Памир. Дилогия (СИ) - Шаман Иван

– Моисей Иоанович, извините, что отвлекаю, но этот молодой человек ворвался к нам и говорит, что у него срочные новости, – сказал Жиль Рене, ступив на балкон верхнего этажа. Стоило мне сойти следом, как течение воды вернулось в норму, и платформа ушла вниз.

– Надеюсь, это и в самом деле важно, иначе я начну сомневаться в вашем уме, а без него любые способности и предрасположенности пусты, – недовольно проговорил магистр, когда мы вошли в большой светлый зал, украшенный кораллами.

– Османы высадились на южном направлении, в слиянии Волги и Дона, – коротко и по делу сказал я. – С ними дервиш единый со стихией огня, носящий механизированный доспех.

– И кто же вам рассказал об этом дервише?

– Никто, я сам видел его своими глазами во время разведки.

– Хм, ну хорошо. Допустим. А как определили его степень владения пламенем? – с усмешкой поинтересовался магистр. – Особенно если он был в тяжёлом доспехе.

– Он был без шлема, я выстрелил ему в голову, пуля вошла ровно между глаз, чуть выше переносицы. Но вместо того, чтобы подохнуть, он обернулся огнём.

– Гхм… – откашлялся грандмастер, чьи брови взлетели.

– Вы уверены в том, что видели? – с лёгким нажимом спросил магистр.

– Полностью. Смотрел через снайперский прицел в момент прилёта пули. Как и я, он умеет менять форму тела, с той лишь разницей, что стихия иная. Но это даже не так важно. Вместе с ним высадилось больше трёхсот кавалеристов, танк с несколькими башнями и…

– Постойте, – поднял ладонь магистр. – Если всё так, то это не просто набег, а полномасштабное вторжение. К тому же стихия земли значительно стабильней, чем огня. Освоить единение с пламенем и при этом не сойти с ума, практически невозможно. У осман есть всего десяток или два таких дервишей – героев.

– Тем лучше. Как победим, сможете его опознать, – собранно ответил я. – Губернатор не отвечает на мои запросы, но советники как один считают, что османы собираются обойти Китеж и Царицын по суше, зайдя с северо‑запада, где укрепления минимальны, а у магиков воды не будет доступа к стихии.

– Логично. Так сделал бы каждый.

– Но мы ещё можем их остановить, Если вы сумеете перекрыть высадку войск, мы сбросим их в воду, – продолжил я, кивнув на комментарий Моисей Иоановича. – Я уже нанял всех доступных наёмников, включая бронеходчиков.

– Самонадеянности вам не занимать, – улыбнулся Жиль Рене. – Увы, можете быть уверены, если ваши слова правда, никакие наёмники не спасут ваше поселение.

– Погоди, – уже его остановил жестов магистр. – Возможно, у юноши как раз всё получится. Огонь и земля не антитезы, но он, вероятно, справится при должной поддержке. К сожалению, мы не можем уйти от Царицына. Вдруг это лишь отвлекающий манёвр, а главный удар всё равно придётся по городу. Об этом вы не подумали?

– Их слишком много для отвлекающего удара, – с сомнением сказал я.

– Ох, Фёдор. Вам явно не помешало бы классическое образование, тем более что мы получаем сведения со всех материков, – покачал головой Моисей Иоанович. – Армия Османо‑Персидской империи чуть больше Римской и составляет восемнадцать миллионов человек: больше десяти тысяч дервишей, миллион янычар, около двадцати тысяч танков… ну и так далее.

– Это если не считать туменов верных, как они называют изуверов, сохранивших часть сознания и подчиняющихся приказам, – вставил свои пять копеек грандмастер.

– Они скорее дрессированные звери, чем люди, а потому и в армейские части они не входят, – отмахнулся магистр, а я поморщился, вспомнив, с каким трудом мне удалось побороть только что изменившихся изуверов. Какой же опасностью они обладают, полностью сформировавшись?

– Как вы понимаете, для таких сил выставить пять‑шесть тысяч, для обходного манёвра, если они и в самом деле решили взять столицу губернии, не проблема, – продолжил магистр. – Прикрепить к ним десяток дервишей под командованием одного из сынов Сулеймана тоже. Остаётся лишь один маленький нюанс…

– Это будет война, – нахмурившись, кивнул Жиль Рене.

