Ловушка с двумя неизвестными - Романовская Ольга

Кое-как, придерживаясь за изгородь, поднялась и сразу бросилась в атаку:

– Что вы тут вообще делали, зачем встали поперек дороги?

– Я? – Артур состроил удивленные глаза. – Возвращался после беседы с местным священником.

– И о чем беседовали?

Отряхнула юбки и заковыляла к гнедой кобылке.

Хм, действительно рядом церковь. Вот и кладбище, пасторский домик – не заметила, как добралась до ближайшей деревушки. И только по счастливой случайности никого не покалечила. Вот до чего доводит гнев! От природы я вспыльчива, несдержана – пошла в отца. Тому тоже порой трудно держать себя в руках. И Артуру напрасно нагрубила, он ни в чем не виноват.

– Да так… Расспрашивал, нет ли в ваших краях ведьм. С вами действительно все хорошо, может, проводить вас?

Покачала головой:

– Не стоит, а то поползут всякие слухи.

– Слухи? – поднял брови Артур.

– Ну да. Например, решат, что вы мой любовник.

Артур фыркнул, выразив отношение к подобной нелепице. Сразу видно, не местный, не в курсе провинциальных развлечений. Здешние кумушки зорко следили за прохожими из-за ставней. Может, кто-то уже побежал к священнику с доносом на баронскую дочку. Мол, только вернулась, а уже хвостом крутит.

– Вы так и не назвали мне своего имени, прекрасная незнакомка. Должен же я знать, – улыбнулся Артур, – с кем согрешил.

И промолчать бы, но:

– Леди Жанна Баттель, дочь хозяина здешних мест.

– Польщен нашим знакомством, Жанна. – Артур вогнал меня в краску, назвав просто по имени и поцеловал мне руку. – Только ради вас стоило покинуть столицу.

Он недозволительно долго задержал мою ладонь в своей. Отчитать бы, но по неведомой причине я не могла. Недавно злилась на него, а теперь молчу. Сердце бьется, щеки покраснели. Поймал красавчик в свои сети! Голубоглазый блондин в новеньком белом плаще с серебряной вышивкой. А вот сиреневый котардистарый, потрепанный, хотя пуговицы перламутровые. Шаперонс «хвостом», яркий, красный, но разве такие носят в столице! Там сейчас в моде береты да шляпы с узкими полями. Если шапероны и носят, то в виде тюрбанов, дорогих, бархатных, с каменьями.

Когда я пристально уставилась на заштопанный отворот шаперона, пришло время Артура покраснеть. От греха он стащил головной убор, засунул под мышку.

– Выходит, мы почти соседи, – глядя поверх моей макушки, на крышу местной церкви, невпопад брякнул Артур.

Куда только подевалась была самоуверенность! Или он своей бедности стыдится, того, что пытается хорошо выглядеть, хотя в кармане пара пенни? Так и я, как выяснилось, не такая уж богатая невеста.

– Неужели? – удивленно спросила я.

Вот тебе и не местный. Но имя Артура Бредона мне решительно ни о чем не говорило.

– Мой замок Леменор стоит выше по течению.

Покачала головой:

– Не припомню такого.

Да и в гостях у нас, до моего отъезда в колледж, батюшка Артура или кто-то другой из его родственников по мужской линии не бывал. Раз так, новый знакомый невысокого происхождения: отец точно не оставил бы без внимания потенциального жениха-соседа.

– Ну, – заметно смутился Артур и принялся крутить перстень-печатку на пальце, – это не совсем замок.

– А вы – не совсем лорд? – рассмеялась в ответ.

– Отчего же? – обиделся он. – Единственный наследник, отдан отцом в услужение… Ну да это неважно, – запоздало спохватился Артур, сообразив, что подобные детали биографии лучше не озвучивать. Как известно, в услужение другим аристократам, если они не монархи, разумеется, отдавали только бедняков. – Вот уже полгода, как я прошел посвящение и теперь борюсь со всякого рода нечистью и темным колдовством.

Фыркнула. Нечистью! Здешние места дикие, но не настолько, чтобы здесь водились баньши³. А ведьмами у нас именовали разве только сварливых жен.

– Однако мы не прояснили вопрос с вашим замком, сеньор паладин, есть он или нет?

