Я растопчу ваш светский рай (СИ) - Карамель Натали

Утро слушаний выдалось серым, промозглым.

Илания оделась строго — тёмно-синее платье, никаких украшений, волосы убраны в тугой узел. Альдор надел парадную форму — тёмно-серый камзол с серебряной нитью, знак школы на груди. Геля пристроилась рядом, тоже при параде.

Яр, Мила и Ратмир стояли чуть поодаль. Яр мял в руках шапку, Мила мелко дрожала, Ратмир был спокоен, как скала.

— Не бойтесь, — сказала им Илания. — Вы просто покажете то, что умеете. А умеете вы много.

— А если не поверят? — спросила Мила.

— Тогда мы будем спорить дальше. Но сначала — покажем.

Здание совета встретило их холодом каменных стен и напряжёнными взглядами.

В большом зале за длинным столом сидели все семеро. Председатель — в центре, купцы по бокам, старосты, и в самом углу, отдельно от всех, — незнакомец в тёмно-синей мантии.

Илания узнала этот цвет. Гильдия.

— Садитесь, — буркнул председатель, не глядя.

Илания осталась стоять. Альдор и Геля встали по бокам. Ученики — за их спинами.

— Я предпочитаю стоять, — сказала Илания.

Председатель дёрнул щекой, но спорить не стал.

— Мы собрались, чтобы обсудить вашу школу. — Он произнёс это слово так, будто оно было ругательством. — После событий последних дней у совета возникли вопросы.

— Задавайте.

— Ваши ученики напали на горожан.

— Горожане напали на мою школу, — спокойно поправила Илания. — Мои люди защищались. Не применяя магии. Не убив никого. И после боя оказали помощь раненым. Это может подтвердить дюжина свидетелей из тех, кого мы лечили.

Один из купцов заёрзал.

— Но сам факт. Эти беспорядки.

— Беспорядки начались после того, как в городе появились проповедники, — вмешался Альдор. — Мы установили: они не местные. Их наняли.

— Вы не можете этого доказать, — отрезал председатель.

— Можем, — тихо сказала Мила.

Все обернулись к ней. Девушка стояла бледная, но взгляд был твёрдым.

— Я видела их, — сказала она. — У тех проповедников ауры были одинаковые. Как у людей, которые делают работу за деньги. А у тех двоих, что стояли в толпе в ночь нападения, — такие же. Их нанял кто-то один.

— Ауры? — переспросил купец. — Что за чушь?

— Не чушь, — ответила Илания. — Мила видит то, что скрыто от обычных глаз. Это её дар. И она готова это доказать.

— И как же? — усмехнулся незнакомец в мантии.

Мила посмотрела на него. Долго, пристально. Потом сказала:

— Вы злитесь. Не на нас — на того, кто вас послал. Вы считаете это задание недостойным, но спорить не можете. У вас болит левое плечо — старая рана, которую плохо залечили. И вы боитесь. Не нас — того, что будет, если вы не справитесь.

В зале повисла тишина.

Человек в мантии побледнел.

— Откуда… — начал он и осекся.

— Я же сказала, — тихо ответила Мила. — Я вижу.

Председатель закашлялся.

— Хорошо, допустим. Но это не доказывает…

— Можно я? — шагнул вперёд Яр.

Он вышел на середину зала, поднял руку. На ладони вспыхнул огонь — ровный, яркий, не обжигающий самого Яра.

— Я могу зажечь, — сказал он. — И могу погасить.

Пламя исчезло так же быстро, как появилось.

— А ещё я могу это. — Яр подошёл к подсвечнику на столе, коснулся пальцем металла. Тот потек, принимая форму — через мгновение на месте подсвечника стояла маленькая фигурка птицы.

Купцы переглянулись. Кто-то ахнул.

— Это… это же чистое литьё без горна, — пробормотал один из них, разбиравшийся в металлах. — Такого не бывает.

— Бывает, — улыбнулся Яр. — Если уметь.

— Позвольте мне, — сказал Ратмир.

Он достал из-за пояса короткий метательный нож, покрутил в руке.

— Кто-нибудь, бросьте в меня что-нибудь. Быстро.

— Что? — опешил председатель.

— Бросайте. Любой предмет. Или даже… — он посмотрел на стражника у двери. — У вас арбалет? Стреляйте.

