— Я не по драке тоскую. По смыслу. Раньше я знал, ради чего встаю. Сначала ради мести, потом ради любви, потом ради семьи. А теперь всё это есть, а цели нет. Я превратился в обслуживающий персонал своей же жизни. Думаешь, это нормально?
— Думаю, мы с тобой два сапога пара, — Марко швырнул пустой стаканчик в урну мимо и даже не заметил промаха. — Только я тону в хаосе, а ты гниёшь в порядке.
Рико остановился. Слова друга, как ни странно, попали в самую точку.
— Вот именно, — тихо сказал он. — И нужно что-то менять.
Вечером Рико с дочерью отправились на прогулку. Ева выбежала раньше него, едва он взял куртку. На ходу заплетала волосы в слабый хвост, но через пару шагов отпустила — тёмно-каштановые волны снова рассыпались по плечам. Она шла быстро, почти вприпрыжку, время от времени оборачиваясь — проверяя, идёт ли он за ней.
— Пап, ну давай быстрее.
— Я не убегаю.
— А я убегаю.
Он догнал её у входа в парк. Она уже стояла там, чуть запыхавшись, с этим своим внимательным, слишком взрослым для десяти лет взглядом. Большие карие глаза ловили всё — людей, свет, его самого. Иногда ему казалось, что она замечает больше, чем говорит.
— Готова?
— Всегда.
Они пошли по аллее. Ева то ускорялась, то замедлялась, подстраиваясь под его шаг, но не выдерживала — снова уносилась вперёд. Смех легко срывался с губ, и на секунду всё вокруг становилось проще. Она резко остановилась.
— Пап, а ты когда-нибудь был в космосе?
Рико посмотрел в сторону.
— Нет. Но я читал о нём достаточно, чтобы туда не спешить.
— Почему?
Она повернулась к нему всем корпусом. Волосы соскользнули вперёд, задели щёки.
— Там красиво.
— Красиво — не значит безопасно.
— А здесь безопасно?
Рико помолчал.
— Нет.
Она приняла это спокойно, будто другого ответа и не ожидала.
— А если есть планета, где всё по-другому? Где люди не... злые?
— Может, и есть. Но это значит, что злые люди ещё только в пути туда.
Ева скривилась.
— Ты всё портишь.
— Я проверяю.
— Ладно. Тогда я найду её первая.
— Договорились.
Она улыбнулась — и снова побежала.
— Пап, смотри!
Она стояла у дерева, тянулась вверх, почти подпрыгивая. Рико подошёл ближе. На ветке висел шар. Неяркий, почти прозрачный — пока свет не цеплялся за грани. Тогда внутри вспыхивали мягкие переливы.
— Дай-ка.
Он снял его. Тяжёлый. Слишком. Внутри не просто свет — движение. Как будто тонкие линии перетекали одна в другую. Ева уже стояла рядом, почти прижавшись плечом.
— Можно?
Он передал. Она осторожно взяла, как что-то живое.
— Пап... смотри. Это как... как карта.
Он наклонился ближе. Внутри действительно проступали структуры. Не хаос — порядок. Точки, соединённые тонкими нитями.
— Видишь? Вот тут как будто... дорога. И здесь ещё одна.
— Похоже.
— Это космос?
— Возможно.
Она подняла на него глаза — глубокие, внимательные.
— А может, это не космос.
Рико чуть прищурился.
— А что?
— Не знаю. Но оно как будто... смотрит.
Он забрал шар обратно. Теперь линии двигались быстрее. И на секунду — слишком короткую, чтобы быть уверенным — сложились в знакомый узор. Рико сжал шар сильнее.
— Пап?
— Ничего.
— Ты его боишься?
— Нет.
Голос прозвучал так, будто стоял рядом уже давно:
— Вы нашли его?
Рико обернулся. Мужчина. Старше, но не дряхлый. Лицо спокойное, почти мягкое, только глаза — внимательные, как у врача перед диагнозом.
— Да.
— Можно?
Он протянул руку. Рико не спешил.
— Это ваше?
— Теперь — да.
Ева чуть сдвинулась ближе к Рико.
— А что это?
— То, что показывает.
— Что именно?
— Зависит от того, кто смотрит.
Рико протянул шар. Мужчина взял его осторожно, почти бережно.
— Вы уже посмотрели?
