Я вздохнула. Глупая, глупая, Зоя. Как в свои восемнадцать лет она не понимает, что с ней⁈ В наше время это далеко не секрет. Даже подростки знают последствия близости с мужчиной.
— Как давно у тебя были месячные? — уточнила я.
— Варя, — с укоризной сказала Зоя, — разве можно о таком спрашивать?
Я повторила вопрос.
— Я не знаю. Не слежу за ними. Давно, наверное.
— Что ж, поздравляю тебя.
— С чем? — не поняла Зоя.
— Очевидно, ты беременна.
Зоя побелела. Рыжие волосы, собранные в аккуратный пучок, оттеняли бледность кожи. Она потрясенно смотрела на меня, выпучив глаза и прикрыв рот ладонью.
— Этого не может быть.
— Вы с Димой предохранялись?
— Нет.
Господи, ну что за безответственность⁈ Хотелось встать и отвесить щелбан непутевой. Впрочем, чему я удивляюсь? Зоя ни капли не изменилась с момента нашего знакомства. Может, это и неплохо. Должно же быть хоть что-то стабильное в нашем мире.
И все же я была искренне рада видеть ее. Я подошла и обняла Зою за худые плечи, прижала к себе.
— Теперь у тебя будет маленький Дима, — сказала я, стараясь успокоить ее. — Такой же озорной и кучерявый.
Зоя обняла меня в ответ.
— А если будет девочка?
— Это еще лучше. Будет такая же красивая, как ты, — сказала я и подумала: «И глупая, возможно».
Я отстранилась и принялась разглядывать ее лицо, ставшее родным за совсем небольшой промежуток времени. Как бы там ни было, но эпидемия сплотила нас, совершенно чужих и разных людей. Но мысль о том, что Зоя станет мамой, казалась абсурдной — она сама еще была несмышленым ребенком, который даже не знает, откуда берутся дети.
— Ты живешь тут одна? — поинтересовалась я.
— Да, моя соседка съехала на второй день после того, как я поселилась тут, — беспечно ответила Зоя.
«И почему я не удивлена?» — подумала я, но вслух спросила:
— Где ты работаешь? — спросила я.
— Я не работаю.
— Тогда как ты тут живешь? Мне сказали, что каждый человек должен чем-то заниматься.
Зоя поправила платье, смахнула несуществующую пылинку и сказала:
— Я и занималась несколько дней. Пока мне не стало плохо. Потом я осталась тут. Кажется, про меня просто забыли.
— Ты хоть ешь что-нибудь? Вон, какая худая стала, — спросила я, чувствуя себя старшей сестрой, несмотря на те непростые отношения, что были между нами в прошлом.
— Немного. Тут есть всякие консервы. А еще я иногда выбираюсь в столовую.
— Тебе нужно хорошо питаться. Теперь ты несешь ответственность за того, кто живет внутри тебя.
— Варя, я все еще не могу поверить. Этого не может быть.
— Я тоже думала, что не может быть таких глупых людей, которые спят, не предохраняясь. Но видишь, как бывает.
Зоя задумалась, пропустив мою колкость мимо ушей. Я мысленно себя ругала за эти слова, но не могла изменить ставший привычным стиль общения с ней.
И все же она изменилась, уже не была той вздорной принцессой, которую порой хотелось придушить. Будь она прежней, давно бы требовала особняк и личного повара. А теперь живет в бытовке и не жалуется.
Мы еще немного поговорили, повспоминали прошлое, помечтали о будущем, и я ушла, пообещав себе, что буду чаще навещать Зою.
Однако это обещание не удалось исполнить.
Глава 8
Спустя месяц изнурительных тренировок, когда мышцы ныли от постоянного напряжения, а в глазах рябило от мишеней, Вета торжественно объявила:
— Пора проверить, чего вы стоите в реальном бою.
В тренировочном зале воцарилась тишина. Месяц безжалостной муштры, казалось, длился целую вечность. Каждый день начинался с рассветом и заканчивался, когда звезды уже вовсю мерцали в небе. Мы бегали, прыгали, отжимались, работали с оружием, отрабатывали приемы рукопашного боя до автоматизма. И вот, наконец, настал момент истины.
— Завтра вас ждет испытание, — продолжила Вета, — в ходе которого вам предстоит убить всего лишь одну тварь.
