— Ты помнишь, как мы начинали? — спросила она. — Год назад. Руины, пыль, страх.
— Помню. — Он обнял её за плечи. — И помню, как ты сказала: «Мы построим школу».
— А ты ответил: «Я с тобой».
— И не соврал.
Она прислонилась к нему, глядя на звёзды.
— Сегодня было хорошо, — сказала она. — Впервые за долгое время — просто хорошо. Без страха, без угрозы, без ожидания удара.
— Это ненадолго, — тихо ответил Альдор. — Верениус не успокоится. Гильдия будет давить.
— Знаю. — Она повернулась к нему. — Но сегодня — можно.
Он поцеловал её — легко, невесомо.
— Можно.
Внизу догорал костёр. Источник гудел ровно, убаюкивающе.
Школа «Камень и Воля» дала первые плоды. И они были сладкими.
Впереди были новые битвы, новые угрозы, новые потери.
Но сегодня они праздновали победу.
Их общую победу.
Глава 64. Гроза с горизонтов
Неделя после выпускного пролетела в хлопотах и радости.
Яр уже дважды ходил в гильдию ремесленников — показывал мастерам, как можно плавить металл без горна. Ратмир по ночам патрулировал с городской стражей, а днём спал на скамье во дворе, прикрыв лицо шапкой. Мила пропадала в лазарете у главы лекарей, возвращалась поздно, усталая, но счастливая.
— Она нашла себя, — сказала Геля, глядя, как Мила в сотый раз пересказывает Латии подробности очередного исцеления.
— Все нашли, — улыбнулась Илания.
А на восьмой день пришла весть.
Её принёс Орвин — вбежал во двор, забыв о возрасте и больных коленях, размахивая плотным листом с гербовой печатью.
— Илания! Альдор! Беда!
Они сидели в библиотеке, разбирая очередной древний манускрипт. При виде лица Орвина оба вскочили.
— Что случилось?
— Вот. — Орвин сунул им письмо. — От моего старого знакомого из столицы. Он при дворе, в канцелярии Совета.
Плотный лист с гербовой печатью Высшего Совета. Такие бумаги не рассылают просто так. Илания развернула — и внутри похолодело.
Илания пробежала глазами строчки. С каждой фразой внутри холодело.
«Верениус подал официальную жалобу в Высший Совет Магократов. Обвинения: ересь, создание неконтролируемой военной силы, нарушение древних уложений о магии. Совет назначил инспекцию. Выезжают через месяц. Будет большая делегация — магистры, чиновники, даже, говорят, представитель Верховного Церемониймейстера. Готовьтесь».
— Вот оно, — тихо сказала Илания.
Альдор взял письмо, перечитал сам.
— Месяц, — проговорил он. — У нас есть месяц.
— Это не просто инспекция, — вмешался Велем, подходя. — Если Совет признает нас еретиками — школу закроют. А нас… — Он не договорил.
— А нас сожгут, — закончила Геля, появляясь в дверях. Она стояла бледная, но глаза горели. — Я слышала. Вы думаете, я не знаю, что бывает с теми, кого признают еретиками?
Илания молчала. Внутри, под рёбрами, источник гудел тревожно — он тоже чувствовал угрозу.
Латия, стоявшая в дверях, побледнела. Алесий молча сжал её руку.
Вечером они собрались все.
Алесий, Латия, Геля, Велем, Орвин, Илания, Альдор. Семеро, с которых всё началось.
— Что будем делать? — спросил Алесий. В руках он машинально вертел топор — привычка перед боем.
— Драться, — ответил Ратмир, стоявший у двери. Его тоже позвали — как одного из старших.
— Не выйдет, — покачал головой Орвин. — Если мы окажем сопротивление — это автоматически подтвердит обвинения. Тогда пришлют не инспекцию, а армию.
— Значит, не драться, — сказала Илания.
Все посмотрели на неё.
— Альдор, ты что-то говорил про открытость?
Он кивнул.
— Мы не будем прятаться. Не будем сопротивляться. Мы встретим их с распахнутыми воротами. Покажем всё — классы, учеников, тренировки. Пусть увидят, что мы не секта, не сборище безумцев, а школа. Со своим уставом, дисциплиной, пользой.
— Они увидят магию, — возразил Велем. — Которую официально считать ересью.
