– Опасно, – отозвался мой сегодняшний напарник, отклеивая накладную бороду. – Но я уже настроил точку приземления и переключил управление на автопилот. Так что, даже если нас с тобой выведут из строя, эрши все равно долетит куда нужно.
– А там? – Я тоже стянула порядком надоевшие очки и парик и только улыбнулась, уловив удивленный взгляд мальчика.
– А там замкнутый защитный купол, охранники с кон-гайтами, – все так же веселясь, ответил Нир. – До вечера они как-нибудь продержатся. А потом явится грозный Алишер и все исправит.
– А он справится?
– Гай? Конечно. Это же его сила. Его энергия. А наш мальчик еще дар свой не контролирует. Так что не переживай, Сашка. Все будет хорошо. А уж сын с отцом как-нибудь договорятся.
– Какой еще отец? – выдал с заднего сиденья ничего не понимающий Миша. – Вы же обо мне говорите?
– О тебе, – кивнул Канир, обернувшись к парнишке. – Хочешь правду? Тогда держи себя в руках. Договорились?
– Говорите! – приказал Микаэль и явно подкрепил это слово своей энергией.
Меня передернуло, но Канир только отрицательно мотнул головой.
– Чтобы отдавать мне подобные приказы, тебе придется еще подрасти. Но я все же надеюсь, что мы останемся добрыми приятелями. И не нужно на меня так смотреть.
– Миш, давай я быстро все скажу, а ты просто это примешь как факт, – проговорила я, глядя на явно растерянного мальчика. – Нас отправил за тобой лорд Дайрон Алишер Эргай. Думаю, тебе знакомо это имя?
Тот кивнул и заметно побледнел. Кажется, он не просто слышал о Гае, а представлял его этаким монстром во плоти, в общем-то как и все жители моей прекрасной планеты.
– Ты – его сын. Единственный. До вчерашнего вечера он был уверен, что ты умер, едва родившись, – продолжила я. – Так ему сказали. Когда же узнал, что ты жив, сразу попытался найти способ забрать тебя к себе. Потому едем мы не в распределительный центр, а в другое безопасное место.
– А потом? – спросил откровенно напуганный мальчик.
– А потом будет видно, – ответил Канир. – И вообще, тебя зовут Микаэль.
– Я знаю, – напряженно проговорил ребенок. – У меня есть письмо от мамы. Там она обращается ко мне этим именем.
– Письмо? – удивленно хмыкнул мужчина. – А вот это уже интересно. Покажешь?
– Нет. – И столько в этом слове было решимости, что спорить Канир не стал. Но все же посчитал нужным сказать:
– Но Алишеру покажи. Для него это тоже важно. Между прочим, он очень любил твою мать.
После этой фразы в салоне эрши повисла тишина. Не знаю, почему молчали другие, но мне вдруг стало странно больно и обидно. А причина у этого состояния была одна – простое осознание, что, в отличие от почившей матери Микаэля, меня Гай вряд ли полюбит.
Да и о каких возвышенных чувствах может идти речь после всего одного вечера, проведенного вместе? И пусть умом я понимала, что меня не должны задевать чувства Гая к какой-то давно погибшей девушке, но сердце все равно гадко ныло. Да и теперь она перестала быть просто гипотетической бывшей возлюбленной, потому что на заднем сиденье сидело живое доказательство этой любви.
Глава 18
Месть
Приземлились мы через полтора часа после вылета во дворе какого-то шикарного дома. Глядя из окошка эрши на окружающий нас забор, я даже не сдержалась и присвистнула. Там было метра четыре – не меньше, да еще и с колючей проволокой поверху, и с камерами на каждом бетонном столбе. А еще по периметру дежурили военные. Много военных. Что просто не могло меня радовать.
– Успокойся, Саша. Это не по твою душу, – ухмыльнулся Канир, увидев мой откровенный испуг. Все же с некоторых пор при виде людей в форме меня начинало нервно потряхивать. – Тебя вообще кое-кто высокопоставленный обозначил как личного секретного агента. Потому просто веди себя естественно, словно все эти ребята – твои коллеги по работе.
– Легко тебе сказать, – ответила я, медленно выдыхая. – В тебя из конгайта не стреляли.
– Ты права, – ответил он, мгновенно став серьезным. – Но и я в них не стрелял.
