Госпожа из Арленсии. Дилогия (СИ) - Моури Эрли

– Так, дорогая, я переговорю с господином Гюи. Похоже у него какое‑то дело, которое ему без меня не разрешить.

– Именно так, – согласился Лураций, глянув в черные сердитые глазки новой супруги Дженсера, и отпустил улыбку уже ей. – Давайте отойдем в тень, а ваша жена, пусть пока по‑хозяйски разберется с носильщиками и вещами.

Они отошли под смокву, под которой имелось две лавочки, и одна к их удовольствию оказалась свободной.

– Вот что я хочу спросить, господин Дженсер, – Лураций опустился на потертую доску, жестом предлагая спутнику сесть рядом. – Скажите, после всего случившегося, какое у вас отношение к Эрисе? Вы теперь ненавидите ее, считаете врагом или она остается для вас дорогим человеком, которым была?

– Я не ожидал от нее такого! – бледное лицо Дженсера вдруг начало краснеть. – Она и раньше изменяла мне… Да, да! Постоянно флиртовала с разными волокитами во дворце и прежними кавалерами. Она целовалась с другими – я видел это сам! Все это я теперь вспоминаю. Очень ясно помню, все что терпел от нее в Арсисе! – он сжал кулаки и выпятил губу. – Но что она от меня откажется, такого я не ожидал! Ведь я всегда ее прощал. Я могу терпеть ее вольности. Ну почему она поступает со мной так? – Дженсер повернулся к Лурацию, словно тот сейчас должен был всецело понять и разделить его страдания: – Я поговорю с ней! Я смогу убедить Эрису вернуться! Буду просить ее! – он оживился больше и, глянув бегающими глазами на ростовщика, произнес: – Еще не известно, кого из нас она выберет! Вы переоцениваете себя, господин Гюи! В вашем‑то возрасте пытаться забрать у меня жену?! Не выйдет!

– Хорошо, хорошо. Путь сама жизнь нас рассудит, – Лураций примирительно тронул его за локоть. – Иначе говоря, госпожа Диорич вам по‑прежнему дорога, так? То, что я скажу дальше вы обязательно примите к сведенью. Это очень важно. Так вот, за наше отсутствие в Эстерате произошло серьезное событие: убит член Круга Высокой Общины, сгорел его дом, и кое‑что вокруг. И скверно то, что в свете этих событий вашей жене может грозить опасность.

– Что вы за глупости несете? При чем здесь Эриса? – потомок Терсета с опаской наблюдал за действиями ростовщика, раскуривающего трубку, и вспоминал последнее письмо Эрисы, в котором она писала, что спешит покинуть город, вероятно отплывет в Арсис по каким‑то неясным ему причинам. И еще… она писала, чтобы сам Дженсер лучше воздержался от приезда в Эстерат, говорила о какой‑то угрозе, ничего толком не пояснив.

– Вот эта штука хорошо лечит нервы, – Лураций постучал пальцем по нефритовой трубке и выпустил струйку дыма. – Желаете попробовать?

– Хранят меня боги! – он отстранился. – Объясните, что за бред вы несете? Какие опасности могут грозить Эрисе? – он мысленно вернулся к последнему письму госпожи Диорич, и подумал, если она в самом деле спешит покинуть город, и просила его сюда не являться, то может быть за словами Лурация на самом деле что‑то есть и стоит прислушаться?

– Вы это поймете потом. Я лишь сказал, что так может быть. И если такое случится, то очень потребуется ваша помощь. Ваша и вашего родственника, господина Рамбаса, – ростовщик впустил облачко серебристого дыма, поглядывая на Сульгу, не скрывавшую недовольства и расхаживавшую рядом. – Поэтому я вас попрошу не теряться в Эстерате. Пришлите мне записку с указанием места, где вы остановитесь, – он на миг задумался, рассудив, что о новом съемном доме Эрисы лучше сказать. Ведь госпожа Диорич достаточно умна и наверняка даже не заглядывает в этот дом, после событий с Кюраем. Если он, Лураций, умолчит об этом доме, то Дженсеру все равно сообщит хозяйка прежнего жилья Сороха Исса – она‑то знает, куда переселилась госпожа Диорич. Потомок Терсета ведь по‑прежнему думает, будто Эриса и некоторые вещи самого Дженсера там, в жилище Сорохи Иссы. – И еще вот что, – продолжил Лураций, – стануэсса отказалась от вашего прежнего жилья возле Бурж‑рынка. Туда вам нет смысла идти. Она сняла дом с хорошим садом выше Подгорного рынка. Это сразу перед подъемом к Верхнему кварталу, – Лураций в подробностях описал место расположения дома Эрисы. – Ступайте туда. Она может быть там, но может и не быть. Если ее там нет, то вы, как член ее семьи имеете право поселиться в этом очень неплохом доме. Я знаю, что его Эриса оплатила на два Двоелуния или еще больше. Место и сам дом великолепны. Даже если вы не пожелаете остановиться там то, господин Дженсер, нам не следует пока рвать связи. Тем более вы заинтересованы, чтобы при разводе Эриса осталась добра к вам и подарила свое имение под Луврией. Также?

