Некто по имени Никто - Шувалов Александр

Нынешний муж моей бывшей жены – идеальный второй номер для любого номера первого. Беззаветно преданный, дисциплинированный и, что самое главное, с полностью и целиком, всегда и во всем согласный с дорогим руководителем. Подхватывающий на лету любую идею и даже намек на нее. По причине полнейшего отсутствия идей собственных.

Такой способен пойти далеко и высоко подняться. Аж дух захватывает при мысли о том, замом каких больших боссов может стать хороший парень Петя Воронцов. Если… если только его нынешней, а моей бывшей супруге не попадет в зону бикини шлея. И дамочка примется требовать от супруга преодолеть наконец природную скромность и начать выходить на первые роли.

- Рад за вас обоих – заметил я – А давай еще по малой капле? За новости, за славные.

И, желательно, не чокаясь. Хана теперь отделу с такими-то шефами. Сколько раз уже на моей памяти люди, сметая все и всех на своем пути, пробивались к руководящему креслу и … И все. Заняв это самое, руководящее кресло, занимались чем угодно, только не работой. Либо впадали в длительную эйфорию от достигнутого и начинали бессрочный банкет по поводу, либо тут же начинали строить планы следующих кадровых битв по завоеванию вышестоящих плацдармов.

- Напрасно иронизируешь – с обидой в голосе заметил он – Александр Германович, если хочешь знать, всегда тебя ценил. И сейчас ценит – заглянул во внутрь бокала и допил остатки – И верит. Кстати, наша встреча – тому подтверждение.

- Не понял – удивился я.

И это мягко сказано.

- Предстоит работа – тихо, но так проникновенно молвил Петр – Серьезная – добавил - Командовать операцией поручено мне. Так, что, соберитесь, товарищ майор. Не скрою, привлечь вас к работе было непросто. Кое-кто там – воздел к потолку палец – Высказывал сомнения, но мы с за вас поручились.

- Спасибо – задушенным голосом проговорил я – А что за работа?

Потряс головой, налил и, не чувствуя вкуса, употребил. Ничего, блин, не понимаю. Либо за время моего отсутствия к руководству нашей конторой пришли прекраснодушные идеалисты и в дело теперь запускают без обязательной всесторонней проверки всех подряд засветившихся сотрудников, либо разведку так зверски кастрировали, что каждый штык стал на вес золота, либо… Вот это самое третье либо я и не успел толком осмыслить, потому что в дверь номера деликатно постучали.

И очень даже напрасно. Что не успел. В смысле – обдумать.

Глава шестая. На подвиг отчизна зовёт.

- Данные о готовности господина Милютина к вербовке иностранными спецслужбами – косвенные, однако – Петр откашлялся – Однако, по имеющимся данным, его поведение в последнее время и оперативная обстановка вокруг данного господина посылают нам очевидный сигнал неблагополучия, не отреагировать на который было бы проявлением преступной халатности…

Бросил взгляд на еще одного из присутствующих. Тот поймал его на лету и закивал, да так старательно, что лично я испугался, как бы у скромного российского дипломата не отвалилась голова. Прямо здесь и сейчас.

К дипломатам в наше время относятся… Да, кто к ним только не относится. Те же числящиеся работниками иностранных представительств за рубежом рыцари плаща и кинжала, с дипломатическими паспортами в карманах элегантных пиджаков. Наличие их (документов, а не пиджаков) позволяет товарищам разведчикам избегать многих сложностей в работе. Особенно в тот сакральный момент, когда процесс ее прерывается взятием за мягкие части тела самого работника.

Вспомнить хотя бы мой горький опыт трехлетней давности. Будь у меня тогда на кармане заветная темно-синяя книжица, ничего бы мне не было. За все то, что было. Вообще ничего такого. Пожурили бы слегка, высказали прибывшему консулу дежурное «фэ», да и выпнули из страны на фиг, в смысле, на Родину в двадцать четыре часа. Радоваться жизни и шпионить дальше в свое полное удовольствие.

