— Похоже, здесь никого нет, — сказала Вета, заканчивая осмотр. — Паша, куда дальше?
Пока он напряженно изучал показания приборов, внезапный скрип металла заставил нас вздрогнуть. Мы замерли, прислушиваясь. Тишина снова накрыла нас, но ненадолго. Из-за угла ржавого автобуса медленно выступила фигура. Высокий, худой, с неестественно вывернутыми конечностями. На нем был яркий, потрепанный костюм клоуна — полосатые штаны, огромные ботинки и малиновый парик, который съехал набок. Его лицо было скрыто под слоем потрескавшегося грима и выглядело ужасающе.
Он двинулся вперед, его шаги были неуклюжими, но быстрыми. Его руки, с длинными, грязными ногтями, тянулись к нам. Из горла вырывался тот же хрип, теперь уже громче, настойчивее.
— Ненавижу клоунов, — тихо сказал Юра, прицеливаясь.
— Не стреляй, — приказала Вета. — Это привлечет внимание остальных.
— Возьму его на себя, — заявил Руслан, доставая нож.
Не теряя времени, он шагнул навстречу клоуну. Клоун внезапно бросился вперед, его движения стали резкими и быстрыми. Руслан едва успел увернуться. Грязные пальцы клоуна скользнули по его куртке. Он крутанулся на месте, пытаясь зайти сбоку, но клоун развернулся. Малиновый парик болтался, потрескавшийся грим делал лицо еще более жутким.
— Руслан, осторожно! — крикнула Маша, сжимая оружие.
Руслан не отвечал, сосредоточившись на противнике. Он сделал резкий выпад ножом, но клоун отпрыгнул назад. Его неестественно вывернутые конечности двигались с пугающей гибкостью. Но неожиданно он снова рванул вперед, на этот раз с еще большей скоростью. Руслан не успел увернуться. Худые, но сильные руки схватили его за плечи и притянули к себе.
Юра Шустрый не стал ждать приказа, кинулся на помощь. За секунду до беды, он, как тень, появился за спиной клоуна. В его руке блеснул нож — короткий, но смертоносный. В следующее мгновение лезвие вошло в затылок синего с глухим хрустом. Клоун замер, его тело на мгновение оцепенело, а затем он рухнул на землю, увлекая за собой Руслана. Юра тут же подхватил товарища, оттащив его в сторону.
— Все нормально, — коротко бросил Юра, оглядывая Руслана. — Жив?
Руслан, тяжело дыша, кивнул. Его лицо было бледным, но он быстро пришел в себя.
— Спасибо, братан, — хрипло сказал он. — Еще чуть-чуть, и этот урод…
— Не благодари, — отрезал Юра, уже поворачиваясь к остальным. — Двигаемся. Это место больше не безопасно.
Словно в подтверждение его слов, раздался низкий, протяжный стон. Он нарастал, превращаясь в гул, словно земля сама завывала от боли. Из-за углов, из-за разбитых окон, из-под обломков ржавых машин начали появляться фигуры в праздничных костюмах. Их было много — слишком много. Они двигались медленно, но неумолимо. Их голоса сливались в один жуткий хор.
— Уходим немедленно, — тихо, но решительно скомандовала Вета. — Паша, куда?
Паша наклонился над своими устройствами, его пальцы быстро скользили по кнопкам. Наконец, он указал направление.
— Туда.
Вета дала сигнал двигаться дальше. Мы обменялись взглядами и снова собрались в группу.
— Быстрее! — скомандовала Вета, и мы бросились вперед, оставляя позади ужасные видения и звуки.
Мы знали, что остановка сейчас равносильна смерти. И, шаг за шагом, мы пробирались вперед, надеясь, что вскоре достигнем цели.
Глава 18
Наш путь лежал в центр города.
Паша снова поднял бинокль и застыл, напряженно вглядываясь вдаль.
— Смотрите! — вдруг воскликнул он и указал на здание впереди. Оно выглядело менее разрушенным по сравнению с остальными. На крыше виднелись остатки антенн и даже какие-то конструкции. — Возможно, сигнал поступил оттуда.
— Там какое-то движение, — заметила Вета. — На тварь не похоже — слишком быстрый.
— Возможно, это тот, кому нужна была помощь, — предположила я.
