Деньги не пахнут 10 (СИ) - Ежов Константин Владимирович

Спокойно протянул ему планшет и почти заботливо ткнул пальцем в нужную строку. Это была изящная насмешка — тонкий укол, отсылка к давнему инциденту с дефектом сенсора в одном из его аппаратов. Сатира, завернутая в аналитический отчёт. Лицо Старка налилось краской, будто его окатили кипятком.

— Они ещё даже не начали войну! Почему именно в меня летит всё это дерьмо⁈

— Потому что одного твоего имени достаточно, чтобы рынок зашатался, — ответил ему ровно.

В начале 2016 года Старк оставался фигурой почти сакральной. И не без оснований. Именно он вдохнул жизнь в рынок электромобилей, который уже успели похоронить. Создать новый рынок — задача уровня легенд. А он сделал это дважды.

Мало того, он вытащил аэрокосмическую отрасль из государственных сейфов и швырнул её в частный сектор. На пике всеобщей веры в то, что всё, к чему прикасается Старк, превращается в золото, люди по всему миру жадно ловили любые намёки на его следующий шаг. Даже без продукта, без чёткого плана, без презентаций — деньги выстраивались в очередь. Именно поэтому Атлас и сработал на упреждение.

Они хотели перехватить нарратив до того, как Старк официально объявит войну в сфере ИИ. И тут он резко повернулся ко мне. Взгляд был острым, почти колющим.

— Тогда зачем ты вообще отправил мне это?

Недоверие висело в воздухе плотным слоем, как запах озона перед грозой.

— Я же ясно говорил, что не готов. А ты продолжаешь давить… и теперь ещё пересылаешь мне закулисные сплетни?

Он прилетел сюда ради этого. Чтобы посмотреть мне в глаза. Чтобы понять, что у меня на уме. Не, не дрогнул. Если после столь откровенной провокации он не отреагировал бы — вот это было бы странно. В такие моменты нельзя отступать.

— Переслал это, потому что счёл важным. Ты имел полное право это увидеть. Этот меморандум написан не только для того, чтобы тебя уколоть. Это стратегический манёвр — попытка изменить стимулы и направить потоки капитала через «невидимую руку». И, если честно…

И тут включил монитор и повернул его к нему. На тёмно-синем экране побежали строки цифр — холодные, беспристрастные, стремительные. Воздух в комнате стал плотнее. Игра началась.

— Это называется дарк-пул. Тихий, скрытый маршрут для обработки крупных сделок. Уже со вчерашнего дня акции ИИ-подразделений бигтеха, вроде Gooble, выкупают заметно активнее обычного.

Иными словами, после утечки того самого меморандума деньги действительно потекли ровно туда, куда рассчитывал Атлас. Естественно ожидал увидеть тревогу, раздражение, хотя бы тень сомнения на лице Старка. Но он оставался удивительно спокойным. Его плечи были расслаблены, пальцы лениво скользнули по краю стола, будто разговор шёл о погоде.

— Неважно. Те, кто живёт чужими мнениями, первыми же и бегут, когда меняется ветер.

— Верно, — кивнул я. — Но в этот раз смысл корзины не в том, чтобы прокатиться на волне. Он в другом. В исключении.

— Исключении?

— Рынок всегда сильнее реагирует на страх, чем на уверенность. А когда один актив демонстративно оставляют в стороне, эффект усиливается в разы.

Люди куда внимательнее вслушиваются в плохие новости.

— Представь, что ты в магазине. Рядом кто-то с энтузиазмом говорит: «Сок — это отлично», и уговаривает набрать его полную корзину. Ты тянешься за бутылкой, а он вдруг добавляет: «Любой сок подойдёт… кроме яблочного». Что ты сделаешь? Будешь упрямо брать яблочный или просто возьмёшь другой?

Он промолчал.

— Вот именно это сейчас и делает Атлас. Он говорит: «ИИ — перспективен, но держитесь подальше от стартапов». А значит, бьёт напрямую по тебе — по компании, которую рынок всё ещё воспринимает как стартап.

В тот момент смотрел ему прямо в глаза, не моргая.

— Этот «внутренний меморандум» — лишь начало. Пока его шепчут в уши избранным инвесторам, но совсем скоро он выплеснется в прессу, аналитические обзоры, деловые шоу. И рынок заговорит хором: «В ИИ безопасны только гиганты бигтеха».

