Я вскинула голову – и напоролась на бесстрастный изучающий взгляд. Ладонь кронпринца Шаннера взметнулась вверх – и я застыла, наблюдая, как чужой палец медленно заправляет прядь моих волос за ухо.
– Возможно, сначала я была очарована принцем Тристаном, – перед глазами встала улыбка мужа. Я как наяву услышала его звонкий голос с низкими бархатными нотками. От гнева стало трудно дышать, – но очарование быстро прошло. Я вовремя осознала своё место. Безусловно мой долг – подчиниться приказу императора. И будь дело только в моём недовольстве – я бы не посмела вас беспокоить.
– Интересно, – рука принца опустилась. Он точно не мог пропустить намёк на тот факт, что этого брака желал его отец. Шаннер смотрел на меня, и на бледном лице проступала какая-то неясная эмоция, – что ещё, Аэри Сорлейн?
Я прикрыла глаза. И шагнула с обрыва в воду.
– Вы можете мне верить или нет, но мне стали сниться сны, которые потом сбываются, – выдохнула я под непроницаемым взглядом принца, – я… знаю, что на вашего отца через месяц будет совершено успешное покушение.
Я заставила себя стоять прямо, не втягивая голову в плечи.
Сильные жёсткие пальцы до боли сжали моё запястье, но я не замолчала, вспоминая всё, что знала о покушении на императора.
– Ущелье Грэнлоу, где будет назначена встреча с делегацией наших соседей из Иммерии – ловушка. Они пожертвуют своими же и у них будут союзники с нашей стороны. Произойдет взрыв, но ещё до него император и его советники будут отравлены редким ядом. Владыку спасут, но он потеряет магию и власть над империей должна будет перейти… вам… Но и на вас будут покушаться. Тот, кто желает трона, ни перед чем не остановится.
Я не могла сейчас рассказать об императрице и Тристане. Кронпринц мне просто не поверит. Нужны доказательства. Хоть что-то…
Сильное тело впечатало меня в стену, нависая сверху. Чужая рука капканом сомкнулась на запястьях, не причиняя боли.
Я бы себе не поверила.
Но у меня не было выхода.
И сейчас я была согласна на всё, даже…
– Я готова подтвердить свои слова перед Верумом, – выдохнула, ощущая, как судорожно колотиться сердце.
Верумы. Закрытая каста. Те, кто видит истину. Те, кого практически невозможно обмануть, и уж точно не мне. Их всего несколько человек на всю империю. Или на весь мир? Мысли мешались, я не могла вспомнить.
Ни воздуха, ни дыхания, только тяжесть чужого тела, огненные озера глаз и бледное неподвижное лицо.
Мне показалось, что над нами разворачиваются огромные алые крылья, но я моргнула – и видение исчезло.
Осталась только мраморная маска лица кронпринца напротив моего.
– Подтвердишь. Прямо сейчас. И умрёшь, если мне покажется, что вы недостаточно правдивы, леди Сорлейн, – голос принца прозвучал ровно, но я каким-то шестым чувством знала – он встревожен.
Я никак не могла знать то, что знала, и…
– А ещё в бокале, который протеже императрицы оставила под видом успокоительного моей сестре, был сильнодействующий яд. Тот самый, что разрушает разум и чувства. Я считаю, что это не могло случиться без ведома её госпожи. И готов ответить жизнью за свои слова, – голос Кэса стал для меня полной неожиданностью.
Впрочем, для кронпринца тоже.
– Пожалуй, я тоже хотел бы услышать объяснения, – негромкий шелестящий голос Грэя расставил всё по своим местам.
Брат замер, опираясь о стену и засунув руки в карманы.
Проход был открыт. И возмущенный Кэс, как всегда, сразу ринулся в бой.
– Ваше Высочество, – прошептала, чувствуя, как срывается голос.
Страх за братьев крепко ухватил за горло.
– Кэс не виноват, он просто слишком сильно за меня волнуется, это всё…
Я хотела произнести «девичьи выдумки», но язык не повернулся.
Перед глазами снова и снова вставало ядовитое лицо свекрови и её злые слова.
«Бесполезная девка».
