Я ничего не ответила, только закрыла лицо руками.
— Эммм... Госпожа следователь, Летиция... Ну я же... — совсем иным, растерянным тоном пробормотал он. — Да что за сырость!
Не зная, как меня успокоить, он вдруг крепко обнял и неловко прижал к груди, словно маленького ребёнка.
— Если вы сейчас же не прекратите, я буду вынужден принять серьёзные меры, — вкрадчивым голосом понеслись угрозы в мою макушку.
— Какие? — всхлипывая, полюбопытствовала я.
— Известно какие! Лучший способ успокоить плачущую женщину — это поцелуй.
— Ой, не надо!
— То-то же! Давайте, отключайте этот святой источник.
Дверь за моей спиной скрипнула.
— Госпожа сле... — раздался голос Акселя.
— Не видишь? У нас важное совещание! — гаркнул на него Крау.
— Но там прибыл жених жертвы... И брат тоже.
— Пусть подождут в коридоре. Их пригласят.
— Так точно!
Дверь закрылась.
“Боги! Что теперь обо мне будут думать!”
Я отстранилась от Крау. Он заглянул мне в лицо и вытер ладонями мои мокрые щёки.
— Вы должны понимать, почему я так разозлился, госпожа Лаиш, — на этот раз Рэмонд говорил спокойным, даже мягким голосом. — Я отвечаю за вашу жизнь. А вы скрываете от меня записку с такой угрозой! Это же не пустое запугивание, учитывая дело, которое мы... то есть вы ведёте.
— В-вы думаете, мне мог угрожать убийца Бекки?
— Боюсь, что да. Однако пока не могу понять, зачем ему это. Вы молодой, неопытный следователь. Ну испугаетесь, допустим, уйдёте. Расследование же не прекратится.
— Может, всё же это чья-то глупая шутка?
Крау помолчал, задумчиво поджав губы.
— Нет, я уверен, что записку вам в карман подсунула вчерашняя попутчица. В противном случае вы нашли бы её гораздо раньше.
Я попыталась вспомнить, проверяла ли карманы пальто до этого.
“А ведь Крау прав. Я доставала перчатки, когда ждала дилижанс. Записки не было!”
Приведя себя в порядок, я пригласила Лероя Гранта.
В кабинет вошёл высокий парень с военной выправкой. Открытый прямой взгляд серых глаз сквозил горьким отчаянием.
— Вы уже знаете, кто это сделал? — без предисловий и приветствий спросил он.
“Интересно, почему же он послушно ждал в коридоре, когда вызовут?” — спросила я сама у себя. И тут же ответила: “Приучен подчиняться.”
— Господин Грант... Примите мои соболезнования...
— Не надо этого! Для вас Бекки просто жертва. Это ваша работа, я понимаю.
— Это не так. Я училась в Академии вместе с Бекки. И мне действительно очень жаль.
— Значит, вы найдёте того, кто сделал с ней такое? — спросил Лерой, шумно втягивая носом воздух и столь же громко выдыхая.
— Мы делаем всё возможное. Прошу вас присесть и ответить на несколько вопросов, — я указала Лерою на стул напротив.
Прежде чем сесть, он бросил тревожный взгляд на Крау, расположившегося в кресле у окна.
— Когда вы видели вашу невесту в последний раз?
Лерой на несколько секунд прижал ладони к глазам, словно они болели, затем со вздохом ответил:
— В выходные. Я приезжал всего на день специально, чтобы провести время с ней. А мы повздорили. Так глупо! А теперь её нет.
Я сглотнула комок, образовавшийся в горле.
— Господин Грант, почему вы поссорились?
— Повздорили, — поправил меня Лерой, словно это имело большое значение. — Да, верно. Так почему?
— Мы собирались пожениться, как только Бекки окончит Академию. Её родители знали об этом, но вдруг сорвались и уехали на целый год. И Бекки предложила отложить свадьбу. Тем более что я буду служить в столице весь этот год... Я разозлился, не терпелось мне жениться... А ведь она была права.
Я нахмурилась, ситуация показалась мне весьма странной.
— То есть вы утверждаете, что родители Бекки уехали неожиданно? Мне сказали, они давно мечтали отправиться в кругосветное путешествие.
— Мечтали. Это верно. Но мечтать — одно. А сорваться и уехать несмотря на планы дочери — совсем другое. Я думаю, лорд Гарденс был против нашего брака. Поэтому они и поступили так. Чтобы за год мы передумали.