— Ты с ума сошёл? — выдохнул Яр.

— Я знаю, что делаю.

Председатель колебался, но человек в мантии вдруг подался вперёд:

— Стреляйте. Хочу посмотреть.

Стражник неуверенно поднял арбалет. Ратмир кивнул.

Выстрел щёлкнул сухо, резко.

Болт пролетел половину зала — и замер в воздухе в трёх шагах от Ратмира. Тот даже не шевельнулся, только руку чуть приподнял.

Болт упал на пол со звоном.

— Я не поймал, — пояснил Ратмир. — Я остановил. Это тоньше. Видите разницу?

В зале стало очень тихо.

Председатель открывал и закрывал рот, как рыба. Купцы переглядывались. Человек в мантии вжался в кресло.

Илания шагнула вперёд.

— Вы боитесь магии, потому что не знаете её, — сказала она громко. — Вы думаете, это разрушение, хаос, угроза. А это — контроль. Это — умение. Это — сила, которую можно направить на пользу.

Она обвела взглядом каждого.

В самом углу, отдельно от всех, сидел незнакомец в тёмно-синей мантии. Илания узнала этот цвет — Гильдия. Раньше его здесь не было. Значит, успели внедрить своего.

— Мои ученики не колдуны и не бесы. Они люди, которые научились владеть тем, что дано им от рождения. Они могут лечить, защищать, создавать. Они не причинили вреда ни одному человеку, даже когда на них напали. А те, кого они лечили после боя, теперь приходят к нам с поклонами, а не с вилами.

— Но Гильдия… — начал председатель.

— Гильдия боится, что вы узнаете правду. Что магия — не привилегия избранных. Что она доступна каждому, у кого есть дар и желание учиться. Гильдия потеряет власть, если вы поймёте это.

Человек в мантии вскочил.

— Это возмутительно! Она обвиняет нас в…

— Я не обвиняю, — перебила Илания. — Я констатирую. Вы пришли сюда не как наблюдатели, а как судьи. Но кто дал вам право судить?

— Мы — законная Гильдия Магов-Церемониймейстеров!

— А мы — школа «Камень и Воля». И мы тоже имеем право на существование. По договору с городом. По закону, который вы сами утвердили.

Председатель поднял руку, призывая к тишине.

— Хватит, — сказал он устало. — Хватит.

Он посмотрел на учеников, на Иланию, на Альдора.

— То, что мы видели сегодня… это не похоже на то, что нам рассказывали.

— Потому что вам рассказывали неправду, — тихо сказала Геля, впервые открыв рот. — Я сама год назад ничего не умела. А теперь учу других. Это не бесовщина. Это труд.

Председатель вздохнул.

— Мы не можем просто так взять и закрыть школу, — сказал он, обращаясь к совету. — У нас договор. Налоги. И… — он кивнул на учеников, — …это.

— Но Гильдия… — начал один из купцов.

— Гильдия может подождать. — Председатель посмотрел на человека в мантии. — Мы примем решение позже. А пока… пока школа продолжает работу. С испытательным сроком в полгода. Если за это время не случится ни одного происшествия с вашими учениками, если они не применят магию во вред горожанам, если… — он запнулся, — …если Гильдия не предоставит неопровержимых доказательств вашей опасности, мы продлим договор.

Человек в мантии вскочил, хотел что-то сказать, но председатель жестом остановил его.

— Я сказал — позже. Вы теперь в совете, уважаемый Верениус, но это не значит, что ваше слово — последнее.

Илания склонила голову.

— Благодарю вас за мудрость.

— Не благодарите, — буркнул председатель. — Я ничего не решил окончательно. Я просто не знаю, чему верить.

— Верьте тому, что видите, — ответила Илания. — А видите вы людей, которые хотят жить в мире и учиться.

Они вышли из здания совета под хмурое небо.

Яр выдохнул так, будто пробежал версту. Мила прижала руки к груди и мелко дрожала. Ратмир был спокоен, как всегда.

— Мы справились? — спросил Яр.

— Мы сделали первый шаг, — ответила Илания. — Но война только начинается.

— Почему? — спросила Мила. — Они же вроде согласились.

— Они в растерянности. — Илания посмотрела на окна совета, где маячила тёмная фигура в мантии. — Но теперь у них там свой человек. Этот Верениус. Он будет давить. Убеждать. Искать новые способы.