Инженер 4 (СИ) - Тыналин Алим

— Понял. Сделаю.

Баташев подвел итог:

— Ну что ж, господа, за работу. Кузнецов, начинай литье. Котов, бери листы железа, делай котел. Токарев, готовь станки. Александр Дмитриевич, не обессудьте, приходите через пару дней, посмотрите, как идут дела.

Мастера разошлись, унесли чертежи и инструкции.

Баташев налил два стакана чаю из самовара, протянул один мне.

— Ну что, Александр Дмитриевич, через сколько будут готовы машины?

Я прикинул в уме.

— Стационарную через три недели, может пораньше. Литье неделя, обработка деталей еще неделя, сборка, испытания и наладка тоже неделя. Переносную можно делать параллельно, она попроще, за неделю справимся.

— Хорошо. К началу осени как раз. Запустим, посмотрим, как работают.

Следующие недели я приезжал к Баташеву через день, иногда через два-три. Иногда меня вызывали нарочным, чтобы объяснить непонятные вещи, решить возникшие вопросы.

Первый раз приехал через два дня. Кузнецов уже отлил маховик для стационарной машины, массивный чугунный круг, еще горячий, лежал на земле во дворе литейного цеха. Медленно остывал.

— Иван Петрович, хорошая отливка. Ровная, без трещин.

Кузнецов довольно кивнул:

— Форму тщательно делал, песок утрамбовывал. Чугун лили аккуратно, без спешки.

Котов показал начатый котел, железные листы уже свальцованы в цилиндр, лежат на козлах. Шов еще не проклепан.

— Михаил Сергеевич, шов клепайте внахлест, заклепки через дюйм. И изнутри шов проварите, если можете.

— Могу. Горн есть, флюсы есть. Проварю.

Токарев точил вал на большом токарном станке. Станок приводился в движение от водяного колеса через систему ремней. Вал медленно вращался, резец снимал тонкую стружку.

— Степан Васильевич, шейки вала нужно отполировать до зеркального блеска. Чтобы в подшипниках не терлись, легко крутились.

— Понял. Отполирую.

Второй раз приехал через два дня. Котел почти готов, цилиндр склепан, торцы приварены, дымогарные трубки вставлены и припаяны. Котов проверял швы водой под давлением, не течет ли.

Маховик обточен, ступица просверлена под вал. Кузнецов отлил цилиндр и поршень, они лежали на верстаке, массивные чугунные детали.

Токарев закончил вал, начал обрабатывать цилиндр изнутри. Установил цилиндр на станок, резец ходил внутри, снимая тонкий слой металла. Работа медленная, кропотливая.

Я проверил размеры. Диаметр цилиндра выходил точно восемь дюймов, отклонение не больше двух сотых.

— Степан Васильевич, отлично работаете. Точность высокая.

Токарев улыбнулся:

— Самовары делаем, там тоже точность нужна. Привычка.

Третий раз я когда они уже начали сборку.

Во дворе фабрики заложили каменный фундамент, квадрат два на два аршина, высотой пол-аршина. Установили на фундамент котел, закрепили болтами через чугунные приливы.

Сверху на котел установили цилиндр. Я проверял уровнем, цилиндр должен стоять строго вертикально.

Поршень вставили в цилиндр, шток вывели через сальник. Сальник набили промасленной паклей, затянули гайку.

Установили вал в подшипники. Подшипники закрепили на раме, приваренной к фундаменту. Насадили маховик на вал, зафиксировали клином.

Соединили шток поршня с коленом вала через шатун. Шатун кованый стальной, на концах головки с отверстиями. Головки крепятся штифтами.

Я медленно провернул маховик рукой. Вал начал вращаться, шатун качался, поршень ходил в цилиндре вверх-вниз. Плавно, без заеданий.

— Хорошо. Механика работает правильно.

Установили золотниковый механизм. Золотниковая коробка прикручена сбоку цилиндра болтами, с прокладкой для герметичности. Золотник внутри коробки соединен штоком с эксцентриком на валу.

Провернул маховик еще раз. Золотник ходил внутри коробки, переключая подачу пара то в верхнюю, то в нижнюю часть цилиндра.

— Механизм работает. Теперь паропроводы.

