— Государь изначально сомневался, стоит ли пускать армию в столицу. Вы же понимаете, почему?
— Да, — кивнул я. Действительно, кому захочется видеть под боком столько людей, привыкших к оружию и при этом совершенно не испытывающих привычного пиетета перед властью.
— Были те, кто все равно просили за вас. Их поддержали другие, кто считал, что мы должны устроить триумф для армии, которая заслужила узнать, что ей гордятся. Дошло до споров… — великий князь делился внутренней кухней столицы с изяществом настоящего шефа. — И тогда я предложил компромисс: устроить встречу в Москве, оценить риски и выдать свое заключение.
— Как я понимаю, теперь вы будете рекомендовать не пропускать нас в Санкт-Петербург.
— Верно. Если вы планировали с кем-то встретиться, вызывайте сюда. Уверен, вам никто не откажет.
— А со мной никто не желает встретиться? — спросил я, намекая на понятно кого.
— Сейчас это выглядит излишним. И, если хотите мое мнение, — неожиданно великий князь улыбнулся, — прежде чем ехать в столицу, обвенчайтесь с княжной Гагариной. У вас же все серьезно? Тогда не стоит смущать некоторые умы, а ритуал венчания оградит вас и ее от немалой доли интриг, без которых иначе, увы, будет никак не обойтись.
Вот чего я точно не ожидал, так это того, что после настоящего покушения меня будут стращать потенциальными невестами. С другой стороны… Я вспомнил Казуэ, Элис, представил, что они и подобные им дамы могли бы учудить при желании, и по спине пробежало целое стадо мурашек. А ведь нормальный мужик великий князь, плохого не посоветует!
Тот, видимо, уловил ход моих мыслей и даже предложил в случае чего оказать любое содействие по организации венчания.
— Но что дальше? — я снова вернулся к делам. — Если бы я приехал сюда сам, все было бы возможно… Но мне организовали даже царскую литеру на поезд, явно же не просто так. Какие у государя будут на меня… — чуть не сказал «планы», но это было бы перебором в отношении самодержца, с которым мы не то что не друзья, а даже ни разу не виделись лично. — Какие будут указания?
— Москва готова выделить вам до двух недель на стоянку, — Сергей Александрович понимающе кивнул. — А потом вам предписывается отправиться в Кишинев и принять командование армией на западной границе.
Две недели… Я оценил хозяйственный подход великого князя: он решил и приказ Николая выполнить, и заставить меня с армией опустошить карманы перед новой кампанией именно в его городе. Впрочем, не мне его за это осуждать.
— Принять и?.. — уточнил я то, что было на самом деле важно.
— Обеспечить безопасность наших союзников на Балканах.
— Средства?
— Войну начинать вам, конечно, нельзя, но все остальное… Ни я, ни государь, ни даже военный министр не видим повода вас ограничивать. Мнением остальных до вашей первой ошибки можно пренебречь.
Довольно откровенно.
— Даже если я решу повторить поход генерала Шереметева до Белграда?
— Не вступая на чужую территорию, не начиная войны… Почему нет, — великий князь немного напрягся, но он на самом деле не увидел ничего опасного в моем предложении.
А вот это зря.
[1] Если что, это не имя, а фамилия итальянского скульптора.
Глава 22
— Ну вот, вроде бы все обсудили, — Сергей Александрович закончил со столичными новостями и был готов прощаться.
— Раз уж мы начали о делах, разрешите и по моим обратиться, — я мысленно потер руки. Некоторые инициативы в империи в это время можно запустить только по знакомству, и сейчас… Есть такое мнение, что великий князь может и согласиться без лишних условий.
— И что же за ваши дела?
— Как вы знаете, у меня есть люди, которые набили руку на быстром и относительно дешевом возведении домов нового типа. С электричеством, центральным водопроводом, канализацией. И мне бы хотелось продолжить эту работу еще и…
— В Москве? Не получится. Все подряды по городу уже розданы, да и земли свободной нет. Если же вы с кем-то договоритесь в частном порядке, то я, конечно, возражать не буду.
