Кастелламмарская война (СИ) - Выборнов Наиль Эдуардович

— Я узнал все, что хотел, — сказал я, повернувшись к Дойлу. — Это твой человек, поступай с ним как знаешь.

На самом деле тут и так все было понятно. Если мы просто бандиты, то военные, которые расхищают государственное имущество, ходят по краю. Всегда.

Он кивнул мне, а потом посмотрел на Коннорса. Тот задрожал еще сильнее, и зачастил:

— Билл, не надо! Послушай меня…

— Два года, — перебил его Дойл. — Два года ты работал со мной. Я доверял тебе, ты знал мою мать. Ты был у меня дома, и ел за моим столом.

— Билл… Пожалуйста… — Коннорс заплакал. — Я сделал ошибку. Дай мне еще один шанс, я все исправлю.

Дойл поднял Браунинг и выстрелил ему в голову. Тот опрокинулся на спину, во лбу появилась большая дыра. Да, винтовочный калибр — это такое дело.

Грохот был оглушительный, все на него обернулись, но это продлилось всего несколько секунд. Потом все вернулись к своим делам. Я посмотрел на Дойла, который так и стоял, опустив винтовку, и смотрел на тело. Лицо у него стало как камень, как у статуи.

— Так, — сказал наконец Багси. — Надо уезжать. Зарево видно за много миль, скоро сюда кто-нибудь приедет.

— Хорошо, — кивнул военный, потом махнул рукой своим, которые уже вернулись с пустыми руками. — Берите тело, загрузите его в грузовик, — приказал он. — Оставлять его здесь не будем.

Разумно. Нам тоже нужно забрать убитого.

— Пошли, Бенни, — сказал я. — Надо уезжать.

Мы двинулись к машинам. Да, досталось им порядком, ничего не скажешь. У одной кузов вообще как решето, во второй все стекла выбиты. Машины, кстати, наши, только номера на них поменяли для конспирации на ворованные с тачек тех же моделей.

Теперь их только на запчасти, толку вообще никакого.

— Так в город нельзя, — проговорил Багси. — Остановят.

Я прикинул. Мы в Джерси, в глуши, тут полицию не встретишь. А вот если сунемся в Нью-Йорк, то однозначно будут проблемы. Но, к счастью, у нас и тут есть бизнес.

— Тут недалеко ферма, — проговорил Биандо. — Я там забирал ром, который выгнали парни Сэла. Можем спрятаться там. А с утра свяжемся с Д’Амико, они пригонят новые машины.

Да, неплохая идея. Заодно проинспектируем, что там на заводике. Там возможно работа кипит, гонят почти круглые сутки.

— Соберите наше оружие! — приказал я. — Выкинем по пути. Биандо, подними свой автомат.

Парни взялись за работу, но общими усилиями закончили быстро. Я в этом не участвовал.

— Поехали, — решил я, открыл дверцу машины и смел с сиденья осколки стекла. — Моше только заберите, и двинем.

Остальные тоже расселись по машинам, Багси сел в мою, за руль. Завел двигатель — благо удалось, его пули не повредили, хотя это в принципе сложно. Тронулся.

За нами поехали остальные две машины и грузовик, водителя которого пришлось поменять. Я вытащил из кармана сигареты, прикурил.

— Да, полиции Джерси завтра много работы будет, — заметил Сигел.

— Точно, — кивнул я. — Ну и пусть, нечего просиживать задницы в участках. Немного жирок подрастрясут.

— А еще они, скорее всего, прижмут Шульца, — сказал он. — Там ведь его парни, наших никого нет. Увидят, конечно, следы шин, гильзы, и все остальное. Но если по горячим не попадемся, то уже ничего не предъявят.

— Да, — подтвердил я.

Багси понял, похоже, что мне не до разговоров, и замолчал.

Я же думал. Чем может обернуться все это? С одной стороны, мы сейчас перебили двенадцать человек Шульца. А людей у него было примерно столько же, сколько у меня — шестьдесят или около того. Теперь намного меньше.

Другое дело, что сейчас, когда народ массово остается без работы, люди готовы на все. И можно без проблем набрать новых.

Напустить бы на него полицию, только вот если он расколется… Он же в курсе наших дел, работает, в том числе, и с итальянцами. Так что могут возникнуть проблемы.

