Алексей выдохнул и активировал [Сканер] на полную мощность. Система, спустя мгновение, всё же смогла выдать обрывочные данные:
СУЩЕСТВО: Карцерос (Цепной Страж)
РАНГ:???
УРОВЕНЬ УГРОЗЫ: Высокий
ОСОБЕННОСТИ: Не является боссом лабиринта. Стражи Карцеросы охраняют подходы к сердцу Предела. Каждый из них равен по силе элитному монстру рейдового подземелья.
НАВЫКИ: Неизвестны.
Алексей хмыкнул. «Не является боссом, но равен по силе… Значит, будет жарко».
Он повернул голову к Глиму, который всё ещё дрожал, но уже взял себя в лапы и парил рядом, готовый действовать.
— Глим, если будет необходимо, нам придётся объединиться. Ты готов?
Питомец на мгновение замер, а затем решительно кивнул всеми тремя глазами:
— Хорошо, хозяин. В любое время. Но не забывай — слияние продлится шестьдесят минут. После этого я уйду в спячку на двадцать четыре часа. Ты останешься один.
— Понял, — коротко ответил Алексей. — Постараемся справиться без крайних мер. Но если прижмёт…
Он не договорил. Карцерос сделал первый шаг, и цепь в его руке ожила, закрутившись в смертоносном танце.
Битва началась.
Алексей понял мгновенно: сдерживаться нет смысла. Этот враг не простит ни ошибки, ни промедления. Он вскинул руки, готовя первый удар, и в его глазах отразилось багровое пламя готовых сорваться заклинаний. Лабиринт замер, наблюдая за схваткой, что решит судьбу дерзкого гостя.
Карцерос двинулся вперёд. Без спешки, без суеты. Его поступь была тяжела и неумолима, словно шаги самой смерти. Копыта оставляли глубокие трещины в зеркальном полу, и каждый шаг отдавался в груди Алексея глухим, вибрирующим эхом. Цепь в руке стража ожила — она закрутилась, засвистела, рассекая воздух, и коса на её конце превратилась в размытый полумесяц тьмы, готовый собрать кровавую жатву.
Первый удар.
Карцерос взмахнул цепью, и коса, сорвавшись с траектории, устремилась к Алексею. Не прямо — по дуге, словно хищная птица, заходящая на цель с фланга. Скорость была чудовищной. Обычный человек даже не успел бы заметить движения. Но Алексей не был обычным человеком.
Годы тренировок, сотни битв, отточенные до рефлексов инстинкты — всё это сработало в единый миг. Он не стал блокировать. Вместо этого его тело, повинуясь импульсу, ушло в сторону лёгким, почти танцевальным движением. Коса просвистела в сантиметре от его плеча, и воздушная волна от удара хлестнула по лицу, но не причинила вреда. Алексей приземлился на одно колено, уже вскидывая руку для ответной атаки.
[Световой Прокол] — концентрированный луч чистой энергии ударил в грудь Карцероса, целясь в стык костяных пластин брони. Вспышка. Раздался шипящий звук, и на доспехе осталось оплавленное пятно. Страж даже не пошатнулся. Он лишь медленно повернул голову, и багровые искры в пустых глазницах вспыхнули ярче.
— Недостаточно, — процедил Алексей, отпрыгивая назад.
Карцерос рванул цепь на себя, и коса, словно живая, вернулась в его руку, чтобы тут же устремиться в новую атаку. На этот раз страж использовал цепь иначе — он раскрутил её над головой, создавая смертоносный вихрь, и двинулся на Алексея, сокращая дистанцию. Коса описывала круги, с каждым оборотом становясь всё быстрее, и пространство вокруг Карцероса превратилось в зону сплошного поражения.
Алексей отступал, уклоняясь от свистящего лезвия, и одновременно плёл [Световые Иглы]. Десятки тончайших нитей сорвались с его пальцев и устремились вперёд. Но не в самого стража — в колонны вокруг него. Световые путы обвили основания трёх ближайших исполинов, и Алексей резко рванул их на себя. Колонны, и без того неустойчивые, покачнулись и начали падать, целясь прямо в Карцероса.