Ха! Для частного порядка я бы и спрашивать не стал, но для моей задумки нужны были объемы.
— Я все прекрасно понимаю. Но мне подойдет земля и не в самой столице.
— Если вас интересуют участки за Камер-Коллежским валом, то там тоже все строится. Басманная, Мещанская, Сущевская, Хамовники — это, конечно, у черта на куличках, но люди все равно туда тянутся.
— Еще дальше, — я улыбнулся.
— Мне казалось, вы хотите строить не усадьбы, а более бюджетное жилье. Разве те, кто его купят, смогут позволить себе содержать экипажи или не работать?
Великий князь сразу глянул в корень — матерый волчара.
— Мы построим дороги, будем продавать машины — разрешить производство которых я бы тоже хотел попросить — чтобы расстояние не играло слишком большой роли.
— То есть возможность для богатого среднего класса купить себе иллюзию жизни дворян? — мгновенно сделал новый вывод Сергей Александрович. — И даже такой вариант будет совсем не для простых мещан и уж тем более не для рабочих…
— Да, для них будут общие дома, общественный транспорт, но те, кто станут лучшими, должны иметь возможность позволить себе сделать шаг вперед.
— Жить, как господа, в своем доме, ездить, как господа, на своем транспорте. Вы уверены, что это возможно? Это могло бы снять социальное напряжение на очень долгое время: по крайней мере, пока ни одна из сторон не нарушит условия этого договора.
Еще бы я был не уверен, если именно таким образом Штаты в моей истории сняли социальное напряжение после Великой депрессии. Нагрузили производства, продали людям мечту — их этот путь, правда, в итоге завел в тупик, но… Если стараться решать все проблемы разом, то иногда остается только разрубить узел. Если же двигаться вперед постепенно, то может оказаться, что в свое время решение все же найдется.
Вслух я все это, конечно, рассказывать не стал. Просто кивнул, и мы перешли к обсуждению продаж первых «Дикси», которые до старта производства на месте я привез с собой прямо из Америки.
— Двадцать готовых машин, — описывал я. — Мы их не продадим и даже не подарим — разыграем, чтобы город начал говорить. За это время найдем место и соберем еще двести разборных комплектов, которые мы привезли отдельно. А там подтянутся поставки и из Инкоу.
— Вы уже и там наладили эти машины?
— Подвеску было совсем не сложно пустить на старой линии «Артуров», собственно, на их основе мы все когда-то и начинали. Моторы рассчитываю брать на Путиловском у Анны Нератовой, ну а сами корпуса, чтобы не возить столько металла туда-сюда, можно и нужно делать прямо тут. А когда будем готовы переходить к следующей модели, то уже эта линия переедет в Челябинск. У них там есть сталь, руки и, главное, люди, которые готовы этим заниматься. Потом, возможно, добавим площадку в еще одном городе: будет зависеть от того, сколько машин понадобится России и кто станет с нами сотрудничать.
Не знаю, что в итоге больше зацепило Сергея Александровича, сами мои планы, горячность, с которой я о них говорил, или же уверенность в будущем на годы вперед, но в итоге мне прямо тут выделили участок где-то за деревней Кудрино. Я даже не стал особо разбираться: не так важно где, главное было начать.
— Кстати, а ведь это уже второе покушение на вас? — напоследок великий князь задал вопрос, который заставил меня задуматься.
— Мне, если честно, казалось, что Азеф приходил по вашу душу.
Перед приездом я попросил Огинского достать мне дела и фотографии самых известных революционеров и немного разбирался в вопросе.
— А зачем? Эсеры, конечно, порой не знают удержу, но от людей вроде меня и Плеве, как вы сказали днем, они все же держатся подальше, — Сергей Александрович в каких-то вопросах был до ужаса наивен. — А вот вы… Разве не логично, что если вас атаковали уже дважды, то эти дела могут быть связаны?
Впрочем, в его словах была своя логика.
