И тогда Крид почувствовал это.
Сила.
Огромная, древняя сила хлынула в него, как горный поток. Это была не магия Пустоты — та исчезла вместе с телом Нех’Тана. Это была его изначальная сила, магия, которую он создал сам, власть над кровью, душой и временем, очищенная от влияния Пустоты.
Крид упал на колени, задыхаясь от наплыва энергии. Его собственная магия крови резонировала с полученной силой, усиливая и преобразуя её. Кровь в венах загорелась, сердце забилось как молот по наковальне, а разум на мгновение коснулся чего-то бесконечного.
Он видел прошлое Нех’Тана — талантливого юношу, изучающего древние искусства, мудрого правителя, заботящегося о своём народе, отчаявшегося мага, пытающегося спасти умирающую жену с помощью запретной магии. И наконец — момент катастрофы, когда портал открылся не туда, куда нужно.
Он чувствовал горе мага за погибший город, его ужас от осознания собственной вины, его отчаяние от невозможности исправить содеянное. И тысячу лет медленного сумасшествия в объятиях Пустоты.
Когда поток видений иссяк, Крид медленно поднялся на ноги. Он чувствовал себя… изменившимся. Но при этом всё так же оставаясь собой и не изменив своим принципам.
Он посмотрел на место, где лежал Нех’Тан. Там не осталось ничего, кроме небольшого пятна более тёмной земли. Древний маг обрёл наконец покой, которого так долго искал.
— Спи спокойно, — тихо сказал Крид. — Твои грехи искуплены страданиями.
Он вложил меч в ножны и огляделся. Мёртвая пустошь по-прежнему простиралась во все стороны, но теперь она казалась ему менее угрожающей. Возможно, дело было в новой силе, которую он обрёл. А возможно — в том, что он совершил акт истинного милосердия.
Крид продолжил путь через серые земли. Впереди, где-то за горизонтом, его ждали ответы на вопросы, которые мучили его веками. И теперь у него была сила, чтобы эти ответы получить.
Он медленно шёл через пустошь, и с каждым шагом его решимость лишь крепла.
Крид шёл по серой пустоши уже несколько часов после встречи с Нех’Таном, когда услышал звуки, которых не должно было быть в этом мёртвом месте — голоса, ведущие оживлённую беседу на незнакомом языке. Звуки доносились откуда-то справа, из-за небольшого холма из серого песка.
Осторожно поднявшись на возвышение, Крид увидел странную картину. В небольшой впадине, словно в естественном амфитеатре, сидели два существа, явно не принадлежащие к человеческому роду. Они играли в какую-то настольную игру, используя фишки из костей и доску, начерченную прямо на песке.
Первое существо было высоким и худощавым, с кожей цвета обсидиана и рогами, закрученными как у барана. Одет он был в потрёпанный, но когда-то явно дорогой камзол тёмно-фиолетового цвета. Длинные чёрные волосы были собраны в хвост серебряной лентой.
Второе существо являло собой полную противоположность — невысокое, плотное, с красноватой кожей и маленькими рожками. На нём была кожаная жилетка поверх белой рубашки, а изо рта торчала дымящаяся трубка.
— Итак, Вэлтарон, — говорил красноватый демон скрипучим голосом, — ты снова проиграл. Это уже в седьмой раз подряд. Может, пора признать, что в Девяти Кругах ты играешь лучше меня только в шахматы?
— Заткнись, Грикс, — огрызнулся высокий демон изысканным баритоном. — Игра ещё не окончена. У меня есть запасной ход.
— Какой запасной ход? Ты проиграл все фишки!
— Могу поставить на кон свою часть контракта с тем купцом из Венеции.
— У нас нет больше контрактов, кретин! Мы застряли в этой проклятой пустоше уже два века! Все наши контракты давно истекли!
Крид не удержался от усмешки. Даже в этом богом забытом месте демоны умудрялись заниматься тем, что умели лучше всего — торговаться и ссориться.
Он спустился в впадину, не скрывая своего присутствия. Демоны мгновенно замерли, уставившись на него во все глаза.
— Приветствую, — сказал Крид. — Не ожидал встретить здесь кого-то живого. Или вы не совсем живые?
Вэлтарон первым пришёл в себя и поднялся, отряхивая камзол.