Лерой провёл руками по русым волосам, словно они не были короткими.
— Я сказал Бекки, что раз родители так некрасиво поступили, мы тоже можем пожениться и без них. Но она настаивала, чтобы мы подождали.
— И вы очень разозлились?
Лерой так резко вскочил со стула, что тот с грохотом упал.
Я скорее почувствовала, чем увидела, что Рэмонд напрягся и выпрямился в кресле, подавшись вперёд.
— На что вы намекаете? Это подло! Меня не было даже в городе в момент её смерти! И я любил её!
Я смотрела на Лероя в упор. Да, он отсутствовал, когда в Бекки всадили нож, но мы не знаем, сколько действует проклятие. Проведя рукой перед глазами, я включила магическое зрение.
Лерой обладал боевой магией. Красно-оранжевый спектр полыхал гневом вместе с хозяином.
— Успокойтесь, господин Грант. Я только выполняю свою работу. Скажите, вы разговаривали с Бекки о чём-нибудь ещё? Может, о её работе?
Подняв стул, Лерой сел и положил перед собой руки.
— Она рассказывала вскользь о парне, похитившем девушку. Считала, что это не должно сойти ему с рук.
— Может, вы заметили в поведении невесты что-то странное?
Лерой пожал плечами.
— Кажется, ничего такого.
— Хорошо. У меня последний вопрос, господин Грант. Бекки ведь носила красное пальто? Я помню по Академии, она предпочитала плащи и пальто такого цвета.
— Да. Но в этот раз она была в новой меховой накидке тёмно-зелёного цвета. Я ещё сказал, что ей очень идёт.
— Благодарю, за помощь следствию, господин Грант. Вы можете идти.
— Я могу... увидеть её?
Перед моими глазами мелькнула картинка тела Бекки на прозекторском столе.
— Если пожелаете. К господину Фейну обратитесь, он вас проводит.
Лерой вышел, а в кабинет снова заглянул Аксель.
— Госпожа следователь. Там Пауль Гарденс, брат погибшей, спешил. Я показал ему одежду, он признал платье, в котором жертва приходила в родительский дом накануне смерти. В каком она была пальто, он не помнит. Господин Гарденс ушёл, сказал, если будут ещё какие вопросы, обращаться.
— Благодарю, Аксель.
Подходило время обеда, и мы с Крау отправились в “Жёнушку демона”. Мы пришли первые и расположились за большим общим столом.
— Какие мысли по поводу расследования, госпожа следователь? — лениво спросил Крау, пока мы ждали еду.
— Честно говоря, информации много, а никаких зацепок я не вижу пока. Разве что...
Сидевший напротив Рэмонд подался вперёд:
— Что?
— Почему родители Бекки уехали внезапно, когда их дочь собиралась замуж? Были против брака с Лероем?
— И в доме Гарденсов накануне смерти Бекки перебирала письма родителей, — напомнил Крау.
— Надо выяснить побольше о семье Бекки. Сообщил ли Пауль отцу и матери о трагедии?
Кёльнерша принесла поднос с дымящейся похлёбкой.
Колокольчик на двери звякнул, и к нам присоединились Аксель, Даррен и несколько городовых.
— Крау, как работается на новой должности? — издевательским тоном спросил Даррен, хлопнув Рэмонда по плечу.
— Не жалуюсь, — пробормотал Крау, слишком быстро работая ложкой.
— Тебя что, госпожа следователь не кормит? Куда ты так торопишься?
— Заткнись, Даррен. Нет времени с тобой препираться.
Крау доел похлёбку, вытер рот салфеткой, встал и подошёл ко мне. Наклонившись, он сказал мне на ухо тихо:
— Я отойду на сорок минут. Прошу вас, подождите меня здесь и никуда одна не ходите, пока я не вернусь.
Я удивлённо кивнула. Крау и Акселю что-то тихо сказал и направился к выходу.
— Госпожа Лаиш, как продвигается дело? Удалось узнать что-то стоящее?
— Пока нет.
— Ну и не напрягайтесь, если это сумасшедший проклинатель сделал, то какая разница, кто ранил жертву ножом?
Я испуганно осмотрелась.
— Вы бы говорили потише, господин Тенн. Будет досадно, если новость просочится в газеты по вашей вине.
