Девочка целует окровавленную голову собаки, обнимает ее, говорит, что все будет хорошо, что мама заберет их обеих из пустыни. Надо только продержаться подольше. Надо найти дорогу в то место, где мама велела ждать ее, если вдруг придется убегать со стоянки трейлеров.
Но если грозовой монстр знает имя Руби, то знает и про то место?
Откуда?
Мистера Стивена нет.
Мистера Люка нет.
Тетя Белла далеко, аж в Тусоне.
Мистер Эрвин со своими лампами от насекомых тоже далеко, и мистер Уэйлен, и Руби сомневается, что даже днем найдет их трейлеры.
Она покрепче прижимает Чили к себе и спрашивает:
– Куда нам теперь?
Увы, та лишь тяжело дышит, облизывает девочку и подвывает от боли, сильной боли – но не говорит, как волшебные животные. Так что, даже если Чили и знает, что делать, она не знает, как сказать это Руби.
Девочка не хочет плакать, ей не нравится, что она плачет; по крайней мере, ее слезы смоет дождь.
Она никогда раньше не ощущала его так остро, никогда не оказывалась на улице в грозу: мама запрещала. А буря, оказывается, восхищает. Руби нравится, как по лицу текут крупные капли и забираются под одежду. Дождь чувствуется совсем не так, как вода в ванне, в душе или даже в бассейне. Она настоящая, живая. Как шерсть Чили под маленькой ладошкой.
Где-то на расстоянии небо вспыхивает белым: гроза надвигается.
Надо идти, надо шевелиться. Никакой магии в руках Руби нет, зато есть Чили, есть дождь, который их укроет, и в такую погоду нетрудно быть как никогда хитрой, умной и осторожной.
Если нужно спастись, то можно и красться, и врать, и нарушать запреты.
Дождь спрячет беглянку.
Она собирается с духом, еще раз целует Чили и спешит в сторону молнии.
Глава 57
АХО, АРИЗОНА
Иногда Рио снится его бывшая жена Миранда.
Их брак распался по вполне предсказуемым причинам: Адана столько раз посылали на военные задания, что Миранда уставала ждать, а потом он столько мучился последствиями боевого стресса, что сам уставал ее в чем-то убеждать.
У Миранды случился выкидыш – незадолго до ее ухода и поступления Рио в ФБР. Напоследок жена заявила, мол, хорошо, что у них так и не получилось общего ребенка, раз они даже не в состоянии позаботиться друг о друге.
Однако в снах Адана у Миранды есть малыш, крохотная девочка Яреци, названная, как бы понравилось его матери. Это имя означает «ты всегда будешь любима». Миранда и Яри обе здоровы и счастливы, хотя Рио почему-то рядом с ними нет.
Как бы часто ему это ни снилось, сам он в этих видениях никогда не присутствует. Адан будто наблюдает с высоты за жизнью, какая могла у него быть, за всем, что могло сложиться иначе… Увы, у истории нет сослагательного наклонения. Он не злится и не расстраивается, наоборот – благодарен, что у него есть хоть какие-то сны и что они такие красивые.
Рио даже набил имя Яреци рядом с именем матери – Сочиль, и вокруг обоих распускаются яркие многослойные бархатцы и георгины – целый букет цветов возле сердца.
* * *
По выражению Линнеи, начался логистический кошмар.
Рио вместе со своей маленькой командой оккупировал историческое сообщество Ахо, расположенное в бывшей индейской церкви Святой Екатерины – белых оштукатуренных зданиях с крышами, вымощенными красной глиняной черепицей и увенчанными крестами. В старой часовне выставлялись артефакты, повествующие об истории города, а еще древние и современные карты, которые Швайгер уже содрал со стен и развернул на всех столах, какие только нашел.
Парковка возле церкви оказалась достаточно просторной, чтобы посадить вертолет НН–60, взятый Швайгером напрокат с авиабазы Девис-Монтен. Рио, Швайгер, Линнея, Энди Эллис и еще двое тусонских агентов ФБР прилетели сюда довольно быстро – за час, борясь с ветрами и низкими тучами, и приземлились незадолго до того, как разыгралась нешуточная гроза.