— Они увидят контроль, — поправил Альдор. — Ту самую магию, которую Гильдия объявила опасной, но которую наши ученики используют, чтобы лечить, защищать, создавать. А не разрушать.
Илания смотрела на него и чувствовала, как страх отступает. Рядом с ним было легче дышать.
— Он прав, — сказала она. — Мы покажем им правду. А правда — она за нас.
— А если не поверят? — тихо спросила Латия.
Илания встретила её взгляд.
— Тогда будем драться. Но сначала — попробуем по-хорошему.
Утром следующего дня Илания собрала всех учеников во дворе.
Сорок семь человек стояли плотной группой, глядя на неё с тревогой и надеждой. Слухи уже разлетелись — в школе ничего не утаишь.
— Вы знаете, что пришла весть, — начала Илания без предисловий. — Гильдия не оставила нас. Они подали жалобу в Высший Совет. Через месяц сюда приедет инспекция.
В толпе зашептались.
— Они будут смотреть, — продолжала Илания. — Искать доказательства, что мы опасны, что нас надо уничтожить.
— И что мы будем делать? — выкрикнул Малый.
— Мы покажем им правду.
Илания обвела взглядом лица — молодые, старые, испуганные, решительные.
— Они придут смотреть на дикарей. На безумцев, которые играют с опасной силой. А мы покажем им мастеров. Людей, которые умеют контролировать свой дар. Которые используют его во благо. Которые лечат, защищают, создают.
Она сделала паузу.
— Месяц. У нас есть месяц, чтобы подготовиться. Чтобы каждый из вас — каждый! — мог показать, чему научился. Не фейерверки, не пустые фокусы, а настоящее умение.
— А если они всё равно не поверят? — спросил кто-то из старших.
Илания посмотрела на Альдора. Тот чуть заметно кивнул.
— Тогда мы будем драться, — сказала она твёрдо. — Но сначала — сделаем всё, чтобы они увидели правду.
В толпе повисла тишина. А потом Ратмир шагнул вперёд.
— Я с вами, — сказал он. — До конца.
— Я тоже, — выдохнула Мила.
— И я! — заорал Яр. — Мы им покажем!
Сорок семь голосов взорвали тишину. Крики, смех, слёзы — всё смешалось.
Илания смотрела на них и чувствовала, как внутри разливается тепло. Источник гудел согласно.
— Работаем, — сказала она громко. — С завтрашнего дня — усиленные тренировки. Ратмир, ты отвечаешь за боевую группу. Яр — за демонстрацию контроля. Мила — за диагностику. Геля, Велем — со мной, будем готовить теорию.
— А мы? — спросил Алесий.
— Вы — наша опора, — улыбнулась Илания. — Латия — запасы и порядок. Алесий — охрана и укрепления. Если они решат, что мы опасны, пусть хотя бы увидят, что мы умеем защищаться.
Алесий довольно хмыкнул.
— Это я люблю.
Вечером, когда все разошлись, Илания и Альдор снова стояли на стене.
— Месяц, — сказала она. — Мало.
— Хватит, — ответил он. — Мы за год построили школу из руин. За месяц подготовим учеников к смотру.
— Ты правда веришь, что это сработает?
— Верю. — Он обнял её за плечи. — Потому что нам нечего скрывать. А правда всегда сильнее лжи.
Она прислонилась к нему, глядя на горизонт.
Где-то там, за лесами и горами, собиралась гроза. Магистры, чиновники, судьи — все они ехали сюда, чтобы решить их судьбу.
Но здесь, в форте, было тепло.
Источник гудел ровно. Ученики спали в казарме. Латия и Алесий сидели у костра, держась за руки. Геля и Велем о чём-то спорили в библиотеке. Орвин листал книги, бормоча заклинания.
— Мы справимся, — сказала Илания.
— Знаю, — ответил Альдор.
Внизу, во дворе, Малый и ещё двое младших сидели у источника. Они не спали — тренировались. Слабые огоньки магии вспыхивали в их ладонях, гасли, вспыхивали снова.
Школа «Камень и Воля» готовилась к самому важному экзамену в своей истории.
Глава 65. Смотр
Месяц пролетел как один миг.
Илания стояла на стене и смотрела на дорогу, уходящую в сторону города. Сегодня должна была появиться та, от кого зависела судьба школы — инспекция Высшего Совета Магократов.
