(не) Подарок для дракона. Развестись и не влюбиться (СИ) - Ларсон Лана

За столом завязался разговор — ни о чем и обо всем сразу. Дядя смотрел на мои черные волосы с прищуром, словно пытался разглядеть в них правду о проклятии, но до поры до времени хранил молчание. Атмосфера была настолько плотной, что казалось, её можно резать ножом.

— Надолго ли вы к нам, лорд Эргон? — спросил король, лениво ковыряя вилкой в тарелке. — Почему без оповещения? Хотя, помнится, вы упоминали, что посылали весть… Странно, я ничего не получал. Наши границы всегда открыты для друзей, но такая внезапность наводит на мысли.

Эргон спокойно отвечал на все вопросы, обходя острые углы с грацией хищника. Он вел себя как истинный принц — сдержанно, логично и веско, но в каждом его слове чувствовалась скрытая насмешка над суетой моего дяди.

— Вестник был отправлен неделю назад, Ваше Величество, — ровно произнес Эргон. — Если он не долетел, значит, в ваших лесах стало слишком неспокойно. А наш визит продиктован исключительно заботой о благополучии Арианны.

— Неспокойно? — Валин внезапно хохотнул, и в этом звуке не было ни капли веселья. Он резко отодвинул от себя нетронутую тарелку, так что нож жалобно звякнул о фарфор. — Отец, брось. Наши леса скоро станут самым безопасным местом, потому что из дворца выходить страшно. У нас теперь на каждом углу по гвардейцу. Скоро дышать будем по расписанию.

— Позвольте добавить, — внезапно подал голос лорд Рагнар, и его баритон заставил посуду на столе слегка зазвенеть. — Ваши леса показались мне подозрительно тихими. Драконы привыкли доверять своему чутью, а оно говорит, что тишина здесь… искусственная. Словно звери затаились перед бурей.

Леопольд дернул щекой и перевел взгляд на Рагнара.

— У нас прекрасные леса, милорд. Возможно, вы просто не привыкли к нашему климату после своих скал.

— О, климат здесь чудесный, — тонко улыбнулся лорд Олирион, изящно промокнув губы салфеткой. — Особенно радует обилие гвардии на каждом углу. Создается впечатление, что мы не в мирном Риольде, а в осажденной крепости. Скажите, Ваше Величество, кого именно вы так опасаетесь, что выставили тройные посты даже у кухонь?

Король побагровел, но не нашелся с ответом. Лавена в это время кокетливо наклонилась к Кайдену, тем самым немного разрядив обстановку:

— Лорд Кайден, а правда, что в горах драконы едят только сырое мясо? — её голос сочился приторным медом. — Вы выглядите таким… диким. Это так будоражит.

Тиана демонстративно закатила глаза и с грохотом опустила кубок.

— Он ест только тех, кто задает глупые вопросы, принцесса, — отрезала она.

— Тиана, — предупреждающе произнес Эргон, но в его глазах промелькнула искра веселья.

Бедный Кайден, кажется, чувствовал себя меж двух огней: с одной стороны — назойливая принцесса, с другой — свирепый взгляд сестры друга, которая явно была готова испепелить Лавену на месте. Мне даже стало его немного жаль — лучший воин Предела выглядел так, будто предпочел бы сейчас сразиться с десятком ледяных великанов, чем продолжать этот светский диалог.

Разговор на мгновение затих, и в этой тишине я, наконец, решилась задать вопрос, который мучил меня с самого пробуждения.

— Дядя, а где герцогиня Марлен? — я обвела взглядом пустующие места. — Она никогда не пропускала завтраки. Почему её нет с нами?

Леопольд на мгновение замер, его губы сжались в тонкую линию, став почти невидимыми.

— С ней всё хорошо, Арианна. Она немного приболела и осталась в своих покоях. Ей нужен абсолютный покой, врачи категорически запретили любые посещения. Даже членов семьи.

Валин при этих словах стал еще мрачнее. Его пальцы так сильно сжали салфетку, что костяшки побелели.

— Да, — глухо добавил он, не поднимая глаз. — Отец считает, что ей так будет лучше. Нам всем… так будет лучше.

Я почувствовала, как под столом рука Эргона нашла мою и крепко сжала её. Он чувствовал мою тревогу.