Дивайн, который торчал здесь весь день, созвонился с пограничниками-спасателями и призвал на помощь некоторых ньюкорнелианцев, знакомых с окрестностями, – Уэйлена Бэрроуза, любителя теорий заговора, и Эрвина Гарсию. Однако работать им предстоит в слишком удаленном месте, в плохую погоду и почти ночью, отчего продвигаться вглубь и ориентироваться в пустыне тяжело. Немало времени уйдет и на то, чтобы Дивайн или Швайгер дождались ответа от штатных, местных и федеральных спецслужб.
Руби Эллис пропала аж три с лишним часа назад.
Дивайн нашел полумертвого Лукаса Китса возле трейлера Эллис, а в детской – брошенный севший телефон девочки. Никто не знает, попала ли она в лапы серийника.
Никто не знает, жива ли она.
Гроза ходит по кругу, лишая последней надежды, но Рио понимает, что Линнея не станет пугать Энди.
А та с таким положением дел не смирится.
* * *
– Отсюда отходит не так уж много дорог. – Рио тычет в разложенные перед ним карты. – На север к Хила-Бенду, на юг через национальный парк Орган-Пайп к Люквиллу и Соноите, по факту к самой границе, или же обратно на восток через резервацию Тохоно-О’одам к Тусону.
Швайгер кивает.
– Я спросил у «Алисы», какой вариант вероятнее. Она голосует за Тусон.
– А ведь еще полно фермерских дорог, грунтовок и троп, они всю местность прорезают, – добавляет Эрвин Гарсия, наметанным глазом изучая карты. – Ищем иголку в стоге сена.
Линнея выводит на экран «Алисы» три изображения.
– А сколько из них выдержат тяжелую машину?
Линнея показывает фото трех трейлеров примерно одинаковой формы и размера – должно быть, преступник ездит на каком-то из этих авто. Они сняты на дороге, в кемпинге, в темноте, и все кажутся почти идентичными.
– После погрома в автодоме Энди мы стали искать поблизости незнакомые трейлеры и пикапы. – Уэйлен обводит рукой раскинувшийся за стенами церкви город. – Но, честно говоря, вот таких не видели.
– Значит, он стоит не на шоссе, а на какой-нибудь грунтовке, – предполагает Дивайн.
– Возможно. – Уэйлен показывает на фото: – Последние два похожи, «Террейн» или «Солис». Да, точно, «Солис». Он как раз создан для бездорожья. Я бы купил.
– Если бы он выехал на трассу, то уже засветился бы на камерах, – подмечает Дивайн.
– Но район поисков слишком большой… – ворчит Рио.
Район слишком большой, а их самих слишком мало.
– В такую погоду далеко не уйдешь, – возражает Эрвин. – Если вы никогда не попадали в грозу в пустыне, то даже не представляете, что это такое. Ручьи быстро наполняются водой и разливаются ревущими потоками буквально за минуты. Пустыня превращается в болото.
Линнея закрывает ноутбук и поднимает голову.
– Преступнику нужна эта гроза, она важна для него. Так что он никуда не поедет и не сбежит – уж точно не сейчас. Он как раз там, где и хочет быть.
– С моей дочкой, – вставляет Энди, которая все это время стояла в сторонке и помалкивала. Теперь же она рассерженно подходит к агентам. – Он утащил мою малышку, а вы тут сидите сложа руки и обсуждаете чертову погоду! Да еще так спокойно, как будто у вас научный эксперимент!
Рио ей сочувствует: Руби действительно пропала, и им не стоило вести при Энди такой разговор. Однако выбора нет. Время уходит, варианты кончаются.
– Мы ее найдем, – твердо заявляет Линнея. – Обязательно.
Не давай таких обещаний. Пожалуйста, пожалуйста, не надо… Не давай обещаний, которых не сможешь сдержать.
– Как? – рычит Энди, глотая слезы. Она в бешенстве. – Как вы ее найдете?
– С вашей помощью, – поворачивается к ней Рио. Смотрит на всех присутствующих, не замечая вдруг окаменевшего взгляда Швайгера. – С вашей помощью.
Глава 58
АХО, АРИЗОНА
– Нет, ты точно спятил! – рявкает Швайгер. – Ты чертов псих! А я-то думал, что сумасшедшая из вас Линнея Рен!
Они отошли от остальных и удалились в другое помещение – бывший чулан или исповедальню. Там пахнет песком и старостью, ушедшим временем. Лет в двадцать Рио привлекали некоторые идеи католичества, как, впрочем, и других вероисповеданий и религий, и он удивлен, что до сих пор помнит катехизисы и молитвы, которые будто эхом доносятся из темных углов и дальних комнат старой церкви.
