— Как думаешь, почему за нами погоню не стали высылать? — спросила Энигма, когда мы в гораздо более бодром темпе вновь двинулись к дороге на Белую Речку.
— Они же знают, что мы теневики и двигаемся при нужде весьма быстро и незаметно, — пожал я плечами. — После отвлекающего удара от Римана у нас была слишком большая фора, чтобы спокойно восстановить ману, обойти Цагатт и вернуться в Лепесток с другой стороны. Максимум — их следопыты дошли до места, где я из ускорения вышел и упал. А дальше следы резко обрываются в тенях — и искать толку нет, если только всю округу прочесывать… но зачем? Скорее всего, они даже не подумали, что мы можем уйти прочь от города. К тому же полноценные поиски отвлекут от работ по зачистке руин города сразу пару сотен воинов — это не особо значительное замедление, конечно, но всё же…
— Звучит логично, — пробормотала девушка.
Спустя пару часов мы вышли на дорогу — разбитую, местами пыльную, а местами превратившуюся в грязное месиво, как и большинство проселочных дорог весной. Но даже такая дорога была лучше того чистого поля, по которому мы топали до этого — к тому моменту, как мы дошли, брызги весенней грязи уже покрыли нас ровной коркой по колено, отдельными языками дотягиваясь до бёдер. На дороге всё же было немного почище. К тому же участки с самой жестокой распутицей (в основном те, что лежали в низинах) мы просто перебегали в тенях.
Пользуясь возможностью, я продолжал тренировки заклинаний прямо на ходу. Без фанатизма, но времени было порядком, особых опасностей не предвиделось, а медитировать худо-бедно получалось даже не останавливаясь на привалы. Энигма тоже тренировалась, но куда меньше — большая часть её заклинаний была слишком низкого ранга и, соответственно, имела большой откат. Да и с её любимой специализацией уже всё было понятно — это я продолжал упорно двигаться в сторону максимального универсала, а она с куда большим энтузиазмом тратила ману на периодические рывки Рекой теней, заодно ускоряя наше передвижение.
К вечеру я, наконец, получил новый, десятый ранг Воздушного удара — и тот прошёл свою первую эволюцию. Примерно прикинув, сколько времени уйдёт на долгий путь до второй — а значит, и до навыка магии Воздуха, — я тяжело вздохнул. Вот что мне стоило уделять этому бесполезному заклинанию чуть больше времени, как той же Искре?
Ну, по крайней мере, первая эволюция принесла что-то более-менее полезное:
Шёпот Ветра:
Ранг заклинания: 0
Затраты маны: 120
Откат: 1 час
Длительность: 1 секунда
Дальность: 50 метров
Количество целей: 1
Стихия: Воздух
Кажется, именно это заклинание в своё время использовал Иней, когда координировал нашу совместную атаку на орочий отряд. Давно это было…
Ностальгически улыбнувшись, я взглянул на Энигму, ушедшую вперёд, пока я остановился, разбираясь с появившимся заклинанием. Поддавшись соблазну, активировал новое заклинание и поднёс руку ко рту, едва слышно прошептав:
— Сзади!
Мгновенно налетевший порыв ветра унёс шёпот вдаль — и Энигма, расслабленно шагавшая по дороге, резко дёрнулась. Прыжок вбок, уход в тень… и спустя мгновение сконфуженная девушка вывалилась обратно в реальный мир, осознав, что никакой опасности нет. А неплохо с ней Беорн поработал. Всё же для любого воина подход «сначала реагируй — потом разбирайся» — это основа основ.
— Что-то случилось? — невинно поинтересовался я, подходя ближе.
— Нет, — Энигма сверлила меня взглядом, полным нехороших подозрений, но предъявить ничего не могла. — Послышалось… что-то.
— Бывает, бывает, — сочувствующе покивал я, проходя мимо.
Жаль, конечно, что заклинание для меня скорее ситуативное. Оно куда лучше подходит для командных игроков, нежели для такого отъявленного одиночки, как я. Впрочем, польза от него будет в любом случае, и в самое ближайшее время — ведь это идеальное заклинание для Альта с Сильфией. Если у них нет аналога, то Шёпот должен их весьма заинтересовать. Глядишь, найдётся что-то интересное на обмен.