Котов припаял медные трубки от котла к золотниковой коробке. Мастера установили краны для регулировки подачи пара, слива конденсата.

На котел установили манометр и предохранительный клапан. Манометр немецкий, Баташев заказал его в Москве. Предохранительный клапан сделали сами в мастерской, пружинный, настроенный на три атмосферы.

Машина стояла черная, массивная, мощная.

Осталось только ее испытать.

Когда я приехал в четвертый раз, осталось провести только испытания. Собрались в цехе фабрики. Баташев, трое мастеров, несколько рабочих. Все хотели посмотреть, как заработает машина.

Котов заложил дрова в топку под котлом, поджег. Огонь быстро занялся, пламя заплясало на поленьях. Дым пошел через дымогарные трубки.

Рабочие залили воду в котел через верхний люк. Пришлось нагрузить двадцать ведер, котел большой.

Теперь пришлось ждать. Вода должна нагреться, закипеть, пар должен подняться.

Прошло минут сорок. Манометр начал показывать давление, пол-атмосферы, одна атмосфера, полторы.

Когда стрелка дошла до двух с половиной атмосфер, я открыл кран подачи пара.

Пар пошел по трубке в золотниковую коробку, оттуда в цилиндр.

Поршень дрогнул, начал двигаться. Шатун качнулся, толкнул колено вала. Маховик медленно повернулся.

Золотник переключился, пар пошел с другой стороны поршня. Поршень пошел обратно. Маховик провернулся еще.

Машина ожила.

Маховик набирал скорость. Вращался все быстрее, превращаясь в темный круг. Вал гудел ровно, мощно. Поршень ходил вверх-вниз с размеренным стуком.

Баташев подошел ближе, смотрел во все глаза.

— Работает! Александр Дмитриевич, работает!

Мастера столпились вокруг, наблюдали за вращающимся маховиком.

Я проверял все узлы. Подшипники грелись, но не сильно, это нормально. Сальник не пропускал пар, тоже хорошо. Золотниковый механизм работал четко, без сбоев.

Манометр показывал стабильные две с половиной атмосферы. Котел держал давление, не травил пар.

Дал машине поработать полчаса. Все узлы прогрелись, притерлись. Работала ровно, без рывков, без посторонних звуков.

— Степан Федорович, машина работает отлично. Теперь подключим к насосам.

Рабочие под моим руководством установили приводной вал вдоль цеха. Закрепили его на опорных подшипниках через каждые два аршина. Один конец вала соединили муфтой с главным валом машины.

От приводного вала сделали три ответвления со шкивами. От шкивов натянули кожаные ремни к шкивам на трех насосах Баташева.

Я открыл задвижки на ремнях. Ремни натянулись, начали вращать насосы. Поршни насосов пошли вверх-вниз, клапаны защелкали. Вода из колодца во дворе пошла по трубам в чаны в цехе.

Баташев подошел к одному чану, посмотрел, как прибывает вода.

— Быстро набирается! Раньше конь крутил один насос, еле-еле справлялся. А теперь три насоса сразу работают!

Он повернулся ко мне, протянул руку.

— Александр Дмитриевич, великолепная работа! Машина мощная, надежная. Именно то, что нужно!

Я пожал его руку.

— Рад, что довольны, Степан Федорович. Но подождите, еще же осталось сделать переносную машину. Еще неделя, и она тоже будет готова.

Через неделю переносная машина тоже встала на колеса. Меньше стационарной, но такая же надежная. Испытали ее отдельно, тоже работала отлично.

Баташев велел покрасить обе машины черной краской, медные детали отполировать до блеска.

Машины встали во дворе фабрики, блестящие и мощные.

Баташев пригласил нескольких купцов-фабрикантов, показал их в работе. Купцы смотрели и восхищались.

— Степан Федорович, а где можно купить такие машины?

— Сами делаем. Вот Александр Дмитриевич спроектировал, мои мастера изготовили.

— А для нас сможете сделать?

Баташев посмотрел на меня. Я кивнул.

— Сможем. Если заказ будет, изготовим. Стационарную машину за шестьсот рублей, переносную за четыреста.

Один купец, владелец скобяной фабрики, сразу заинтересовался:

— Мне бы переносную. У меня станки стоят без дела, водяное колесо сломалось. Можно эту машину к станкам подключить?