— Немного.
— И что увидели?
— Пока ничего.
Тот едва заметно улыбнулся.
— Значит, увидите позже.
Он развернулся и пошёл. Шаги были тихими. Слишком. Через несколько секунд его уже не было видно, хотя аллея тянулась прямо. Ева проводила его взглядом.
— Он странный.
— Да.
— Мне не понравилось, как он на тебя смотрел.
— Мне тоже.
Она взяла его за руку. Крепко.
— Пойдём домой?
— Пойдём.
Дома Ева пришла в комнату отца и устроилась рядом, волосы рассыпались, закрыли половину лица. Она откинула их назад привычным движением и посмотрела на него так, будто разговор в парке не закончился.
— Ты обещал про космос.
Он достал старую книгу. Пожелтевшие страницы, пометки на полях.
— Когда я был маленьким, я хотел стать астронавтом.
— Правда?
— Да.
— И что пошло не так?
Рико провёл пальцем по затёртому углу обложки.
— Я вырос.
Она не приняла ответ.
— Это не причина.
— Я понял, что люди сложнее.
— Сложнее космоса?
— Намного.
Она задумалась, медленно проводя пальцем по странице.
— Тогда ты стал изучать людей?
— Можно и так сказать.
— И что ты понял?
Он откинулся на спинку дивана, взгляд скользнул к окну.
— Что иногда их нельзя спасти.
Её брови сошлись на переносице.
— А ты всё равно пытаешься?
— Иногда.
— Потому что хочешь?
— Потому что иначе не получается.
— Быть астронавтом не единственная моя детская мечта.
— Я так и знала. А что ещё?
Рико прочертил пальцем линию по обложке книги.
— Я хотел стать священником.
Она выпрямилась, глаза расширились.
— Серьёзно?
— Да.
— Почему?
Взгляд Рико скользнул мимо — туда, где память ещё не стала словами.
— Мне казалось, что это про ответы. Что если ты стоишь между людьми и чем-то большим... ты понимаешь больше остальных.
Он провёл ладонью по волосам, пальцы задержались на виске.
— И ты понимал?
Рико медленно качнул головой.
— Нет. Я только видел, как люди приходят с одними и теми же вопросами. И уходят с теми же.
— Тогда зачем?
Он повернулся к ней, взгляд стал мягче.
— Потому что иногда им было легче. Даже если ничего не менялось.
— А ты бы смог быть священником?
Губы Рико дрогнули в усмешке.
— Я попробовал.
Ева уловила это «попробовал», в глазах мелькнуло любопытство.
— И что?
Перед глазами на мгновение вспыхнули тени: тёмное помещение, чужой голос за тонкой перегородкой, чужая вина, которую нельзя взять на себя — и нельзя отпустить просто так. Он захлопнул книгу резким движением.
— Я понял, что мне не подходит форма.
— А что подходит?
Рико чуть сжал её плечо.
— Разговаривать с людьми без неё.
— Это как?
— Честнее.
Она чуть склонила голову, пытаясь осмыслить.
— А космос?
Он открыл книгу снова, провёл пальцем по затёртой странице.
— Космос проще. Там нет лжи.
— Тогда почему ты не выбрал его?
Рико посмотрел ей в глаза.
— Потому что здесь ты.
Ева улыбнулась и прижалась к нему.
— Тогда правильно выбрал.
Дина наблюдала из кухни. Когда Ева ушла спать, она подошла ближе.
— Хорошо играешь.
— Я не играю.
— Тогда это хуже.
Он захлопнул книгу резким движением.
— Ты слышала?
— Достаточно.
— И?
Она оперлась о стол.
— Ты снова втягиваешься.
— Я и не выходил.
— Нет. Ты просто делал вид.
Он повернулся к ней всем корпусом.
— Сегодня в парке...
— Я знаю, ты что-то увидел.
Он не удивился.
— Узор.
— Тот же?
— Да.
Она застыла на мгновение, дыхание сбилось.
— Это уже не случайность.
— Я тоже так думаю.
— И что ты собираешься делать?
Взгляд Рико метнулся к двери.
— Проверить.
— Даже не вздумай.
— Я аккуратно.
Она скрестила руки на груди.
— Ты не умеешь аккуратно.
Рико поднял руки вверх в знак того, что сдаётся.
