– Меня зовут Итан.
– Итан, мне только нужно узнать: произошло ли в ночь с пятницы на субботу то, что могло бы свидетельствовать об изнасиловании в доме наверху? Нам пригодятся любые детали. Может, вы слышали или видели что-нибудь необычное?
– Было очень шумно. Тяжелая музыка. Галдеж. Но, признаюсь, выглядело все так, будто там просто бухают и веселятся.
– Никто не звал на помощь?
На Итана было жалко смотреть. Бобби видел, как ему хотелось бы заявить, что он слышал крики, и, если дать ему время, он обязательно вспомнит, хотя на самом деле никаких криков он не слышал. Наконец Итан сказал:
– Я не уверен. Точно слышал женские голоса.
– Вы не против, если мы осмотрим ваш задний двор?
– Осматривайте, конечно.
Итан провел их за дом. Склон каньона спускался прямо сюда. В северной части двора располагался небольшой бассейн, а в южной – цветочный сад. Уже смеркалось, поэтому Итан вернулся в дом, чтобы включить на крыльце свет. А когда снова вышел, обвел глазами сад и произнес:
– Как странно.
– Что странно? – спросил Лесли.
– Взгляните на цветы.
Втроем они подошли к цветнику, и Лесли с Бобби увидели, на что им указывал Итан. В дальнем углу сада находилась небольшая квадратная, десять на десять футов, клумба с многолетними цветами, и все они были примяты. Бобби с легкостью определил контуры руки, ноги и туловища. Лесли присел и поднял один из стебельков – тот был разломан надвое.
Итан побледнел как смерть. Он представил себе то же, что и они.
– Она скатилась вниз. Прямиком ко мне в сад, – сипло выдохнул он.
– Так вы ничего не заметили в пятницу ночью? Движения в саду? Или утром в субботу?
– Н-нет.
– Через час мы пришлем сюда криминалистов. Оставайтесь, пожалуйста, дома до их приезда, – попросил Лесли.
– Да, конечно. Окажу любое содействие, – заверил Итан.
Лесли оглядел склон.
– Получается, девушку насилуют, а потом ее тело скатывают вниз. Или, может, она срывается, спасаясь от преследователей. Так или иначе, оказалась она здесь. Возможно, у нее шок, она дрожит или вообще теряет сознание, а приходит в себя только утром. Она встает и направляется… но куда?
Бобби посмотрел на забор, отделявший дом Итана от соседского. У мальчишки на заднем дворе он увидел баскетбольное кольцо – столб, к которому оно крепилось, стоял почти на самой границе двух участков.
Бобби и Лесли быстро зашагали к машине. Бобби спросил:
– Как думаете, а мы бы поняли, что это контур человеческого тела, если бы не искали человеческое тело? Там и койот мог прилечь. Или соседский парень вытоптал, когда за мячом лазил?
– Только не начинай, Бобби.
– Я должен писать правду. Я лишь хочу быть уверен, что это не наша фантазия.
– В наш первый визит мне не показалось, что это наша фантазия.
Из машины Лесли по рации вызвал команду криминалистов. Бобби сел назад к Астре.
Та прошептала:
– Бобби, поехали скорее домой? Тут странное творится. Что-то не так. Этот детектив… Меня напрягло, как он доставал пистолет. Я ему не доверяю.
– Ты про Лесли? – уточнил Бобби. – От меня он ничего не скрывает.
– А зачем ему было брать с собой двух астрологов? Мы-то ему зачем? Что-то не сходится. Ты заметил, что он ни слова не сказал о твоем перевязанном лице? Как о таком было не спросить? Он ведет себя странно, лучше быть начеку.
– У него тяжелая работа. И он не спал.
– Тут что-то еще. Мне кажется, нас хотят подставить, а я ни во что впутываться не хочу.
Опасений Астры Бобби не разделял. Лесли с самого начала вел себя своеобразно, но злодеем он не казался. Просто слишком устал.
Лесли залез в машину, достал фотоаппарат и направился к дому Итана. Бобби шел вместе с Астрой за ним и продолжал размышлять над ее словами.
Лесли снял грядку с трех ракурсов. Потом они вышли через боковую калитку, и сбоку от дорожки Лесли обнаружил следы шин, которые также сфотографировал.
– Криминалисты сказали ждать их не раньше, чем через час. Завал с работой. Как думаешь, если оставить Итана одного, он будет сидеть тихо?