Самой многочисленной популяцией представителей этой почтенной профессии являются вполне себе карьерные специалисты МИДа, так называемые «чистые дипломаты», время от времени выполняющие «маленькие, но очень ответственные» поручения спецслужб. Абсолютно по разным причинам. Кого-то из них прихватили на чем-то когда-то, кто-то шустрит исключительно из карьерных соображений, а кого-то просто попросили вышестоящие товарищи. И намекнули, что в случае отказа репрессии ни в коем случае не последуют. В таких случаях обычно соглашаются сразу же. И на все.

Встречаются и те, кто вполне охотно помогает спецслужбам в нелегком шпионском ремесле. И вполне добровольно, с большой охотой освещает компетентным органам обстановку по месту собственной работы.

Третья категория настолько малочисленна, что представителей ее впору заносить в Красную книгу. Это самые чистые из «чистых», те, кто не был замечен в сотрудничестве с какими-либо спецслужбами. То есть, либо ну совсем не сотрудничал, либо делал это настолько тонко, что ни разу ни в чье поле зрения не попал. Именно эти кристально прозрачные и честные леди и занимают посты всяких там чрезвычайных и полномочных, а также советников-посланников и просто советников. Хотя, если копнуть поглубже… Вот, только не стоит, думаю, слишком свирепствовать кайлом и лопатой, а то такого можно нарыть,…

- Решение Центра о возвращении данного господина на Родину считаю правильным и очень своевременным – не переставая кивать, высказал сокровенное собственное мнение тот. И тут же заткнулся, уловив по изогнувшейся брови товарища начальника, что лично его мнения никто не спрашивает.

Явный представитель той самой второй категории дипработников. Сотрудник посольства крохотного ранга, в упор никем из серьезных людей не замечаемый и, скажем честно, на фиг никому не нужный. Просиживающий штаны с девяти утра до шести вечера за какими-то входящими-исходящими бумажонками и расцветающий подобно цветку душистых прерий только во время выполнения заданий посольской резидентуры. Вполне возможно, еще и в Москву, шалун этакий, доносцы шлет. Сослуживцы естественно кое о чем таком догадываются, поэтому красавца этого сильно не любят и побаиваются. А он-то думает, что уважают.

- Хотите что-то добавить, Николай Николаевич? – тот готовно вскочил, расправил куриную грудку и начал.

Смешной персонаж. Лет на десять меня постарше, росточком где-то вровень со мной же или ненамного выше, тощий и щуплый. Цвета перца с солью средней растрепанности кудри, очки в металлической оправе на чуть вздернутом носике. Мощные пушистые усы, делающие его так похожим на кота Базилио из фильма моего детства.

Знаток всего на свете, и этим всем на свете готовый бескорыстно поделиться со всем миром. При встрече лично со мной сразу после «здрасте» закатил короткую, минут на семь всего лекцию о вреде клетчатки для организма. И тут же вызвался помочь подобрать диету.

За все за это я и прозвал его лектором и не просто, а лектором Базилио, сокращенно Л. Б.

- У тебя есть что добавить? – обернулся ко мне Петр.

- Откуда?- удивился я.

Не моя это операция и, если совсем начистоту, то таковой она может считаться исключительно с точки зрения большого начальника товарища Воронцова, потому что ни в чем значимом он за все годы службы поучаствовать не сподобился.

А у Л. Б. праздник на улице. Ишь, как щеки-то раздул ввиду собственной значимости. И ногами стрижет, готовый прямо сейчас рвануть в бой. Пусть только прикажут.

А так все просто и до боли понятно. Некто, делящий кабинет с Л.Б., Милютин в последнее время начал охотно посещать рестораны и бары, чего раньше за ним не наблюдалось. Причем, не в одиночку, а с какими-то иностранными гражданами.

- А кто оплачивал счет? – лениво поинтересовался я.

- Они – после легкой, почти незаметной глазу заминки ответствовал наш герой-разведчик – Лично наблюдал. Два раза.

Ну, если иностранцы еще и за пиво платят, то дело труба. Тогда этот Милютин уже точно выдал супостату наш самый главный секрет: сколько в посольстве стульев со столами и какой свежести осетрина была подана на банкете по случаю Дня России. А что еще такого ему может быть известно, если трудится он вместе с нашим общим другом лектором в хозяйственном отделе?