Инженер 4 (СИ) - Тыналин Алим

Прошел час. Я сидел в экипаже, неподалеку от трактира и наблюдал за входом. Возница слез с козел, прохаживался рядом, разминая ноги.

В девятом часу из трактира выбежал мальчишка.

— Ваше благородие, те кого вы искали, внутри сидят.

Я кивнул, отдал ему деньгу. Мальчишка сунул ее за щеку и умчался. Я остался сидеть.

Через час из трактира вышли двое. Я сразу узнал их силуэты сутулый, одутловатый Матвей в рваном тулупе и длинный, костлявый Кузьма в грязном кафтане. Они шли нетвердо, покачивались и громко разговаривали.

Я вылез из кареты, пошел вглубь переулка и прижался к стене дома. Они прошли мимо, не заметив меня. Я выждал несколько секунд, потом тихо двинулся следом.

Матвей и Кузьма шли по Петровской, сворачивали в переулки, останавливались у лавок и заглядывали в окна. Оба явно пьяные, но не до беспамятства, неплохо держались на ногах и соображали, что почем. Говорили громко и поминутно смеялись.

Я шел шагах в двадцати позади, держался в тени. Улицы темные, фонари редкие, прохожих мало. Удобно для слежки.

Через полчаса они свернули на окраину города, пошли вдоль деревянных складов и сараев. Я притормозил, увеличив расстояние до них. Здесь совсем безлюдно, только редкие собаки бродят и роются в мусоре.

Матвей и Кузьма остановились у одного из сараев, покосившегося строения с дырявой крышей и облупленными стенами. Кузьма достал из кармана ключ и отпер замок на двери. Они зашли внутрь.

Я подождал минуту, потом бесшумно подошел ближе. В щели между досками пробивался тусклый свет, они зажгли свечу или лампу. Я заглянул в щель.

Внутри сарая навалены кирпичи. Красные, такие же, как на моей стройке. Несколько бочек стояли у стены, похоже, это известь. В углу в ящиках лежали железки: скобы, петли и балки.

Матвей присел на бочку, вытащил из кармана бутылку и отпил. Кузьма, пошатываясь, ходил вдоль штабеля кирпичей, считал их.

— Завтра Федьке отвезем, — послышался глухой голос Кузьмы. — Он обещал по полтиннику за сотню дать.

— Мало, — Матвей хмыкнул. — Этот кирпич вдвое дороже стоит.

— А что делать? Сами продавать будем? Нас сразу поймают. Федька хоть перекупщик надежный, не выдаст.

Я отошел от щели и огляделся. Никого поблизости нет. Надо действовать быстро, поймать их с поличным. Иначе успеют скрыться.

Я тихо пошел обратно к центру города. Через десять минут нашел городового на углу Киевской, пожилого усатого служаку в мундире и фуражке. Он стоял под фонарем и курил трубку.

— Идем со мной. Поймаем воров.

Городовой насторожился и отложил трубку:

— Где, ваше благородие?

— На окраине, у складов. При них украденные материалы. У Баранова стащили, знаешь ведь его?

Как же не знать предводителя дворянства? Он кивнул и пошел следом за мной. Мы быстро дошли до сарая. Свет внутри еще горел, слышались приглушенные голоса.

Я кивнул городовому, он выхватил свисток и коротко свистнул. Потом рывком распахнул дверь.

— Стоять! Именем закона!

Матвей и Кузьма вскочили, но уже было поздно. Городовой шагнул внутрь, я следом за ним. Матвей попятился к стене, Кузьма метнулся к выходу, но я перегородил ему дорогу.

— Тихо, — я сказал спокойно. — Никуда не пойдете.

Кузьма остановился и уставился на меня. Лицо побледнело, глаза расширились.

— Вы… ваше благородие…

Матвей узнал меня, выругался сквозь зубы и тяжело опустился на бочку.

Глава 2

Кладка

Экипаж подъехал к месту стройки на следующее утро, когда солнце едва поднялось над лесом. Я вышел и поправил сюртук.

Возница остановил лошадей и спрыгнул с козел. Позади нас тянулась вереница подвод: три телеги, груженные кирпичом, бочками с известью и железными деталями.

Рабочие на стройке прекратили работу, столпились у недостроенных стен, смотрели на приближающиеся подводы. Осипов стоял поодаль, сложив руки на груди, и глядя на нашу процессию.