Мы ускорили шаг, стараясь перебраться к точке назначения, не привлекая лишнего внимания бродящих по округе синих. Когда мы приблизились к зданию, я заметила, что дверь была приоткрыта. Вета жестом приказала нам замереть и осторожно подошла к входу, озираясь по сторонам. Она достала оружие — пистолет, который всегда находился у нее в поясной кобуре, и аккуратно заглянула внутрь.
— Маша, Даша, Юра — остаетесь снаружи, — тихо распорядилась она. — Варя — за мной, Руслан — замыкающий. Паша — держись между ними. Входим, — шепнула она, подавая знак, что можно заходить. Мы один за другим проскользнули внутрь здания, стараясь двигаться как можно тише.
Внутри царила полутьма, и наши шаги эхом отдавались от стен. В воздухе висел тяжелый запах запустения и сырости. Обстановка была напряженной, но слаженные действия нашей группы внушали уверенность. Мы тихо продвигались вперед, держась ближе друг к другу, готовые в любой момент отразить любую угрозу. Лучи фонариков метались по заброшенным помещениям, освещая обломки мебели, разбросанный мусор и таинственные символы, зловеще проступающие на стенах.
Вдруг впереди по коридору мелькнула какая-то тень, и все мгновенно замерли, прислушиваясь к каждому звуку. Напряжение, повисшее в воздухе, стало почти осязаемым. Вета жестом показала нам оставаться на месте, а сама осторожно двинулась вперед. Уже через пару шагов она резко остановилась, и я увидела, как она внимательно всматривается в темноту.
— Кто здесь? — строго, но негромко спросила Вета, держа пистолет наготове.
В ответ послышался легкий шорох, а затем тихий и испуганный голос, который, казалось, дрожал от страха или усталости:
— Пожалуйста… помогите.
Из глубины коридора неуверенно вышла девушка лет двадцати. Она была изможденной и явно напуганной, с растрепанными волосами и в грязной одежде. На лице застыло выражение надежды и отчаяния.
Вета убрала пистолет, бросив короткий взгляд на каждого из нас, словно убеждаясь, что мы также осознали, что девушка не представляла угрозы. Она подошла ближе и мягко спросила:
— Как тебя зовут?
— Катя, — она обхватила себя руками, словно пыталась согреться. Глаза ее бегали по нам, будто пытались найти кого-то конкретного. Слишком проницательный взгляд для запуганной девочки, подумала я. Она словно замечала мельчайшие детали, и я даже поймала себя на том, что невольно подтянула плечи и пригладила волосы. — Моя бабушка… Она больна… — голос ее сорвался, и она замолчала.
Паша поставил рюкзак на землю и начал рыться в нем, вытаскивая термос с чаем. Он передал его Кате, и она с благодарностью приняла, жадно отпивая еще горячий напиток.
— Где она?
Катя допила чай и вытерла рот рукавом. Она избегала наших взглядов, словно пыталась решить, стоит ли доверять. Постепенно ее дыхание выровнялось, и она уже более уверенно посмотрела на Вету, отвечая:
— Она там, за углом, в одной из комнат. Я пыталась найти помощь, подавала сигналы, но никто не отзывался, — голос ее дрогнул, и она судорожно вдохнула. — Пожалуйста, вы должны пойти.
Вета обернулась к нам с вопросительным взглядом. Что-то в Кате настораживало. Не было в ней детской наивности, только опытный взгляд, прикрытый маской страха. Но выбора у нас не было. Если там действительно больная старушка, мы не могли пройти мимо.
— Надо помочь, — сказала я, пытаясь придать голосу уверенность.
Паша молчал, а Руслан решил высказаться:
— А с чего бы нам ей помогать? — усмехнулся он, скрещивая на груди руки. — Вдруг случится как в плохих фильмах ужасов: ребенок ведет за угол, а там толпа головорезов. Ну или тварей в нашем случае.
— Руслан, — укоризненно покачал головой Паша. — Если бабушка действительно больна, мы просто обязаны ей помочь. Разве, не за этим мы сюда пришли?
— Чем мы поможем больной старухе? — не унимался Руслан. — Врачей я что-то здесь не вижу. Если только добить…
Вета резко повернулась к Руслану, и ее голос прозвучал с металлическими нотками:
— Достаточно! Мы здесь для помощи всем, кто в этом нуждается. Ты знаешь это так же хорошо, как и я. Если тебе не нравится наша миссия, можешь уйти.