— Позвольте представиться — Вэлтарон Призывающий Сомнения, контрактный демон седьмого круга. А это мой… коллега Грикс Считающий Медяки, демон девятого круга.
— Эй! — возмутился Грикс. — Почему я коллега? Я старше тебя на три тысячелетия!
— Потому что старшинство тут ничего не значит, если мы оба застряли в одной луже, — парировал Вэлтарон.
Крид с интересом наблюдал за перепалкой.
— Что вы здесь делаете? — спросил он.
— Длинная история, — вздохнул Вэлтарон. — Мы были здесь по работе лет этак двести назад. Один наш… клиент вызвал нас для заключения контракта. Некий тиран по имени Акила Чёрное Сердце.
Крид насторожился.
— Акила? Расскажите подробнее.
— О, вы его знаете? — оживился Грикс. — Довольно неприятный тип. Хотел заключить сделку — душа в обмен на власть над армией нежити. Стандартный контракт, ничего особенного.
— И что пошло не так?
— Оказалось, что у него нет души, — объяснил Вэлтарон. — То есть совсем нет. Он продал её кому-то ещё задолго до нашего прибытия. А когда мы попытались расторгнуть контракт и уйти, обнаружили, что застряли в этой пустоше.
— Пустота не выпускает демонов? — уточнил Крид.
— Не выпускает никого, — подтвердил Грикс. — Кроме мёртвых. А мы, видишь ли, не можем умереть в привычном смысле. Можем только… прекратить существовать. Но для этого нужно, чтобы нас кто-то убил определённым способом.
— И какой это способ?
Демоны переглянулись.
— Ну, — замялся Вэлтарон, — существо должно обладать достаточной силой, чтобы разорвать нашу связь с Нижними Планами. И иметь соответствующие знания.
— Или, — добавил Грикс, — нас должен убить кто-то, с кем у нас заключён контракт. Тогда мы сможем использовать связующую магию, чтобы попасть в другой план.
Крид задумался.
— И сколько вы здесь сидите?
— Два века, три месяца, пять дней и примерно четырнадцать часов, — точно ответил Грикс. — Я считаю.
— И чем занимаетесь?
— Играем, — пожал плечами Вэлтарон. — Спорим. Рассказываем друг другу истории из прошлого. Пытаемся не сойти с ума от скуки.
— Говорят друг с другом о смысле существования, — добавил Грикс. — Это особенно забавно, учитывая, что демоны изначально лишены высших духовных потребностей.
— За два века я успел пересмотреть свои взгляды на многие вещи, — философски заметил Вэлтарон. — Оказывается, когда у тебя есть время — очень много времени — начинаешь задаваться вопросами, которые раньше казались бессмысленными.
— Например? — заинтересовался Крид.
— Например, правильно ли я живу? Приношу ли пользу мирозданию? Есть ли смысл в вечном обмане смертных ради удовлетворения их желаний?
Грикс фыркнул:
— Я говорю ему — мы демоны, у нас нет морали. Но он не слушает.
— А я говорю ему, — парировал Вэлтарон, — что отсутствие изначальной морали не означает невозможности её развития. За два века размышлений можно прийти к удивительным выводам.
Крид сел на песок рядом с игральной доской.
— И к каким же выводам вы пришли?
— К тому, что, возможно, стоит попробовать честную работу, — признался Вэлтарон. — Помогать людям, а не обманывать их. Заключать справедливые сделки вместо кабальных контрактов.
— Это ересь, — покачал головой Грикс. — Демон не может быть честным по определению.
— Почему не может? — возразил Вэлтарон. — Кто это определил? Может быть, мы просто никогда не пробовали?
— А вы что думаете? — обратился Грикс к Криду. — Может ли демон измениться?
Крид некоторое время молчал, обдумывая ответ.
— Я думаю, что любое разумное существо способно к развитию, — наконец сказал он. — Даже демон. Если у него есть желание и время.
— Видишь! — торжествующе воскликнул Вэлтарон. — Я же говорил!
— Хорошо, — проворчал Грикс. — Допустим, мы можем измениться. Но как нам выбраться отсюда? Мы пробовали всё — телепортацию, призыв других демонов, даже попытки самоуничтожения. Ничего не работает.
