Вторая жена господина Нордена (СИ) - Лакруа Катя

— Просто эта Майрия такая… неловкая, — пробормотала я, опустив глаза на сложенные на коленях руки. — Сама не знаю, что на меня нашло.

Адриэн всмотрелся в моё лицо, и я почувствовала необъяснимый страх, расползшийся по телу и будто парализовавший. Виски сдавило, и я поспешно прижала к ним разом вспотевшие руки, стараясь унять неприятное чувство. Муж отвёл глаза, и стало легче.

— Она вам никого не напоминает? Одни несчастья на голову. В прямом смысле.

— Вы, как всегда, очень остроумно шутите. — Я попыталась изобразить беззаботный тон, но в груди неприятно кольнуло: Адриэн совершенно прав, и крыть мне нечем.

— С чего вы решили, что я шучу? Шутки для меня закончились… давно. В данном же случае я лишь озвучил очевидное, как обычно. Просто ведите себя подобающим образом. Не всё можно легко списать на потерю памяти. Я и так постарался, чтобы вам не пришлось много общаться с прислугой.

К щекам снова хлынула жаркая волна, и я быстро наклонилась, делая вид, что стряхиваю соринку с помпона на тапочке. Ясно, меня отстраняют от дел за профнепригодность. Что ж, как-нибудь переживу.

— Увидимся за обедом, не опаздывайте, — сухо прибавил Адриэн и вышел из комнаты, оставив меня, как всегда, в расстроенных чувствах.

Я отошла от дверцы шкафа, на которой висело большое зеркало, чтобы оценить выбранное платье: закрытое, тёмно-синее, довольно строгое. По-моему, выгляжу очень даже неплохо. Причёску и макияж уже сделала, остаётся застегнуть крючки. Пожалуй, позову служанку: Адриэн сегодня не очень-то ко мне расположен.

За обедом по традиции молчал, ограничиваясь сухими приказаниями Майрии. Опустил какой-то очередной кристалл в кастрюлю с супом и милостиво кивнул: очевидно, яда не обнаружил. Мне почему-то стало смешно от этих предосторожностей. Пришлось снова склонить голову пониже и притвориться, что расправляю на коленях салфетку.

Честно говоря, меня удивило, с каким высокомерием и почти презрением он общается с временной прислугой. Хотя Азерисы тоже со слугами не церемонились, здесь это, видимо, в порядке вещей. А лично мне Майрия кажется вполне милой: в её взглядах и поведении нет ни страха и подобострастия Иси, ни снисходительности и лёгкого высокомерия Нэйлии. Улыбается она открыто, смотрит тепло, разговаривает с почтением и её можно было бы назвать идеальной прислугой, если бы не чрезмерная суетливость. Прислуживая нам, она то и дело роняла салфетки, ложки и даже разлила суп, резко дёрнув половником.

— Как тебя вообще приняли на работу? — скривился Адриэн, с неприкрытым отвращением глядя на растёкшееся по скатерти жирное пятно. — Твои нынешние господа первые, к кому ты нанялась?

— Нет, господин Норден. Я работала у старенькой госпожи Лайнис, соседки господ Рэмисов. Но она три месяца назад ушла за Грань, а Саина как раз собралась на покой, ей ведь уже тоже много лет. Мы с ней часто беседовали, так вот она и сказала обо мне господам. Они взяли меня на время — присмотреться.

— Видимо, твоя прежняя госпожа была не слишком притязательной. Надеюсь, за Грань она отправилась не от твоей стряпни? Потому что есть суп совершенно невозможно. Ты всыпала туда все специи, которые нашла?

Майрия потупилась, на щеках проступил румянец. Однако взгляд из-под полуопущенных ресниц был скорее лукавым, чем полным раскаяния.

— Это случайно вышло, господин Норден. Баночка с перцем туго открывалась, а когда открылась, слишком много высыпалось.

— Какое счастье, что ты здесь временно. Ещё одного такого обеда я бы не выдержал. — Адриэн с явным осуждением поджал губы, но ничего больше не прибавил.

Я старалась быть как можно незаметнее и не добавлять мужу проблем. И, надо сказать, на фоне Майрии вполне неплохо справилась. Эту же тактику решила применить и на предстоящем ужине, чтобы не попасть впросак и не опозорить Адриэна перед друзьями. Я ведь ещё не со всеми знакома.