А спустя ещё пару часов, ближе к закату, мы наконец подошли к Белой Речке. Пересекли очередную рощицу, за которой должен был показаться город. И замерли.
— Какого…
Я не обратил внимания на ошарашенный возглас напарницы, внимательно осматривая поле битвы, раскинувшееся у стен города. Судя по всему, бой произошёл совсем недавно — буквально вчера, когда мы уходили из Лепестка.
Тяжёлый запах крови, смерти и дерьма, пропитавший всё вокруг. Мёртвые тела, скорчившиеся на чёрной земле. От неуверенной мартовской зелени не осталось ничего: все поле брани было перепахано солдатскими сапогами, обожжено, обморожено и искорёжено заклинаниями и залито почерневшей кровью. И на этом буром полотне копошились фигуры людей, медленно стаскивающих покойников в огромные кучи — судя по всему, заготовки для будущих погребальных костров. Попутно их освобождали от всех ценностей — часть оружия была вполне целой, да и большая часть элементов брони вполне годилась на повторное использование. С минимальной починкой, а то и вовсе без неё. А то, что было совсем в не кондиции — можно было переплавить. В ближайшее время у кузнецов Белой Речки будет очень, очень много работы…
— Неужели орки и сюда добрались? — потерянно прошептала Энигма.
— Не орки, — я медленно качнул головой и вновь зашагал к городу.
Спустя пять минут мои догадки подтвердились: мы подошли к первым трупам — собственно, основная их часть как раз находилась здесь, вдали от города — ближе к нему поле битвы уже более-менее расчистили. И среди погибших не оказалось ни единого орка. Зато среди десятков трупов в броне Левариса изредка встречались широкоплечие и низкорослые фигуры, закованные в глухие латы без особых знаков различия. И их количество… удручало.
— Как же нас расхерачили, — зло выплюнул я, насмотревшись на нерадостную картину. Подняв взгляд от земли, ускорил шаг. — Как детей. Потери десять к одному, если не хуже.
— Может, гномы часть павших с собой забрали? — негромко предположила Энигма, явно сама не особо поверив в такие расклады.
Я лишь покачал головой, не став комментировать её риторический вопрос. Тем временем, нас наконец заметили — от ворот, чавкая грязью, в нашу сторону направилась (весьма неторопливо, будем честными) донельзя утомлённая лошадка с всадником на ней.
— Кто такие? — хмуро воззрился на нас молодой солдат без доспехов и с раной на предплечье, довольно хреново перетянутой сомнительной чистоты бинтом. Я невольно поморщился, взглянув на это убожество — он сам себя перевязывал, что ли?
— Разведчики из Цагатта, — кратко представился я. — Хотели перехватить подкрепление, шедшее к нам, но теперь это, видимо, не имеет большого смысла.
Парень явно понял мои слова как-то превратно и, вместо того, чтобы представиться в ответ, вытащил меч из ножен, притороченных к седлу и процедил:
— Не заговаривайся, пацан. И вообще, что-то мне кажется, что вы дезертиры, а ни какие ни разве…
Договорить он не успел — я молча подпрыгнул на месте и отвесил ему такого смачного леща, что солдат выронил меч и упал лицом вперёд, уткнувшись в гриву своего скакуна. Флегматичная коняшка повернула голову и посмотрела на своего бессознательного хозяина, потом на меня… снова на хозяина… я прямо-таки видел, как в её голове неторопливо ворочаются шестерёнки, но дожидаться окончания процесса не стал. Ухватил коня за узду и потянул за собой, вновь направившись в город — на этот раз с обременением в виде чужой лошади и безвольно мотающейся туши солдата. Конь подчинялся неохотно, но против моей силы поделать ничего не мог. Хорошо хоть не кусался и копытами не дрался. Пыхтя от напряжения, я бросил Энигме:
— Подбери его меч, а то нехорошо как-то вышло.
— Нехорошо? — насмешливо уточнила девушка.
— Чуть-чуть. Но у него будет компенсация за моральные и физические страдания: я вылечу ему рану, — пожал я плечами. — Но не сейчас. А то очнётся ещё, орать начнёт…