Звучало просто, но за этими словами крылась смертельная опасность. Я почувствовала страх перед неизвестностью и возбуждение от предвкушения реального боя. Мы так долго мечтали об этом дне, когда сможем доказать, что наши тренировки были не напрасны.
— Не питайте иллюзий, — голос Веты звучал жестко и требовательно. — Это не учебная мишень. Это живое, злобное существо, которое захочет вас убить. Оно не будет ждать, пока вы вспомните, какую стойку вам показывали, или какой прием отрабатывали вчера. Оно будет рвать, кусать, царапать. Ваша задача — выжить и уничтожить его.
Вета обвела нас взглядом, словно пытаясь оценить, кто из нас готов к предстоящему испытанию, а кто сломается. Я старалась не отводить взгляд, показать, что готова. Готова рискнуть всем, чтобы доказать свою ценность. Мои товарищи стояли рядом, лица напряжены, но в глазах горел огонь решимости.
— Вам будет предоставлено необходимое оружие и снаряжение, — продолжала Вета. — Но помните, никакая броня не спасет вас от глупости. Полагайтесь на свои навыки и на свою реакцию. Но перед этим вас ждет одно из немногих развлечений, что нам осталось.
— Будем заниматься безудержным сексом? — ухмыляясь, то ли в шутку, то ли серьезно спросил Руслан, чем вызвал очередное недовольство у Петры.
— Это тебе может только сниться, красавчик, — не теряясь, ответила Вета. — Сегодня вечером вы приглашены на вечеринку у костра. Ее устраивают рейнджеры. Хотя вас еще не приняли в их ряды, мне удалось выбить приглашение. Для вас это прекрасная возможность познакомиться с ними и пообщаться.
— Как это интересно! — воскликнула Петра.
— Скукотища, — одновременно с ней сказал Руслан с деланным безразличием.
Мне же идея понравилась. После долгих однообразных дней, посвященных только тренировкам, мне был необходим отдых.
— Мероприятие только вечером, — сказала Вета, проигнорировав возгласы учеников, — а сейчас бегом на пробежку и приступаем к занятиям.
В этот день Вета будто поставила перед собой задачу вымотать нас так, чтобы мы и думать не могли ни о каких вечеринках: мы бегали, приседали, отжимались, даже тренировались пользоваться мечами.
Герман периодически посещал наши тренировки. Вот и в этот день он вальяжно прохаживался между нами, то и дело тыкая меня носом, как маленького котенка, в совершенные ошибки. Иногда казалось, что он именно для этого и приходит — чтобы унизить меня. Его предвзятое отношение ко мне порядком надоело.
— А разве нам не нужно отдохнуть как следует перед завтрашним днем? — поинтересовался запыхавшийся Руслан, стирая тыльной стороной ладони пот со лба, когда Герман ушел.
— Если вдруг на тебя будут нападать твари, ты тоже попросишь их подождать, пока ты отдохнешь? — ядовито ответила вопросом на вопрос Вета. — Заткнули рты, девочки, и продолжили занятие.
Спустя несколько бесконечных часов мы вышли из зала и направились по домам. Петра, обычно собранная и целеустремленная, не смогла скрыть волнения. В ее глазах мелькнул испуг, который она тут же постаралась спрятать за маской сосредоточенности. Руслан же, напротив, казался воплощением спокойствия. На его губах играла презрительная усмешка, а в глазах плясали искорки вызова.
— Ну что, трясешься, ромашка полевая? — нарочито громко спросил он, подталкивая ее локтем.
Петра вздрогнула.
— Просто устала, — пробормотала она, потирая виски. — Оставь меня в покое!
— Как скажешь, героиня, — Руслан не сдавался. — Просто интересно, как ты собираешься воевать, если уже сейчас готова расплакаться?
— А ты, я смотрю, полон уверенности, Руслан? — прошипела Петра. — Только вот самоуверенность часто подводит в самый неподходящий момент. Боюсь, твоя бравада испарится, как только почувствуешь настоящий страх.
— Страх? — Руслан театрально рассмеялся. — Это слово не из моего лексикона, Петрушка. А вот у тебя, кажется, он вшит прямо в подкорку.
Я чувствовала, что нужно разрядить обстановку, пока она не переросла во что-то большее.