Баранов, предупрежденный мною заранее об успехе расследования, пришел из имения, и сейчас стоял у края площадки. Подошел ближе, остановился и окинул взглядом обоз.

— Петр Иванович, вы за сутки управились! Поймали воров, вернули материалы… Я не ожидал такой скорости.

Я молча кивнул. Телеги подъехали ближе, остановились у штабелей. Рабочие поспешили к ним, следуя указаниям Осипова и начали разгружать кирпич.

— Ворами оказались мои бывшие работники из насосной мастерской, Матвей Сидоров и Кузьма Васильев, мы задержали их вчера вечером, — ровно сказал я. — Я поймал их в сарае на окраине Тулы, где они прятали украденное. Привел городового, взяли их с поличным. Сейчас оба в кутузке, дело передано исправнику.

Баранов покачал головой, улыбнулся:

— Удивительно. Вы за день обнаружили след, нашли воров и вернули украденное. Я знавал сыщиков в губернском управлении, те бы бы месяц возились и ничего бы не добились. А вы так быстро все разузнали.

Я улыбнулся. Осипов подошел ближе и остановился рядом. Посмотрел как рабочие разгружают кирпичи, потом перевел взгляд на меня. Кивнул одобрительно.

— Можно продолжать работу, ваше благородие, — сказал он. — Материалов теперь хватит надолго.

— Хорошо. Вы теперь прикажите рабочим аккуратно сложить кирпич и пересчитать бочки. Я хочу знать точные цифры, сколько нам удалось спасти.

Осипов кивнул и зашагал к рабочим.

— Давайте, не мешкайте. Кирпич складывайте ровными рядами, я буду считать, сколько там. Бочки ставьте к стене, под навес.

Баранов прошелся вдоль стройки, осмотрел недостроенные стены. Остановился у угла и провел рукой по кладке:

— Работа добротная. Осипов мастер опытный, не зря мы его наняли. — Он обернулся ко мне. — Александр Дмитриевич, а как вы догадались про Матвея и Кузьму?

— Сначала проверил Кулакова, помните, мы его выгнали взашей за кражу раствора. Но у него надежное обоснование, он всю неделю работал на стройке церкви в Дубровке, у него десятки свидетелей, которые подтвердят, что он не отлучался. Тогда я вспомнил Матвея и Кузьму, я выгнал их за пьянство, прогулы и воровство. Они тогда были очень недовольны.

— А как вы узнали, что это они воры?

— Проследил за ними до сарая. Сначала подождал у трактира, потом пошел следом. Увидел, где прячут украденное и привел городового.

Баранов восхищенно покачал головой:

— Как все просто звучит, а между тем не каждый догадался бы так действовать. Вы прямо как следователь, Александр Дмитриевич. Я бы растерялся на вашем месте.

Я пожал плечами. Рабочие уже почти разгрузили телеги и складывали последние ряды кирпича. Осипов ходил между ними, проверял работу, изредка делал замечания.

— Надо организовать охрану, — сказал я, глядя на стройку. — Иначе история может повториться.

— Согласен. Наймем сторожа. Даже двоих, пусть дежурят посменно. По ночам.

— Хорошо. Подберите надежных людей. Не пьяниц и не болтунов. Надо платить им достойно, чтобы не соблазнились на подкуп.

— Сделаю, Александр Дмитриевич.

Осипов подошел, сняв шляпу:

— Ваше благородие, кирпича вернули две тысячи восемьсот штук. Извести три бочки полные, одна наполовину. Железо: скобы, петли, все четыре балки, почти все вернули.

Я кивнул:

— Достаточно?

— Больше чем достаточно, ваше благородие. Работы хватит на две недели, может, больше.

— Хорошо. Продолжайте работу.

Осипов поклонился нам и вернулся к рабочим. Баранов стоял рядом, задумчиво смотрел на стройку:

— Я рад, что поручил вам это дело. Вы не только мастер инженер, но и решительный человек. Другой бы махнул рукой и списал все на убытки. А вы за день почти все вернули.

Я улыбнулся:

— Я уволил негодяев, значит в какой-то степени отвечаю за их действия. Но да хорошо, что так кончилось и мы их нашли.

Солнце поднималось все выше, осветив недостроенные стены мельницы, аккуратные штабели кирпича, и рабочих, снующих как муравьи.

Осипов обошел недостроенные стены, остановился у северо-восточного угла. Провел ладонью по верхнему ряду кирпичей, проверил ровность кладки. Удовлетворенно кивнул, обернулся к рабочим: