Ревизор: возвращение в СССР 53 (СИ) - Винтеркей Серж

– А я, когда вы со мной здоровались, сразу вас и не узнал вначале. Признайтесь, это же вы снимались в новом документальном фильме про туризм в Болгарии в Советском Союзе, который нашему посольству недавно в режиме закрытого показа показывали? – обрадованно сказал посол в адрес Галии.

– Да, всё верно, это я, – немножко застеснявшись, призналась Галия.

– Очень хорошо вы в том фильме получились, – благожелательно улыбаясь, сказал посол. А потом подозвал свою супругу, которая, видимо, немножко от него отстала: – Милая, подойди. Да, это точно та самая актриса, ты была права.

Смешно, как раз недавно думал, что моя жена нарабатывает опыт для нескольких профессий в будущем. Совсем позабыл, что одна из них может быть работа актрисой. Ведь действительно, и в этом направлении у неё тоже задел уже немалый: есть роль в документальном фильме и участие в двух рекламных компаниях – это побольше, чем у некоторых молодых актрис, которые профильные театральные институты заканчивают.

Вот и посол её актрисой назвал.

Впрочем, Галия, помня о том, как я в общении с Мироновым был ошибочно воспринят им сугубо как драматург, тут же поспешила развеять это заблуждение посла. Сообщила ему и его супруге, что съёмка на киностудиях – это в большей степени хобби, просто побочный результат её интереса к миру кино. А что на самом деле она – сотрудница ССОД.

Тут же, конечно, и послу, и его супруге свои визитки вручила.

Минутки три‑четыре ещё пообщались. А дальше посол с супругой откланялись. При этом моей визитки никто из них не попросил.

Забавно и приятно, как роли‑то неожиданно поменялись. То все рвались со мной знакомиться, общаться. А тут Галия вдруг на первый план вышла.

Понял по её смешливому лицу, когда она на меня посмотрела, что она точно об этом же сама сейчас и думает. Подмигнул ей.

Вдохновлённая первым успехом, Галия спрятала визитки, полученные от посла и его супруги, в крохотную сумочку, которую прихватила с собой на приём. И тут же устремилась на поиск новых жертв, которые должны были поделиться с ней полезными для ССОД визитками.

А я с опозданием припомнил, что хотел же для неё визитницу красивую раздобыть.

Кажется, пора мне снова наведаться к антиквару. Ну да, и тем более же у Дианы с Фирдаусом очередная годовщина свадьбы. Мне же подарок для них какой‑то нужен оригинальный…

Да уж, делать подарки миллионерам – конечно, это та ещё головная боль. Хотя мне стоило об этом раньше задуматься. Можно было, к примеру, нашим соседям‑художникам заказать какую‑нибудь красивую картину с Дианой и Фирдаусом. Фотографий‑то у нас полно их. Но ясно, что за несколько дней они ничего рисовать, скорее всего, не согласятся. Люди они очень ответственные, к каждому заказу относятся очень профессионально и твёрдо знают, что спешка хороша только при ловле блох. Тем более Фирдаус уже накупил у них картин столько, что на небольшую картинную галерею хватит… К такому клиенту они захотят наверняка особо ответственно подойти.

Так что поеду к антиквару скоро с двумя задачами: визитницу для Галии прикупить и что‑то найти на годовщину Фирдауса и Дианы.

Приехали домой с приёма. Отпустили Валентину Никаноровну. Я тут же Галию и спросил:

– Как ты считаешь, тебе можно подарок заранее на день рождения подарить?

Глаза у жены радостно заблестели. Она немедленно заявила:

– Да, конечно, почему бы и нет! Тем более теперь, когда я знаю, что подарок у тебя уже готов... Как ты считаешь, смогу ли я выдержать еще три недели?

– Ну ладно, тогда сейчас и подарю, минутку только подожди...

Пошёл к себе в кабинет, залез в шкаф, достал пакет и потом перед женой, как фокусник, достал из него две красивые меховые шапки:

– Выбирай, милая: одну тебе, другую маме подарить планирую. Пока что так.

Жена, абсолютно счастливая от такого роскошного подарка, тут же бросилась меня обнимать и целовать. Побоялся даже, что детей разбудит – так она искренне радовалась.

Затем, конечно, она тут же соболиную шапку схватила, как и ожидал. Видно сразу, что она по цвету больше подходит и по фактуре.

– Паша, а что это за мех? – спросила она, ткнув пальцем в шапку из рыси.

Объяснил ей, что и как.

– Это ты по тем же самым связям добыл, по которым когда‑то две шубки женские приобрёл? – догадалась жена.

– Да, примерно по тем же. Вернее, удалось достать одну мужскую шапку и одну женскую. Но мужскую я тоже на женскую обменял.

– Ну почему, Паша? Тебе бы очень подошла мужская шапка из соболя! – удивилась жена.

– Да милая, подумай сама: какой же я студент в шапке из соболя? Это чтобы анонимки стали везде рассылать мои враги?

В Кремле ещё ладно: там такая шапка нормально совершенно выглядит, можно сказать, естественно, учитывая, сколько там очень серьёзных людей, которые дорого одеты.

А если мне в университет придётся заехать? А по линии общества «Знания» на завод съездить выступить? На меня же рабочие будут смотреть, как на врага народа. Контакт с людьми и так не очень легко наладить, чтобы лекция потом хорошо прошла. А если меня кто‑то увидит перед этой лекцией в такой вот шапке боярской?

Тебе‑то хорошо: у тебя в ССОД наверное, у большинства такие шубы и шапки есть.

– Ну ладно, Паша, тебе виднее, конечно, – вздохнула супруга. – Просто хотелось бы, чтобы ты тоже мог красиво одеваться.

– Ну, я и так не выгляжу так, как будто меня под забором нашли, – улыбнулся я.

Галия побежала к зеркалу, покрасовалась с соболиной шапкой, вернулась. Вторую шапку надела, снова побежала к зеркалу, вернулась.

– Ну, я себе однозначно соболиную выбираю, – сказала она. – А эта шапка из рыси красивая тоже очень, надо признать. Никогда раньше ничего из меха рыси не видела. Такая мохнатая!

– Так что, значит, вторую шапку из рыси я подарю маме. Правильно?

– Ох, Паша, не уверена, что это хорошая идея, – покачала головой озабоченно Галия. – Ты что, забыл, сколько времени Ахмад на тебя насторожённо поглядывал после того, как ты маме тогда шубу подарил? Он же из тех мужчин, которые считают, что всё ценное своей жене он только сам должен дарить. Так что он тогда очень сильно напрягся, когда ты шубу маме своей вручил. Для него это как намек, что он как мужчина и глава семьи со своими обязанностями не справился. А представь, если сейчас ещё ты и эту шапку принесёшь – он же так и обидеться серьёзно на тебя может…

– Эх, блин, и верно, – согласился я. – А я только сомневался по поводу этого подарка, исходя из того, что шапка не очень может к шубе подойти, а про отношение Ахмада к нему не подумал…

– Нет, как раз по этому поводу можно не волноваться. Нормально она к шубе подойдет, знатная шапка, – успокоила меня Галия. – Так что тебе надо только придумать, как с Ахмадом вопрос решить, чтобы он из-за такого щедрого подарка сильно опять не расстроился.

Ну что ж, если задача поставлена и мозги в ход пускаешь, то многие проблемы достаточно легко решаются.

Вскоре пришла мне в голову одна мысль... Кажется, я знаю, как этот вопрос решить, чтобы обид никаких не было у нас потом с Ахмадом...

Глянув на часы, тут же и пошёл наверх. Звонить по телефону не буду, чтобы ребёнка не разбудить, – просто поскребусь тихонько в дверь, мне и откроют. Ещё не очень поздно.

Отворил мне дверь, что было очень удачно, сам Ахмад. Поздоровался с ним, пожал ему руку и спросил:

– А мама где?

– Малыша пошла укладывать, – шёпотом ответил отчим.

– О‑о, очень хорошо. У нас с тобой как раз разговор есть важный, и она его не должна слышать.

– Пошли, поговорим, конечно, – сказал Ахмад.

Прошли на кухню, затворив за собой дверь. Он тут же чайник поставил, достал из холодильника холодца, горчицу, салат из квашеной капусты – похоже, по полной программе решил меня угостить. Остановил его, только когда он уже и за котлетами полез, сказав, что холодца с горчицей мне будет вполне достаточно. Затем уже разговор завел на нужную мне тему:

– Слушай, Ахмад, такой вопрос. На день рождения матери подарок надо делать, всего два месяца же до него осталось… А мне тут хорошие люди пообещали достать шапку из меха рыси. говорят, редкая штуковина. Ты как, не против будешь, если мы в складчину этот подарок подарим ей?