– Именно, – согласился я. – Вначале набег, а после ввод – войск на разведанную территорию. Обход и…

– Нет, – поморщился магистр. – Не сходится, или я не вижу картину целиком. И уж точно вы её не видите, учитывая, что даже не знаете их сил. Нам не поступали доклады о продвижении крупных подразделений, суда в Каспии стоят. Пара грузовых транспортов ещё могла проскочить по Волге, под видом барж, но не больше.

– Значит, они пришли пешком на противоположный берег, а уже оттуда начали переправляться, – ответил я, но затем сам задумался. Не сходилось, да. Если бы шло полноценное вторжение, вряд ли стали бы так заморачиваться.

Если у них армия в пятнадцать раз больше населения Царицына, да ещё и с превосходящей по уровню развития техникой, такие танцы с бубном не нужны. Входит в Волгу плоскодонный броненосец, перекрывает навигацию, зачищая берега. После прибывает десяток‑другой транспортников, высаживают десант и танки при поддержке дервишей. Всё. Зачем такие сложности?

– Возможно, они не хотят терять людей во время штурмов.

– Нет, скорее, они вообще не собираются вести войну. Продолжить более масштабный набег, операцию по вклиниванию… – возразил магистр, создавая над столом водяную проекцию. Буквально пальцами взмахнул, а в результате можно было разглядеть даже домики на берегу, такая детализация. – Но зачем? Почему сейчас?

– Их агент, Али‑Ахмед, собравший под своим крылом разбойников и оборванцев, был недавно схвачен и казнён, – ответил я, с трудом сдержавшись, чтобы не поморщиться от воспоминаний. – Но это привело к обострению, в результате которого погиб тысячник Клусинский и большая часть его войска.

– Значит, город ослаб, и они об этом знали, – подёргал бороду Жиль Рене.

– Скорее, наоборот, очистился от возможного предателя, но пока не восстановился до конца, – возразил я. – Клусинский атаковал наше поместье вместе с Али‑Ахмедом. До этого то же делал его сын. Тогда я считал, что это просто совпадение, блажь богатенького парня, решившего захватить себе землю. Но если это было запланировано изначально, чтобы высадить войска ближе к городу или, не поднимая тревоги, провести их сразу под стены… за Гаврасово лишь одна застава, да и та крохотная.

– Вы бы осторожнее со словами, молодой человек, – покачал головой магистр. – А то так и до обвинений губернатора в государственной измене дойти может.

– Отчёт следователей уже ушёл в царскую канцелярию, пусть там разбираются, – отмахнулся я. – Не помогает, так пусть хоть не мешает. В остальном можно разобраться и без его вмешательства.

– В принципе в этом есть логическое звено. Сейчас будет предположение, не больше, но, если губернатору предложили стать князем, сохранив земли для потомков… – тихо произнёс магистр. – Тогда всё происходящее обретает смысл. Если бы они сговорились, тысяча успокоила беспорядки, а османы тихо и спокойно взяли ключевые точки, устранив верных царю людей.

– Но мы же говорим чисто гипотетически? – поморщился Жиль Рене.

– Конечно. Но в таком случае это было бы не вторжение, а сепаратизм. Официального объявления войны удалось бы избежать. Не может Всеславия позволить себе бросить вызов Османам, – поджав губы, сказал Моисей Иоанович. – Но и они не могут перебросить много войск, не оголив фланги перед Поднебесной и Римом. Баланс слишком хрупкий.

– Если так, то мы можем отбиться? – с надеждой и, кажется, удивлением спросил грандмастер башни воды.

– Вполне возможно. Но нужно проверить эту теорию.

– Вы собираетесь поговорить с губернатором? – поинтересовался я.

– Вначале нужно установить факты, может, вы делаете из мухи слона, – тепло улыбнулся Моисей Иоанович. – Покажите на карте, откуда планировалось нападение.

– Здесь. Раньше тут была небольшая деревушка, вполне жилая, – безошибочно найдя населённый пункт, сказал я.

– Отлично, пойдёмте, хочу всё увидеть своими глазами, – махнул магистр.

– Боюсь на автомобиле добираться около девяти часов, а он у меня даже без второго сиденья и кабины.