– Это все не ваше дело, господин Гюи, – сердито сказал потомок Терсета, начиная понимать, что за этими переездами его жены, ее странными письмами и словами Лурация кроется нечто очень значительное и настолько ему непонятное, что в самом деле пока лучше не горячиться. – Надеюсь, вы не водите нас за нос с тем домом за Подгорным рынком? – спросил потомок Терсета, нервно сминая в руке головной платок и пытаясь разобраться в огромном ворохе мыслей, обрушившийся на его.

– Разве я мальчишка, чтобы пускаться в столь глупые обманы, – Лураций даже рассмеялся и промокнул платком пот, проступивший на лбу, пригладил посеребренные сединой волосы. – Просто, направьте мне весточку посыльным, оттуда, где вы поселитесь. Это не ради меня, а ради Эрисы, – господин Гюи словно чувствовал, что случилось что‑то скверное. А если это было не так, и просто пошаливали нервы, то нет ничего дурного в том, что они с Дженсером расстанутся не в самых скверных отношениях. И тем более нет ничего скверного в том, что он Лураций сообщил ему, куда следует направиться с немалым багажом, который имелся при Дженсере. Зачем потомку Терсета тащится к Бурж‑рынку, если то жилье давно Сороха сдала другим постояльцам?

Окончив разговор с Дженсером, ростовщик затушил трубку, взял саквояж, закинул за плечо вещевой мешок и направился прочь с караванного двора в сторону Нод‑Халфы. По пути он рассуждал, как правильнее ему поступить: пойти прямо сейчас к дому стануэссы или послать туда посыльного. Он понимал, что Эриса весьма умная и предусмотрительная женщина и, после произошедшего с Кюраем, скорее всего успела скрыться. Может ее вообще нет в Эстерате. А может…, может все повернулось для нее не очень приятной стороной. Здесь господин Гюи даже боялся строить догадки.

Все‑таки в первую очередь, он решил навестить старого приятеля Гарнфуза и у него узнать, что же на самом деле стряслось в особняке Кюрая Залхрата. Гарнфуз слыл весьма пронырливым старичком, вхожим почти в любой дом членов Круга Высокой Общины и в Белый дворец. Ему были известны многие тайны и хитросплетения отношений самых влиятельных людей Эстерата. Хотя сам он не участвовал в политических брожениях города, многие прибегали к его посредническим услугам, чтобы донести те слова, которые нельзя было сообщить оппонентам напрямую. При всем этом Гарнфуз жил не слишком богато в одном из домов недалеко от Арены. Да, место престижное, но дом так себе – в два этажа, может на половину более того, которым владел Лураций.

Примерно через полчаса неторопливой ходьбы по жарким улицам Нод‑Халфы и Среднего города господин Гюи стоял под мраморным портиком у порога дома своего старого друга. Дверь отворил раб‑эльнубеец. И на удачу сам Гарнфуз оказался на месте.

Когда Эриса открыла глаза, она увидела чей‑то силуэт в проеме окна. Странно, арленсийка не слышала звука упавшей табуретки и скрипа открывшейся двери. Наверное, от брума сон случается очень крепкий. Постепенно сбрасывая ночное оцепенение и все яснее понимая, что в комнате кто‑то есть, и это вовсе не видение, стануэсса тихонько потянула руку к подушке, под которой лежал нож. Сильная мужская ладонь сдавила ее запястье, схватила жестко и тут же вырвала с постели.