Свечи на ёлке зажигать пока не стали. Сон окончательно одолел Илью, и князь сам отвёл сына в детскую и уложил. Выпив крепкого чая, легла и они с Верой, а проснулись поздно, когда снаружи уже стоял зимний, рассеянный свет.
Ещё до завтрака, лишь умывшись, отправились в гостиную зажигать свечи. Настя пританцовывала от нетерпения и хлопала в ладоши, её глаза блестели искренним восторгом. Вера могла смотреть на радостную дочку вечность.
Иван подвёл детей к ёлке и достал коробку со свечами. Настя тут же прилипла к отцу, Илья молча стоял чуть в стороне.
— Сначала нижние, — негромко сказал князь Урусов. — Чтобы не задеть потом.
Он зажёг первую свечу от длинной лучины, аккуратно укрепил её в держателе и только потом позволил Илье подать следующую.
— Осторожно, — добавил он уже мягче. — Не наклоняй.
Настя нетерпеливо переминалась с ноги на ногу.
— А я? Я тоже могу?
— Можешь, — Иван улыбнулся уголком губ. — Только вместе со мной.
Он поднял дочь, поддерживая под локоть, и помог ей поставить маленькую свечу на боковую ветку. Когда зажёгся огонёк, Настя ахнула от восторга и, не сдержавшись, захлопала в ладоши, но тут же спохватилась и прижала их к груди.
— Горит!
Постепенно ёлка ожила: загорались одна свеча за другой, и в гостиной становилось светлее и теплее, отражения играли в стеклянных шарах и позолоте игрушек. Вера стояла чуть поодаль, наблюдая, как дети, забыв обо всём, смотрят на огоньки, и ей казалось, что именно в такие минуты дом и становится по-настоящему живым.
Когда последнюю свечу зажгли, Иван отступил на шаг и оглядел ёлку.
— Ну вот, — сказал он. — Теперь можно открывать подарки.
Настя уже опустилась на колени, смяв платье, и нетерпеливо вытащила первый попавшийся свёрток и, не удержавшись, разорвала бумагу.
— Ой! — вырвалось у неё, и она тут же засмеялась, вытащив куклу. — Мамочка, смотри!
Она прижала её к груди, потом тут же усадила на ковёр и старательно поправила платьице, словно проверяя, всё ли на месте.
— Какая красивая, — улыбнулась Вера.
— И одежда у неё есть! — дочь уже шарила в коробке, вытаскивая крошечный чепчик.
Илья тем временем развернул свой свёрток и замер. Перед ним лежал большой атлас в плотном переплёте. Он открыл его сразу, перелистнул несколько страниц, провёл пальцем по цветным линиям.
— Здесь столько всего… — сказал и поднял восторженный взгляд.
Отец протянул ему совсем небольшой футляр.
Илья открыл его и увидел карманные часы. Цепочка мягко звякнула, когда он неловко поддел её пальцами.
— Они настоящие? — спросил шёпотом.
Иван наклонился и завёл часы. Крышка щёлкнула, и сын замер, прислушиваясь.
— Слышишь?
— Слышу, — ответил мальчик и улыбнулся, широко и по-детски.
Крепко сжал футляр и, спохватившись, встал.
— Спасибо, папа.
Настя вдруг вскочила и убежала из гостиной. Вернулась она быстро, держа в руках неровно сложенный лист.
— Мамочка, это тебе, — сказала она и протянула рисунок.
На нём была ёлка, свечи, несколько кривых букв и вся их семья. Вера рассмеялась и поцеловала дочь в щёку. Затем оглядела детей, посмотрела на мужа, улыбнулась и сказала.
— Ну что же… С Рождеством вас, мои хорошие.
— С Рождеством! — отозвался князь.
Теперь точно КОНЕЦ
