Американский вояж (СИ) - Русских Алекс

Майкл, который уже в курсе моего незапланированного путешествия, откровенно забавляется. Закинул ногу на ногу, и с улыбкой на пол лица тапочек на большом пальце мотыляет, не обращая ни малейшего внимания на укоризненные взгляды отца.

– Видите ли, мистер Стафф, – глубокомысленно произнес я, – Понимаю ваше разочарование, но неужели мой рассказ так заинтересовал читателей?

– В том‑то и дело, – с чувством ответил майклов папаша, махнув рукой, – В редакцию журнала больше трех тысяч писем пришло. Всем интересно, когда выйдет полная версия книги. Если вы задержитесь здесь на несколько месяцев, интерес начнут снижаться. Но это не все, нужно будет еще как‑то организовать получение рукописи. Это тоже время. Ко всему прочему, заключение договора в России достаточно длительная процедура, мне уже приходилось ей заниматься.

– Понимаю, должен сказать, что мне самому бы не хотелось заключать договор через наш Союз Писателей. У нас государство забирает 92% гонорара у автора, что, на мой взгляд, чересчур. Ладно бы, хотя бы половину брали, это еще можно было понять. Кроме того, даже те деньги, которые писатель получает, поступают на его счет в так называемых инвалютных рублях, на которые можно купить только ограниченный список товаров. Больше их никак нельзя потратить. Но даже это дне столь важно. Основная проблема в другом – имеется ли вообще возможность сотрудничества напрямую, без привлечения «услуг» советских государственных органов?

Папа Майкла задумался, затем открыл дверцу бара, достав бутылку с броской этикеткой. Виски, как мне кажется. Вопросительно посмотрел на меня. Я сразу руки поднял, мол, нет, спасибо, но не надо, так что Стафф плеснул в два стакана, подвинул один в направлении дяди Майкла, а второй медленно выцедил, не отрывая от меня взгляда.

Никогда не понимал этой фишки американцев. Однажды угощал пару их журналистов собственноручно приготовленным самогоном. Не хухры мухры штука была, 70 градусов, двойная перегонка, настояна на кедровых орехах. Они ее все «бренди» обзывали и очень даже нахваливали. Но пили так, что даже у опытных колымских бичей аппетит пропадал. Наш человек ведь как – хлопнул рюмку и скорей закусывать, огурчик там, грибочек, мясного чего‑нибудь. Потом выдохнет расслабленно – эх, хорошо.

А американы весь кайф рушат: отхлебнут ядреного пойла, глоточек сделают и, не закусывая «ла‑ла‑ла‑а» разговоры разводят, потом опять отхлебнут и опять трындят. Вообще не закусывают, сволочи! Лимонад, понимаешь, нашли. Еще говорят, что мы, русские, дескать, много пьем. Врут, как сивые мерины, что американцы, что англичане те еще алкаши, а наш народ наоборот, меру знает. Ну, за исключением отдельных личностей. Ну, вот как после 70 градусов спирта не закусить, или хотя бы не запить? Да у меня бы все горло пожгло.

– Есть два варианта, – наконец отмер бизнесмен, – Первый подойдет при наличии любых законных документов. Некоторые банки работают с иностранцами или могут открыть счет без паспорта. Но нужно будет хотя бы водительские права и адрес. С последним просто – достаточно оплаченного счета, чтобы доказать проживание. Но такой вариант лучше подходит, если суммы достаточно небольшие, хотя бы до пары сотен тысяч, иначе есть риск проверки налоговым управлением. Второй – использование оффшорного счета. В этом случае тоже есть пара вариантов – или открытие счета в банке или организация траста. Есть возможность открытия счета даже без документов – в этом случае снять деньги может любой человек, который знает определенный пароль, он называется «девиз». Некоторые авторы живут за границей и расчеты с ними идут именно через оффшорных посредников.

Я так призадумался. А ведь реальный вариант. Пока оффшоры вполне работающая штука. Американцы в крестовый поход на них пойдут где‑то с середины 90‑х и то не особо сильно, вот с начала 2000‑х уже замес пойдет серьезный. Но пока способ действующий и довольно надежный. Но есть пара нюансов.