После чего коснулся значка на голографической панели, и двери эрши отъехали в сторону. Да только ни я, ни Микаэль со своих мест все равно не сдвинулись.
– Выходите, бедолаги, – насмешливо бросил Нир. – Я, так уж и быть, не дам вас в обиду.
И тем не менее эрши мы покинули только после того, как вышел наш лейд. Я заметила, что мальчик почти взял меня за запястье, но в последний момент сам себя одернул. Тогда, решив, что вдвоем бояться не так страшно, я сама одной рукой обняла его за плечи и повела вслед за Каниром.
Микаэль беспокойно оглядывался по сторонам. Не знаю, правда, что нервировало его сильнее: шикарный особняк с парком, высоченным забором, бассейном за стеклянной стеной или множество военных, провожающих нас внимательными взглядами. Меня вот куда больше смущали именно люди. А дом? Ну да, большой, красивый, чужой. Но он, в отличие от военных, уж точно из конгайта в спину не выстрелит.
При появлении Канира все эти ребята в форме вытянулись по стойке «смирно», но на нас все равно взирали с недоверием. Нир на несколько мгновений остановился и приказным тоном сообщил подчиненным, что именно нас с Микаэлем им теперь придется охранять. Причем не просто следить за безопасностью особняка, а быть при этом крайне сосредоточенными и готовыми в любой момент отразить нападение.
– Что это за место? – шепотом спросил у меня мальчик, когда, оставив за спиной всех этих вооруженных мужчин, мы поднимались по полукруглым ступенькам, огражденным мраморным парапетом.
– Понятия не имею, – ответила, округлив глаза. – Но, кажется, нам с тобой придется провести здесь некоторое время. Так что давай попробуем просто наслаждаться. Я вот в подобных домах вообще никогда не бывала.
– Я тоже, – доверчиво ответил Микаэль и вслед за мной прошмыгнул в дверь.
Если снаружи этот особняк казался этаким дворцом миллиардера, то внутри все оказалось оформлено на удивление строго – в современном стиле минимализма. Дверей между комнатами не было, их заменяли широкие прямоугольные арки. А огромная гостиная с диванами, картинами, пуфами и низкими журнальными столиками больше напоминала фойе какого-то фешенебельного отеля. Не хватало только стойки администратора и нескольких циферблатов, показывающих время в разных городах мира.
Такими же арками были отделены библиотека, веранда, бильярдная, а вот в столовую вел проход поменьше. Каждый подобный проем украшался тонкой серебристой полоской. И что-то мне подсказывало, она там не для красоты. Возможно, именно с ее помощью здесь могли появляться какие-нибудь инопланетные двери?
Наверх вела широкая лестница цвета стали. Сами ступеньки оказались выполнены из неизвестного мне материала, похожего на смесь очень прочного пластика с пенопластом. И стоило наступить на первую, как вся лестница начала тускло светиться.
– Осматриваетесь? – донесся до меня голос Канира.
Он как раз вошел в дом и теперь стоял посреди гостиной. Но сейчас на его лице больше не было улыбки – ее заменило выражение полной сосредоточенности.
– Саша, я должен улетать. Дела не терпят отлагательства, – сообщил он, поймав мой взгляд. – До приезда Гая отвечаешь за Микаэля головой. Дом полностью в вашем распоряжении, но за его пределы не выходите.
– Что случилось? – спросила я, подходя ближе к Ниру. – Что-то серьезное?
– Случилось, – только и ответил он и, вздохнув, добавил: – Береги мальчика. Сейчас здесь безопасно, но ты сама знаешь, на что способны люди Джен.
– Да, но… – опешив, проговорила я.
Из слов Канира выходило, что Джен уже известно о местонахождении Мика. Но если это так, то…
От этих мыслей голова мгновенно пошла кругом. Слишком много в ней теперь вертелось догадок и ответов, рождающих еще больше странных вопросов. И они были такими, что мне стало дурно.
Я кое-как добралась до ближайшего кресла и, опустившись в него, попыталась успокоиться и разложить информацию по полочкам. Итак, Джен была уверена, что найти ее племянника не способен никто, кроме меня. И если теперь она думает, что мальчик у Гая, значит, считает меня предательницей. А это – приговор для моего брата.
