А я была лучшим на все Академию пилотом. И в том, что меня ждет достойное распределение, не сомневалась. Куда больше меня волновало, попадем ли мы с Вальтаном на один крейсер или нет.
Арлинтов все не было. А когда по громкой связи объявили, чтобы все курсы, кроме выпускного, проходили в зал и располагались на отведенных для них местах, я и вовсе занервничала. Тинти заметила это и подмигнула мне:
- Не дрейфь, подруга! Так даже лучше! Лишние уйдут, и мигом нужный паренек сыщется!
Я густо покраснела, не зная, что сказать. Иногда Тинти была до ужаса бестактна.
Курсанты Первой Академии Звездного Альянса самые дисциплинированные существа во вселенной. Не прошло и десяти минут, как в холле остались только выпускники. Все стали рассредотачиваться по специальностям. Тинти упорхнула к своим биологам. Да и мне махали мои однокашники-пилоты. Но они стояли под стенкой, почти скрытые интерьерной колонной, и я предпочла сделать вид, что не заметила. Если уйду от фонтана в самом центре холла, то Вальтан точно меня найдет только на вручении дипломов.
Непривычная нервозность овладела мной. В последний раз я так переживала, когда не была уверена, что сумею вырваться из дому на обучение, что у меня получится уговорить родителей отпустить меня не в другой город. А на другую планету.
Кстати, о родителях. Я только после принесения присяги набралась храбрости связаться с ними. И не без помощи адмирала Вилльера.
Впервые мне выпала честь лично побеседовать с легендарным адмиралом, давно отошедшим от военной карьеры, после вступительных экзаменов. Нам всем, не только провалившим экзамены, предложено было посетить дом, чтобы сообщить радостную новость близким, собрать необходимые вещи, отдохнуть перед началом трудного обучения.
Какие вещи нужно собирать, для меня осталось непонятным. Так как в Академии на военном отделении цивильная одежда была под строжайшим запретом. Впрочем, было еще гражданское отделение. И там ходить в штатском не запрещалось. Мне же однозначно на ближайшие пять лет придется забыть про любую одежду, кроме формы.
К тому же, у меня не было денег, чтобы прокатиться на Землю и обратно. Родители дорогу мне точно не оплатят. К тому же, над моей головой все еще висела история с дядькой Павлом.
Я тогда жутко растерялась и даже немного испугалась, наблюдая за повальными сборами и массовой миграцией теперь уже курсантов, и совершенно не знала, что мне делать и как поступить.
Вилльер, по его словам, увидел мои несчастные глаза в столовой. И решил поинтересоваться, какие у меня проблемы. Я по началу стеснялась до ужаса и не хотела много рассказывать. Но старый адмирал умел разговорить кого угодно.
Услышав мою историю с соседом по родительскому дому, нахмурился и потребовал подробностей. А потом и вовсе заявил, что подонок получил мало.
И все же Вилльер был со мной согласен, что меня могут попытаться обвинить в убийстве. Человеческое законодательство крайне несовершенно. А значит, мне лучше остаться в академии. Тут меня не найдут. А после того, как принесу присягу Альянсу, то окажусь уже вне юрисдикции земных законов. А по законам Альянса я – пострадавшая сторона. И имею право на компенсацию от родственников соседа.
Компенсацию я не желала. Только учится в Академии. Вилльер грустно усмехнулся, и помог мне устроится на подработку в архив. Таким неоригинальным образом был решен вопрос моего проживания и питания до начала занятий.
Я думала, старый адмирал не будет держать в голове мои проблемы. Но Вилльер сам меня нашел после присяги. И предложил связаться с родителями и сообщить о моем местонахождении и новом статусе.
Результаты беседы превзошли все мои чаяния.
Я ожидала всего, чего угодно: от обвинения в убийстве и угроз пожизненного тюремного заключения, до требования отца немедленно вернуться домой и выйти замуж за пана Черного. Но…
Связь между Землей и Лураной дело совсем непростое. И не только потому, что расстояние огромное. А еще и потому, что в моем родном городишке нет галанета. Родителям заранее отправили уведомление. В день связи они должны были приехать в соседний город. Как я раньше, когда готовилась поступать.