И поднял палец.

— Им нужна всего неделя. До того, как волна развернётся. Поэтому и говорю тебе это сейчас. Если ты собирался что-то запускать — бей первым.

И тут…

— Нет.

Он ответил так спокойно, будто ждал именно этого момента.

— Я действую по собственному таймингу. Терпеть не могу танцевать под чужую дудку.

Реально не сумел скрыть удивление, и он это заметил. Уголки его губ дрогнули — довольная, почти мальчишеская улыбка.

— Ну что ж. У меня ещё одна встреча.

Он развернулся и вышел широким шагом, будто с плеч у него сняли тяжёлый груз.

Да. Этот ублюдок прилетел сюда уже с готовым сценарием — выслушать мои доводы и демонстративно отказать.

" Что же, так и знал".

Такие люди всегда одинаковы. Они игнорируют дельные советы, пока реальность не бьёт их по лицу. Впрочем, и не рассчитывал, что Старк прислушается легко. Потому сразу перевёл взгляд на шахматную доску на столе. Металлические фигуры холодно поблёскивали в свете лампы, отливая серебром и золотом.

«В итоге он снова вынудил меня сделать ход».

В идеале партии играют по очереди. Но сейчас это было не принципиально.

«Если белый конь упирается, я просто двину чёрного».

Заставить Атласа действовать оказалось несложно. Поскольку слишком хорошо знал его слабое место.

«Аргентина нацелена на экономический рост за счёт расширения инфраструктурных инвестиций… долговые риски по-прежнему сохраняются»

Через Институт Дельфи вновь задел Аргентину. На этот раз добавив лёгкий привкус нестабильности — ровно столько, чтобы зазвенели нервы. И, как и ожидал, он отреагировал.

Почуяв угрозу своей миске с рисом, Атлас начал подсыпать яд в мою — в миску с ИИ. Он не стал тянуть время. А почти сразу вышел в эфир, строгий, выверенный, с лицом человека, который будто бы несёт свет истины в тёмные массы. В студии пахло холодным металлом софитов и свежим пластиком аппаратуры, а его голос звучал ровно, сухо, как нож, скользящий по стеклу.

— ИИ, безусловно, выглядит многообещающей технологией в долгой перспективе, но сегодня ожидания явно бегут впереди реальности. Вся эта логика «сначала захватим рынок, а прибыль будет потом» пугающе напоминает пузырь доткомов.

Он сделал паузу, будто давая словам осесть в умах зрителей, и продолжил:

— Я вовсе не отрицаю будущее самой технологии. Интернет в итоге действительно изменил мир. Но по дороге было немало компаний, размахивавших туманными лозунгами, и бесчисленное количество инвесторов, которые потеряли деньги.

Сравнение с пузырём он использовал умело — как тонкий крючок, за который легко цепляется сомнение. А затем начал сужать прицел.

— Этот цикл ещё опаснее, чем эпоха доткомов. Сегодня бренд — это сам основатель. Истории и харизме придают больше значения, чем технологиям, а характеру — больше веса, чем прибыли.

Его слова текли гладко, словно масло по холодной сковороде.

— Поэтому нам стоит снова вспомнить уроки доткомов. Выжили те, у кого были реальные источники дохода и здоровый денежный поток. Не ослепительные мечты, а надёжные системы и инфраструктура. Сейчас будет ровно то же самое.

На поверхности это звучало как взвешенный, почти академический совет. Но настоящая цель была иной.

— В зависимости от рассудительности инвесторов ИИ может стать следующей великой революцией… или очередным пузырём. Единственный способ избежать пузыря — рациональные инвестиции. Прежде всего, стоит насторожиться к основателям, которые выставляют себя спасителями человечества. А если вместо продуктов, выручки и чётких бизнес-планов вам снова и снова подсовывают TED-выступления, онлайн-опросы и истории о всеобщем спасении — лучше держаться подальше.

Он методично, почти ласково подтачивал репутацию Старка. Почему именно Старк, а не я? Потому что меня зацепить куда сложнее. Потому что никогда публично не объявлял о вложениях в ИИ. Вся история про «войну ИИ» существовала лишь в кулуарных разговорах, среди узкого круга людей, где слова шепчут вполголоса. Из полупубличного у меня были только Next AI и проект Moonshot.