«Это реверанс, а нужно было сделать поклон-уважение, ты роняешь авторитет правящей семьи!»
«Пустышка! Как тебя такую только мать родила? Посмотри на себя, как ты можешь стоять на праздниках рядом с Тристаном?»
Я не могла запомнить элементарных вещей, часто терялась и витала в облаках. Вот только никто не сказал, что всё это – последствия приёма зелья.
Ненависть обожгла внутренности.
Простить? Отпустить? Пусть боги простят эту тварь. А я…
Что тёмное внутри меня ласково шевельнулось, одаривая теплом и давая силы.
А я организую вам эту встречу. Вашу последнюю встречу, моя императрица.
– Как ты относишься к Тристану? Правду, – потребовал сквозь звон в ушах холодный спокойный голос.
И я поняла, что забыла одну важную вещь. Верумом империи был кронпринц. Моё желание о допросе перед одним из видящих правду сбылось катастрофически быстро.
– Я его ненавижу, – призналась под удивленный вздох Грэя.
Лицо кронпринца осталось таким же бесстрастным.
– Ты уверена в том, что императрица решила свести тебя с ума, таким образом избавив сына от постылой жены? – Новый вопрос.
Четкий, ясный, на который невозможно не ответить…
– Да. – Мой голос звучал тихо, но уверенно.
– Ты хочешь устроить переворот? – Вопрос, заданный таким же мерным тоном, даже не смутил.
– Нет!
– Ты желаешь зла правящему роду? – Сложный вопрос.
– Н-нет. – Если цепляться за слова, то именно правящим членам рода Мъярг я не желала ничего дурного. Но если Шаннер захочет копнуть глубже… – И я не желаю зла ни императору, ни кронпринцу, – добавила быстро.
Новый выдох со стороны Грэя.
Сейчас меня могут заключить под стражу и сгноить в темнице. Только из-за одного подозрения.
– Вот как…
Пылающие глаза приблизились.
Казалось, всю фигуру Шаннера Мъярга окутывало призрачное пламя.
Страх боролся в душе со странным трепетом. Пальцы дрожали, по спине медленно текли капельки пота.
Я не думала, что всё произойдет так. Но с самой первой минуты в новой реальности события вышли из-под контроля, покатились валом.
– Мой принц, я… – Грэй оторвался от стены, шагнув вперёд.
И замер, напоровшись на вскинутую руку кронпринца.
Кэс хватал ртом воздух, как будто что-то мешало ему шагнуть вперёд.
Ощущение ловушки усилилось, но я не готова была сдаться.
– Я действительно знаю, что император попадёт в ловушку, если ничего не изменить. Что существует заговор против него. Что самые близкие люди готовы вонзить вам, Ваше Высочество, нож в спину и лишить силы и магии, – голос дрожал, грудь распирало от жара и тревоги, но я не могла оторвать взгляда от лица Шаннера.
Впервые за долгие годы я проснулась от этого мертвого сна и готова была отстаивать своё. Так отчаянно, как только могла.
– Я, – голос захрипел.
– Я принёс воды, – непривычно робко пробасил Кэс.
– Дайте, – сухой приказ.
Небольшая запечатанная стеклянная бутыль быстро оказалась в руках Шаннера.
Я с едва заметной оторопью наблюдала за тем, как кронпринц коснулся бутылки кончиками пальцев, запуская диагностическое заклинание.
– Чисто, возьмите, Аэри. – Бутылку протянули мне уже открытой.
Едва соображая, я приникла губами к горлышку.
Обжигающая ледяная влага потекла в горло, освежая и возвращая к жизни.
В голове прояснилось. Сухость во рту уменьшилась.
Я медленно и неохотно оторвала бутыль с желанной жидкостью от губ.
– Спасибо, – выдохнула, понимая, что в комнате повисла напряжённая тишина.
Братья молча переглядывались, как будто решая что-то про себя.
Я ожидала допроса. Ожидала, что на мне используют один из амулетов императорской семьи, о которых ходило так много слухов.
Но…
– Вы не хотите выходить замуж за моего брата? – Бесстрастно спросил кронпринц.
Серебро его волос блестело короной в солнечных лучах.