Постукивая каблучком, прищурившись, смотрела прямо в голубые глаза собеседника. Они у него как воды Клевенского озера в ясный летний день.

Чего не отнять, места у нас красивые, особенно весной. Воздух такой чистый, что кажется, будто его вовсе нет. Склоны холмов покрыты желтым кружевом неброских цветов, облепивших выветренные валуны. Там, где земля перестает горбиться, темнеют ровные квадраты пашни. По другую сторону – луга, леса и каменистая пустошь. То здесь, то там на берегах полноводного Хафрена, несущего свои воды на юг, к морю, рассыпаны городки и деревеньки. А царит над всем Грейгвен – без тени хвастовства, самый величественный замок графства. Выстроенный из светлого известняка, он сияет в солнечную погоду. Еще бы внутри не был так мрачен… Батюшка собирался делать ремонт, но теперь уж точно долго придется мириться с пыльными шпалерами и сквозняками.

– И да, и нет, – юлил Артур. – Это манор⁴. Замок сгорел, и мой дед выстроил дом неподалеку. Но он отлично укреплен, я как раз собираюсь заняться возведением северной куртины⁵.

– Так вы к нам надолго?

Говорила, а сама внимательно посматривала по сторонам, чтобы не попасть в неловкое положение. Странно, конечно, дочка барона после стольких лет отсутствия наведалась в деревню, упала, а все будто ослепли. Непохоже на деревенских жителей! Или навострили уши, надеясь за вознаграждение передать отцу содержание нашего разговора. Ох, не стоило привечать Артура, улыбаться ему! Но чего уж теперь…

– Вероятно, – пожал плечами собеседник и признался: – Я недавно вступил в наследство и упросил Великого магистра направить меня сюда.

Он хотел еще что-то сказать, но помешал окрик священника: «Миледи! Святые небеса, неужели это вы!» Он со всех ног спешил к нам из церкви. Разговаривать при нем с Артуром все равно, что при отце, посему пришлось попрощаться.

Новоиспеченный знакомый проводил меня долгим взглядом. Шла, ведя в поводу кобылку, а он буравил спину. Не выдержав, у самой калитки обернулась. Артур, вот уж нахал, послал мне воздушный поцелуй и шагом поехал в сторону постоялого двора.

– Вижу, – понимающе улыбнулся священник, – вы уже познакомились.

Поджала губы:

– Если это можно так назвать. По милости лорда я упала, испачкала платье и ушибла ногу.

– Ну да это дело поправимое. Я дам вам мазь, с ней все быстро заживет. А платье постирают.

Кивнула и вспомнила слова Артура про ведьм.

– Скажите, пастырь, что за нужда привела в графство паладина Белого плаща? Или я чего-то не знаю, пока училась, здесь начали твориться странные вещи?

– Это обычная процедура, миледи, – священник придержал передо мной дверь. – К каждому графству прикреплен свой паладин. Веркшир сиротствовал целых три года, пока не появился лорд Осней. Милый молодой человек, обходительный.

– Да уж! – постаралась вложить в короткую фразу все, что думала о новом знакомом, и, принюхавшись, с воодушевлением просила: – Только не говорите, что ваша служанка испекла пастуший пирог! Если я о чем-то и скучала в колледже, то это о нем.

Священник добродушно рассмеялся и обещал отрезать мне лучший кусочек.

***

Гость уже прибыл, но мать не отпускала меня от себя, усадила за вышивание. Будто чувствовала, что у меня на душе.

Нервничая, колола пальцы, гадая, удастся ли претворить в жизнь мой дерзкий план. Но вот за мной послали.

– Помни, – напутствовала матушка, – женщину украшает кротость!

– Попытаюсь, но ничего не обещаю.

– Уж попытайся, Жанна!

Матушка укоризненно покосилась на истыканную иголкой подушку. Пока я рвала ткань и нитки, она успела зашить целый угол.

– Наша доля такая – терпеть, – помолчав, печально добавила мама.

Прежде я не задумывалась, каково ей жилось в браке с отцом, по велению сердца ли она вышла за него. Может, все было не так гладко, как мне казалось? Учитывая характер отца… С ним порой сам Искуситель бы не сладил.

Упрямо мотнула головой:

– В колледже говорили иное.

– В колледже!..