После обеда Майрия занялась уборкой, однако работать тихо у неё не получалось: постоянно то гремела ведром, то с шумом отодвигала мебель, то что-нибудь роняла. Я каждый раз ждала, что Адриэн выйдет и выскажет ей претензию, однако он почему-то не показывался. Самой выходить и командовать чужой служанкой не хотелось, тем более что мне ясно дали понять: лучше сидеть и не высовываться без весомого повода, а его-то у меня и нет. Майрия не сделала мне ничего плохого, и если хозяину дома что-то мешает, пусть разбирается сам: людей он на место ставить умеет виртуозно. Вон какое представление устроил мне после просьбы дать молоток. Хотя, может, он просто хотел лишний раз показать, как прекрасно умеет справляться с простыми хозяйственными делами?

Размышления прервал тихий стук в дверь. Ага, на ловца и зверь бежит. Отлично.

— Войдите, — кашлянув, ответила я.

Майрия бочком протиснулась в комнату.

— Госпожа Норден, простите, что тревожу, но я не могу решить, какие тарелки лучше поставить на стол, а к господину идти боюсь: он мной и так не очень доволен. Я блюда уже разложила, всё готово, остались тарелки.

— Ты очень вовремя, — ответила я и поманила служанку к себе. — Застегни мне платье, и пойдём посмотрим, что там с тарелками.

— Конечно, госпожа.

Она подошла ко мне и принялась за дело. Справилась на удивление ловко и быстро. И подначки выслушивать не пришлось.

— Вы красавица, госпожа. — Майрия широко улыбнулась. Как-то уж слишком откровенно она льстит. Хотя не скрою, что это приятнее колких взглядов Нэйлии.

— Спасибо. — Я сдержанно улыбнулась и отошла от шкафа, прикрыв дверцы. — Можем идти.

Майрия метнулась к двери и услужливо распахнула её передо мной. Я расправила плечи и чинно направилась по коридору к гостиной-столовой.

— Господин Норден не сказал, какие тарелки брать, а я и не сообразила спросить, когда он принимал еду у посыльного из таверны, — сообщила Майрия, как раз когда мы шли мимо кабинета Адриэна.

— Говори тише, если не хочешь получить выговор, — шикнула я. Получилось вполне строго, и служанка перешла на шёпот:

— Простите, госпожа. Всё время забываю. Господин Яник вот тоже меня ругает.

Чуть замедлив шаг, я свернула в открытую дверь. Майрия едва не налетела на меня и, как только я отошла в сторону, обогнала и кинулась к высокому шкафу с причудливыми узорами на дверцах, которые уже были широко раскрыты.

— Вот, госпожа, смотрите, тут есть тарелки с птичками и просто с каймой. — Майрия извлекла из шкафа две большие тарелки. — Мне нравятся птички. Я вообще люблю всяких зверушек и птичек.

Я с глубокомысленным видом подошла ближе. В повседневной жизни в этом доме едят из простых белых тарелок. И правда очень странно, что Адриэн с его педантизмом сразу не сказал служанке, какой именно комплект посуды поставить на стол. Но раз уж я теперь вроде как тоже тут живу, надо привыкать, что я не гостья, а хозяйка. В душу снова начало заползать отчаяние, и я поспешила ответить:

— Хорошо, давай остановимся на тарелках с птичками.

Майрия радостно заулыбалась, снова повернулась к шкафу и сгребла стопку тарелок в охапку. У меня в душе заворочалось нехорошее предчувствие, но я не успела и рта раскрыть, как служанка, порывисто развернувшись, зацепилась ногой за дверцу шкафа, дёрнулась, и верхняя тарелка, лежавшая слегка неровно, сорвалась и с оглушительным звоном разлетелась на мелкие осколки.

Служанка стояла и, приоткрыв рот, созерцала осколки. Я уже дёрнулась, чтобы помочь ей их собрать, но вовремя остановилась. Я же теперь не отзывчивая Полина, а взбалмошная аристократка, пусть и потерявшая память. Мне по статусу не положено помогать прислуге.

И что если это увидит Адриэн? Опять получит повод меня отчитать. Я даже зажмурилась, представляя себе выражение его лица и испепеляющий взгляд. Нет уж. Пусть Майрия разбирается сама. Мне, правда, так или иначе положен выговор за то, что нарушила негласный приказ сидеть у себя и не высовываться, но не стоит добавлять себе проблем.

— Ой, простите, госпожа, я нечаянно. — Тон Майрии сделался плаксивым. — Сейчас всё уберу.