ему в любви, но, смотря на него, на его гордо выпрямленную спину, видя этот упрямый взгляд, отбросила затею.
Бесполезно все! Тьфу!
Сивка-бурка примчался на зов достаточно быстро.
— Прошу тебя, милый друг, отвези Елисея в Царьград и, если призовет на помощь, приди, не подведи меня! — погладила его по морде и заглянула в черные, как у меня, очи. — Запомни, Елисей, заветные слова, что помогут тебе.
Нашептала их на ухо королевичу и отошла.
Сивка только всхрапнул и качнул головой. Я помогла Елисею подняться в седло и хлопнула коня по крупу. Вмиг исчезли они в пыльной дымке…
Я осталась одна, глядя им вслед.
Глава 11
Утром меня вызвали к защитной стене между мирами. Тьма, живущая в междумирье, прорвала дыру и собиралась проникнуть в наш мир.
Надев латы, я взяла меч, походную сумку и призвала Сивку-бурку. Он в два счета довез меня к месту прорыва. Я чувствовала направление, а конь, управляемый моей магией, легко угадывал его.
Словно кипящее варево, тьма с шипением вываливалась из щели, все больше расширяя ее. Спрыгнув с коня, я стала отсекать мечом щупальца зла. Оно уже начало формироваться в нечто, похожее на чудище с хвостами, руками-щупальцами и змеиной головой.
Пришлось все это отрубать и закидывать обратно! Я торопилась, ведь зло снова и снова отращивало щупальца, пытаясь сбить меня с ног и вырвать меч. Он-то был зачарованный, поэтому мог вот так легко разбивать еще невесомую тьму, напоминающую живой туман. Через некоторое время, напитавшись жизненной силой нашего мира, зло станет псевдоживым, более проворным. И тогда мне точно не справиться в одиночку!
Вот показались последние куски дымной плоти. Я закинула их обратно в щель. Сняв с себя шлем и рукавицу, я вытерла пот и поспешила достать заговоренную иглу и нить. Штопала аккуратно, потому что ткань мира могла порваться, если резко стянуть края. Пришлось потрудиться, зато, когда я устранила последнюю прореху и завязала узелок, щель пропала. Мир залечил рану и спрятал ее от любопытных глаз…