Страж не стал уклоняться. Он просто взмахнул цепью, и коса, описав широкую дугу, рассекла падающие глыбы на куски, превратив их в град осколков. Обсидиановые обломки брызнули во все стороны, но ни один не коснулся Карцероса — вихрь из цепи и косы создавал непроницаемый барьер.
— Впечатляет, — выдохнул Алексей, перекатываясь в сторону и уходя от особо крупного осколка. — Но не идеально.
В тот момент, когда страж был занят разрушением колонн, Алексей активировал [Скрытность]. Его фигура подёрнулась рябью и исчезла. Карцерос замер, прекратив вращение цепи. Его голова медленно повернулась, сканируя пространство. Багровые искры в глазницах вспыхивали и гасли, словно он пытался уловить невидимую угрозу.
Алексей, невидимый, на полной скорости зашёл со спины. Он возник из ниоткуда в трёх метрах от стража и обрушил на него [Багровый Луч]. Алый поток энергии, ревущий и всепожирающий, ударил точно в основание черепа — туда, где костяная маска крепилась к шее. Броня заскрежетала, пошла трещинами, и Карцерос, впервые за бой, издал звук. Низкий, утробный рык, полный не боли, а ярости.
Он развернулся с невероятной для своих габаритов скоростью и хлестнул цепью вслепую, наугад. Алексей едва успел пригнуться — коса просвистела над головой, срезав несколько волосков. Он отпрыгнул назад, набирая дистанцию, и тут же использовал [Падающие Звёзды].
Небеса под куполом лабиринта, до того серые и безликие, налились багрянцем. Пространство задрожало, и с высоты рухнули вниз десятки пылающих метеоров. Они обрушились на Карцероса огненным градом, заставляя его прижаться к земле. Броня стража плавилась, костяные пластины трескались, но он стоял. Он принимал удары, словно скала, и не падал.
Здоровье Карцероса просело, но не критично. [Сканер] показывал 82 %. И это после трёх мощнейших атак.
Алексей стиснул зубы и выбросил вперёд обе руки, призывая [Багровое Пламя]. Огонь, пожирающий демоническую плоть, устремился к стражу, обволакивая его алым саваном. Карцерос взревел — на этот раз громче, злее — и рванул вперёд, прямо сквозь пламя. Его цепь взметнулась, и коса, описав непредсказуемую дугу, ударила Алексея в бок.
Удар был сокрушительным.
Алексея отшвырнуло на несколько метров, впечатав в ближайшую колонну. Из груди вырвался сдавленный стон, перед глазами поплыли тёмные круги. Серебряный кулон на груди вспыхнул, поглощая часть урона и создавая на мгновение световой щит, но и этого едва хватило, чтобы смягчить удар. Здоровье упало на 35 %. Рёбра пронзила острая боль.
— Хозяин! — Глим метнулся к нему, но Алексей жестом остановил его.
— Рано… — прохрипел он, поднимаясь на ноги и вытирая кровь с уголка губ. — Ещё рано.
Карцерос стоял в центре арены, окутанный остатками багрового пламени. Его броня была оплавлена, покрыта трещинами, но он всё ещё был грозен. Цепь в его руке снова пришла в движение, а багровые искры в пустых глазницах горели торжествующей злобой.
Алексей посмотрел на свою панель навыков. Половина из того, что он мог использовать, уже была применена. [Световой Прокол], [Световые Иглы], [Багровый Луч], [Падающие Звёзды], [Багровое Пламя] — всё это нанесло урон, но не переломило ход боя. Оставались [Небесный Свет] и [Чёрное Пламя], но оба требовали либо времени на подготовку, либо огромных затрат маны. А ещё был режим слияния с Глимом. И [Берсерк], который он поклялся не использовать без крайней необходимости.