Нет, надо действовать наверняка. Валить его надо, причем валить чужими руками.

Я выбросил сигарету сквозь разбитое окно, откинулся в кресле, запрокинул голову и закрыл глаза. Сложный сегодня был день.

Глава 19

На следующий день мы пообщались с парнями Д’Амико, которые приехали работать на заводике, где мы укрылись, в утреннюю смену, так сказать. Потом с одним из них я съездил до самого Гаспаро, и он согласился помочь — подогнать машины и грузовик. Но все равно в Нью-Йорке мы оказались только после обеда.

Дел особых не было, так что остаток дня я посвятил возне с бумагами и со счетами. Да, можно было скинуть все это на Лански, но доставать его совсем уж мелочами мне не хотелось, я и сам был способен посчитать все, что мне надо.

Часть оружия уже отправилась в Гарлем к людям Квинни. Точнее к людям Бампи, именно с ним, по моему настоянию, договаривался Багси. Мы должны были отправить револьверы и пистолеты с патронами, тяжелое вооружение оставив для себя. Для начала этого должно было хватить.

А на следующий день были назначены похороны Вито Дженовезе. Пятничным утром на кладбище Голгофа в Куинсе, католическом, естественно. Погода была под стать событию: небо серое, ветер холодный, и снег, который то начинался, то прекращался. Все-таки начало декабря.

Должно было собраться много людей, буквально вся Семья. Такие мероприятия пропускать нельзя, это вопрос уважения. Если не пришел на похороны товарища, значит не уважаешь ни его, ни его Семью, ни саму Организацию. А неуважение в нашем мире карается строго.

Мы с Винни приехали на черном Кадиллаке, который я взял напрокат специально для этого случая. Мой собственный слишком хорошо знали, а лишнее внимание мне сейчас было ни к чему.

У ворот кладбища уже стояло несколько десятков машин. Дорогие, они блестели из-за влаги снега, который падал на них и тут же таял. Но эта показная роскошь говорила о многом. Наши друзья любили показать, что у них есть деньги, даже на похоронах. Особенно на похоронах.

Я приготовил конверт, который должен был отдать вдове. Внутри было двадцать тысяч долларов сотенными купюрами. Причина тут простая — как бы я ни относился к Вито, он был моим солдатом и официально умер на моем задании. Хотя, если честно, я бы не дал им ни цента, учитывая, что это за человек.

Да и жена ему под стать. Сейчас будет играть скорбящую вдову, а на самом деле спала со всеми подряд, за что в будущем ее и убили бы. Он даже на наши собрания не брал ее, предпочитая появляться со своей любовницей, Анной.

А ей придется тоже дать денег. Но уже для того, чтобы наши женщины все правильно поняли. Но меньше, для нее у меня конверт поскромнее.

По аллее мы прошли к месту захоронения, вокруг свежевырытой могилы собралась толпа человек в семьдесят, может быть, даже больше. В черных костюмах, черных пальто и черных шляпах — таким образом демонстрировали скорбь. Даже женщины в черных шляпках с вуалями.

Я двинулся сквозь толпу — меня пропускали, я же все-таки был капо. Заодно рассматривал, кто пришел.

Когда я вышел к могиле то увидел Джо-босса, который стоял в первом ряду. Рядом с ним, как всегда, маячил Паппалардо. Он посмотрел на меня злобно, но сказать ничего не мог. Еще бы, его люди вчера завезли полагающуюся мне компенсацию в офис Лански, все до единого доллара.

Чуть поодаль стоял Чиро Терранова со своими людьми. Когда наши взгляды встретились, он кивнул мне. Но я знал, что между нами неразрешенный конфликт, и пусть он сам не желает в него лезть, его люди настроены совсем иначе.

Фрэнк Костелло стоял с другой стороны. Рядом — Альберт Анастазия. Минео, Ферриньо, даже Мангано приехал, чтобы выразить почтение. Да, действительно, почти все капо. Вито знали, он был на хорошем счету, зарабатывал много денег, и всегда был готов устранить того, на кого показывали пальцем.

Рядом с гробом стояла вдова — Доната Дженовезе. Маленькая женщина с бледным лицом, которое выглядело еще более белым на контрасте с черной вуалью. Черное платье, черные перчатки.

Детей у них не было, насколько я знал, так и не завели. Да и вообще их отношения было сложно назвать любовью.