— Завтрак затягивается, — внезапно произнес король, вставая. — Но у меня есть еще одна новость, чтобы поднять вам настроение. Через несколько дней к нам прибывают наги. Я договорился с их императором Эсерханом Ашшааром, что выдам замуж за него свою дочь — Лавену. Мы сможем сыграть две свадьбы сразу. Это будет великий союз, который обеспечит Риольду процветание на века.

Лавена побледнела и скривилась, её лицо выразило такое отвращение, будто ей предложили проглотить живую гадюку. Она открыла рот, чтобы начать возражать, но наткнулась на ледяной взгляд отца — и мгновенно осеклась.

— И еще, Арианна, — Леопольд посмотрел на меня с пугающей алчностью. — Я бы хотел переговорить с тобой наедине. Чуть позже. В моем кабинете. Я пришлю за тобой лакея.

Он вышел из зала, не дожидаясь ответа. Как только тяжелые двери за ним закрылись, ко мне тут же подлетел Валин. Он обнял меня — крепко, до хруста в ребрах, и я услышала, как часто бьется его сердце.

— С возвращением, сестренка, — он сдержанно кивнул Эргону, признавая его статус. — Твои волосы…

— Со мной всё хорошо, Валин, — прошептала я, высвобождаясь из его объятий. — Мы почти все решили с ними. Но что здесь происходит? Где Марлен на самом деле? И зачем здесь наги?

Валин опасливо оглянулся на застывших у дверей лакеев и на Кайдена с Тианой.

— Может, поговорим? — он посмотрел на Эргона, словно спрашивая разрешения, а потом снова на меня. — Да, нам нужно поговорить. Пойдемте в сад, там… там будет проще. Здесь даже у стен слишком длинные языки.

Эргон подошел ближе, по-хозяйски положив руку мне на талию.

— Идем, — бросил он Валину. — Кажется, пришло время сорвать пару масок в этом «цветущем» саду.

Эргон

Мы вышли в сад, изображая неспешную светскую прогулку. Со стороны это выглядело идиллично: две высокородные пары и наследный принц прогуливаются среди цветущих кустов Риольда. Кайден и Тиана шли чуть позади. Мой друг что-то вполголоса выговаривал сестре, а та в ответ лишь вскидывала подбородок, метая в него яростные взгляды. Между ними так и летали искры, но Кайден так старательно пытался заглушить их своим напускным равнодушием.

Арианна шла рядом со мной, мягко придерживая за локоть. Она старалась улыбаться, расспрашивала Валина о каких-то пустяках, о погоде и последних новостях столицы, но я чувствовал, как мелко дрожат её пальцы. Её напряжение передавалось мне почти физически.

— Какой дивный аромат у этих лилий, правда, Валин? — её голос прозвучал чуть выше обычного, выдавая волнение.

Принц кивнул, но глаза его оставались холодными. Я тоже был на взводе. Теневая сторона в этом саду вела себя странно. Я ощущал колебания — неявные, текучие, словно под ногами была не твердая земля, а зыбкое болото. Каждый раз, когда я пытался ментально «прощупать» источник этого искажения, Тьма ускользала, растворяясь в солнечных бликах. Она не ушла, она просто научилась идеально маскироваться под обыденность.

За нами следовали гвардейцы Леопольда и несколько моих воинов. Расстояние было приличным, но в этом дворце даже у стен были не только уши, но и память. Убедившись, что мы достаточно удалились от основных троп и зашли вглубь лабиринта из живой изгороди, я незаметно повел рукой, возводя вокруг нас плотный магический купол. Воздух внутри него на мгновение стал тяжелым, звуки внешнего мира смолкли.

— Рассказывай, Валин, — коротко бросил я, не меняя расслабленной позы и продолжая лениво рассматривать кусты роз. — Без цензуры и придворных реверансов.

Принц сохранил на лице маску вежливой безмятежности — на случай, если за нами наблюдают из окон дворца. Но голос его, когда он заговорил, был полон скрытой тревоги.

— Здесь творится что-то неладное, Эргон. После вашего отлета в прошлый раз отец словно с цепи сорвался. Рвал и метал, срывался на слуг по малейшему поводу. Мне даже показалось, что он окончательно лишился рассудка от страха перед Тьмой. А потом… наступила тишина. Несколько раз я проходил мимо его кабинета и слышал, как он с кем-то разговаривает, хотя за дверью никого не было. Он спорил, торговался, умолял. А наутро он вдруг стал совершенно иным. Холодным, спокойным и… чужим.