– Наверняка тут же выскочит из дома и бросится все разглядывать. Он уже сам готов вести расследование, – ответил Бобби.
Лесли почесал затылок:
– Да пошло оно все. Чем больше думаю об изнасилованной девчонке, которую скинули вниз, словно мешок с мусором, тем сильнее хочу еще разок поболтать с ребятками из братства.
* * *
Лесли подошел к особняку братства и стукнул по двери кулаком.
Он жестом попросил Бобби отойти с крыльца. Бобби еще раз пригляделся к Лесли. Обыкновенный мужик, в общем и целом. Спереди волосы реденькие, на макушке – топорщатся. Заметное брюшко, на подмышках желтые пятна пота. Но в его движениях и развороте плеч чувствовалась мощная внутренняя энергия.
Астра вылезла из машины и встала рядом с Бобби.
– Плохо, что у него оружие. Особенно сейчас, – прошептала Астра. – Пойдем в машину?
– Может, ты и права, – проговорил Бобби.
Дверь открыл парень, который в прошлый раз вышел к ним из качалки. На запястьях у него были напульсники, на голове – повязка, а над воротником блестела полоска пота. Лесли выхватил пистолет из кобуры и приставил дуло ему прямо ко лбу. Так вдвоем, зеркально шагая, они медленно зашли в дом.
– О господи, – произнес Бобби.
– О господи, – прошептала эхом Астра.
Бобби осторожно следовал за Лесли. За спиной у себя он чувствовал Астру.
Лесли наступал, а парень пятился, пока не уперся спиной в телевизор. Все это время Лесли держал его на мушке.
– Что за девушку вы изнасиловали? Где она?
Парень открыл было рот, но Лесли прервал его.
– Только позови своего Чарльза или еще какого придурка, клянусь, твои мозги тут же на телике окажутся.
Рот парень снова закрыл.
– Где девушка, которую вы изнасиловали?
– Я… я никого не насиловал, – пролепетал он.
– Где изнасилованная девушка? Сколько вас в доме?
Парень начал заикаться. Бобби заметил, как по ноге у него поползла струйка мочи и смешалась с каплями пота чуть повыше носка.
– Сколько вас еще в этом доме? – чуть медленнее повторил Лесли.
– Ты почему на улице не осталась? – прошептал Бобби.
– Ну ты же не остался. Кто-то ведь должен тебя защищать, – прошептала Астра в ответ.
Бобби повернулся к Лесли и произнес, тщательно подбирая слова:
– Лесли, с тобой здесь два журналиста. Ты точно уверен, что хочешь это сделать?
– У тебя есть сестра, Бобби?
– Я единственный ребенок.
– Вот у меня сестра есть. И я знаю: тот, чья сестра скатилась по этому холму, не имеет возможности быть здесь и делать то, что делаю я. Но он точно хотел бы этого, – Лесли улыбнулся вжавшемуся в телевизор парню. Тот застонал. – Я его не подведу.
За дверью раздались звуки. Она распахнулась, и в комнату ввалился какой-то парень с пивом, которого Бобби раньше не видел. Лесли повернулся и наставил на вошедшего пистолет. Первый паренек, продолжая подвывать, сполз по телевизору на пол. А второй вскинул руки вверх и выронил банку, которая гулко стукнулась о ковер. Без лишних слов он лег на живот и положил руки на голову.
Лесли надел на него наручники.
– Этот ученый. – Потом снова навел пистолет на первого паренька и в третий раз спросил: – Так сколько сейчас в доме людей?
– Н-наверху еще четверо. Один внизу в игровой. Или на кухне.
Лесли протиснулся в дверь и исчез в основной части дома.
В ту же секунду первый парень вскочил и бросился к выходу. Бобби подловил его и плечом толкнул к стене – тот отлетел и со стоном рухнул на пол, по-паучьи выгибая руки.
– Ну пожалуйста, мы ничего не делали! Мы ее не трогали!
Тут с пола заорал его друг в наручниках:
– Алекс, ты тупица! Молчи!
Алекс снова попытался встать и добраться до выхода – на этот раз ему удалось, и он распахнул дверь. На пороге он замер и оглянулся. Снаружи поднимался ветер. Он задувал в проем, заставлял волосы парня метаться по лицу, хлопал его одеждой – в тех местах, где она не прилипла к телу, пропитанная мочой и потом.