– Мистер Стафф, мне нравится ваш ход мыслей, но есть определенные трудности. Дело в том, что сейчас со мной практически нет документов. Имеется внутренний паспорт и водительские права, но они выданы в СССР, вряд ли их примет американский банк. Сейчас при мне только справка с военной базы, а, как я понимаю, для открытия девизного счета нужно личное присутствие в банке. С военным пропуском границу я не пересеку.

– Да, это проблема, – кивнул бизнесмен, – Но, мне кажется, у вас есть решение?

– Возможно, – я не стал наводить тень на плетень, – Дело в том, что наш институт начал сотрудничать с университетом Анкориджа. Осенью у нас побывал Майкл, а этой весной, по моим сведениям, должны из Магадана отправить несколько студентов на стажировку в Анкоридж. Если у вас есть знакомства в университетской сфере, то меня бы могли включить в списки. В этом случае я смогу получить сои советские документы и американскую учебную визу. Думаю, даже местные водительские права оформить получится.

Батька Майкла от сугубого умственного напряжения себе опять на два пальца плеснул, выпил как воду. Кстати, без всякого льда. Эдак он сопьется.

– Интересное предложение, – ответил Стафф, – У меня действительно есть знакомства и неплохие, но, если вы останетесь здесь до нового года, то как вы сможете предоставить рукопись для издания? Или вы хотите ее напечатать по памяти?

– Нет, нет и еще раз нет, – хмыкнул я, – Уж так получилось, что она со мной, полностью готовая и вычитанная. Хоть сейчас набирай гранки. Итак, мистер Стафф, вы договариваетесь, чтобы меня оставили здесь на практику, а я передаю вам рукопись на выгодных для вас и для меня условиях. Как вам такое предложение?

Начало книги народу понравилось, Стаф честно признался, что издательство собирается запустить первый тираж сразу в десять тысяч экземпляров, что достаточно много. Обычно новинки тиражируют в количестве одной или пары тысяч штук и то они не всегда раскупаются. Но тут издатели ориентируются на большом количестве писем с вопросами о продолжении истории. Соответственно, примерно на чуть большее количество экземпляров тираж и рассчитан. Если его быстро раскупят, то уже по ажиотажу будут смотреть объем нового заказа книги в типографии.

Стафф сказал, что бывает по всякому, могут и десять тысяч отпечатать, а могут и сто тысяч. При хорошем спросе книги будут продавать и в других англоязычных государствах. А их много, даже, если только крупные считать: Канада. Великобритания, Австралия, Новая Зеландия, Ирландия. А еще куча мелочи, плюс в Европе нынче каждый второй на английском читает, да еще и в ряде бывших британских колоний до сих пор английский в чести, в той же Индии, например. В общем, рынок огромный, не сравнить с советским.

Заодно я рассказал присутствующим, что для меня есть возможность переселиться в город при условии ходатайства от местного гражданина или организации. Заодно намекнул, что остаться на стажировку выгодно не только для меня, но и для самого Стаффа, так как в этом случае я могу помимо учебы заняться второй частью истории, а то и третьей, если времени хватит. Бизнесмен явно принял это соображение во внимание, а я только про себя усмехнулся, второй том на самом‑то деле у меня уже готов.

Хорошо быть молодым – работоспособность бешеная. В пятьдесят лет для меня было двадцать тысяч знаков за день написать настоящим подвигом. А сейчас я могу строчить без перерыва чуть не сутками, не говоря уже про то, что фантазия работает так, что порой сам удивляюсь. Все же, мои истории очень не похожи на те, что были в том варианте реальности – я в них много своего внес. Некоторые эпизоды исчезли, другие появились. Есть даже мысль об оригинальных частях, полностью отличающихся от изначальной канвы.

В общем загрузил папу Майкла по полной, а сам пошел с ним отдыхать. Тут в полуподвале действительно бассейн имеется. Майкл не выдержал, проболтался про то, как я в море купался, приведя зрелую часть общества в немалое веселье. Тут и выяснилось, что купаться есть где и без экстремальных заплывов. Так что мы с приятелем пошли опробовать местный крытый водоем. Здорово, я тоже такой хочу.