Когда пришло время собственно сеанса связи, Вилльер привел меня в свой кабинет и оставил один на один с мерцающим дисплеем терминала, разъяснив, что уже все настроено и при открытии канала связи окно развернется автоматически.
Так и случилось. Посреди тускло мерцающего дисплея вдруг появилась яркая точка, которая быстро росла и за секунду заняла собой все пространство дисплея. Это развернулось окно связи. И я увидела своих родителей. Папа и мама сидели, тесно прижавшись плечами друг к другу в какой-то крохотной клетушке, больше похожей на кабину лифта. Под потолком ярко сияла электрическая лампочка без абажура. И в этом ярком искусственном свете хорошо было видно, как постарел и осунулся отец. Какие заплаканные, ввалившиеся глаза у мамы. Она и сейчас тихо всхлипывала.
У меня сжалось сердце. Из глаз горохом покатились слезы. И так захотелось обнять их обоих. Прижаться крепко-крепко, и вдохнуть родной запах.
Папа с шумом выдохнул:
- Живая…
- Криска, родная ты моя! – Это уже не выдержала и в голос зарыдала мама. – Мы же тебя уже похоронили и оплакали! Доченька моя!
Папа шикнул на нее:
- Тише, Маричка! Живая она! А ты голосишь, как по мертвой! – И уже мне: - Рассказывай! Где ты? И когда домой собираешься возвращаться?
Я кое-как вытерла слезы, с трудом сдержав всхлип:
- Папа, мама, я в Первой Академии Звездного Альянса! Успешно сдала вступительные экзамены! И неделю назад принесла присягу! Теперь я курсант и полноправный гражданин Альянса! – И уже значительно тише добавила: - Меня теперь никто не сможет осудить за убийство соседа.
Воцарилась смущенная тишина. Мама прятала глаза. Папа горестно вздыхал. До меня стало доходить, что что-то не так.
- Мам? Пап? Что не так?
Ответил мне папа:
- Никто тебя судить и не собирался! Павел жив-живехонек! Примчался скандалить в ту же ночь, едва мы от Яна пришли. Я сразу к тебе кинулся в комнату. А тебя нету. А тут Маричка как заголосит! Записку твою нашла.
Папа ненадолго умолк, переводя дух, а потом продолжил:
- Я Павку чуть не прибил, все из него, сучьего сына вытряс! И как он тебя загнал на территорию старой промзоны, и как хотел поквитаться со мной за то, что я удачливее его. И тебя в жены ему не даю. Маричка нас водой холодной разливала, а то бы пришиб его, м…
Папа явно проглотил какое-то ругательство, но справился с собой и продолжил:
- Мы кинулись тебя искать. Но в полиции долго не хотели принимать заявление. Ты ж уже совершеннолетняя. А потом, когда приняли, почти сразу выяснили, что ты улетела с Земли. И сразу прикрыли дело. Мол, взрослая девка, сама способна отвечать за свои поступки. А мы и думать, что, не знали.
Долго мы тогда еще говорили. Вилльер тогда мне просто королевский подарок сделал – связь за счет Академии. Больше ни разу так долго с родными я не разговаривала. На прощанье папа мне сказал:
- Молодец, Крис! Я горжусь тобою, дочка! Теперь ты обязана закончить учебу самой лучшей!
Из воспоминаний я вынырнула рывком, поразившись странной тишине, царившей вокруг. Я оторвала взгляд от игривых струек фонтана и медленно огляделась вокруг. Интересно, что я уже пропустила?
Поблизости от меня стояли только курсанты с военного отделения. И все они, как один, встревоженно смотрели в мою сторону. И мне за спину.
Я напряглась. Нервы натянулись до предела, пока я медленно поворачивалась. Обернулась и застыла. Напротив меня, покачиваясь, как моряк на палубе корабля в штормовую ночь, стоял командор Тран. Очень пьяный командор Тран. Если судить по долетавшему до меня густому «аромату» крепкого алкоголя.
