"Фантастика 2026-48". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Шер Вениамин

— Что-то не так, — прошептала она, сжимая в руках рукоять ножа. Нервно озираясь она искала источник звука.

Троица замерла, прислушиваясь к тишине, нарушаемой лишь их дыханием. Перед ними простиралось болото, и поверхность вдруг зашевелилась — казалось, что-то собирается вырваться из глубин.

Постояв так несколько мгновений, они продолжили путь, стараясь не обращать внимания на неприятное чувство опасности.

— Ещё метров пятьсот и выберемся, — наконец произнёс Саныч, покачиваясь на кочке. — Тут недалеко. Сразу за этой топью. Это самое неприятное место. За ним будет легче, — добавил он снова начав движение.

Когда почва под ногами перестала колебаться, словно надувная лодка, старик остановился. Утер пот со лба, для него такой ритм был непривычен.

— Дальше идите уж сами, тут недалеко, всего километр по прямой. Я вас подожду, но не дольше суток, — он улыбнулся, смотря на них, и сделал несколько шагов обратно, словно отступая в глубину тумана. — Удачи вам, ребята.

После метров семисот обоих сталкеров внезапно накрыл страх. Вдруг, как будто бы невидимая рука сжала их сердца, страх накрыл их обоих, холодный и беспощадный. Он пришёл внезапно, без предупреждения, словно сама Зона решила напомнить, кто здесь хозяин.

Сургут остановился, его ладони моментально покрылись холодным липким потом. Он почувствовал, как по спине пробежали мурашки, а в горле застрял комок. Его сердце забилось так сильно, что он почти слышал его стук в ушах. Разведчик оглянулся, пытаясь понять, откуда исходит угроза, но вокруг было тихо — слишком тихо. Даже ветер, казалось, замер, и воздух стал густым, словно сироп. Его разум начал лихорадочно работать, перебирая возможные причины: аномалия, выброс, или что-то хуже? Он сжал рукоять своего оружия, но даже это не придало ему уверенности. Страх был иррациональным, всепоглощающим, как будто сама Зона смотрела на него из каждого угла.

Девушка, шедшая рядом, тоже замерла. Её дыхание участилось, а руки начали дрожать. Она почувствовала, как её тело будто стало тяжелее, словно Зона пыталась приковать её к месту. Её глаза широко раскрылись, и она инстинктивно шагнула ближе к мужчине, ища защиты. Ей казалось, что за спиной кто-то стоит, что вот-вот чья-то рука коснётся её плеча. Беда попыталась сказать что-то, но слова застряли в горле. Её разум был заполнен образами самых страшных легенд Зоны, казалось за каждым кустом притаился страшный мутант. Она чувствовала, как её сердце готово вырваться из груди, а ноги стали ватными.

Сургут попытался взять себя в руки, но страх парализовал его, как будто Зона сама внушала ему, что он ничего не сможет сделать. Девушка закрыла глаза, пытаясь отогнать навязчивые мысли, но они только становились ярче. Они оба знали, что этот страх игра их разума. Аномалия пытается их отогнать. Но сил ему противиться не было.

И в этот момент, как будто в ответ на их страх, где-то вдалеке раздался странный звук — не то скрежет, не то шепот. Они оба вздрогнули, и страх, который уже начал немного отступать, снова накрыл их с новой силой. Они знали, что нужно двигаться, но ноги не слушались. Зона смотрела на них, и они чувствовали её взгляд на своей коже.

— Мы близко... — наконец произнёс Сургут сбивчиво. — Я чувствую её, — ему практически удалось подавить чувство ужаса рвущееся из груди. Хриплый голос напарника вывел Беду из оцепенения и она двинулась за ним. Словно непослушная кукла.

Аномалия явилась перед ними неожиданно. Вот они пробирались сквозь кусты, а вдруг очутились на поляне перед огромным бочагом, который бурлил, а в его недрах плавала огромная, почти прозрачная сфера. Она излучала волны панического ужаса, и хотелось нырнуть в воду, чтобы укрыться от этой жути, но Беда и сталкер знали, что это — верная смерть.

Девушка, прикованная взглядом к медленно вращающейся сфере, вдруг услышала печальный голос своего напарника за спиной.

— Прости меня, у меня нет выбора. — Он вытащил из рюкзака небольшой шприц, у него дрожали пальцы. — Мне нужно спасти дочь...

Она вспомнила свой ночной кошмар, но было уже поздно, её непослушное онемевшее тело падало в заботливо подставленные руки, а затем наступила темнота, нарушаемая лишь огненной болью. Она захлебнулась в крике...

Разговор

Сургут лежал на кровати, закинув руки за голову, в голове эхом звучали слова профессора Янпольского про активацию аномалии. Да, он принял верное решение, не стоит ни о чем больше думать, других вариантов все равно нет, не было и не будет. Мужчина снова посмотрел на потемневший потолок и вздохнул. «Беду жалко, но что поделать… Ничего тут не поделаешь».

В этот момент тишину раннего утра разорвал истеричный девичий крик. Кричала Беда, истошно, надрывно, словно ее живьем раздирали на тысячи кусков.

Сталкер подорвался с кровати: босые ноги неприятно обожгло холодом, но он не обратил на это внимания. Хлопнув дверью, выскочил в коридор, толкнул дверь комнаты девушки — заперто, отошел и с разгона высадил ее плечом: от удара все тело пронзило током.

Беда лежала на постели, ее тело выгибалось дугой, словно под электрическими разрядами. Сургут обхватил ее, прижимая к груди.

— Тише, девочка, тише, это просто кошмар… Все, все тише…

Затихшая было девушка раскрыла глаза, увидела Сургута и снова закричала от ужаса.

— Отпусти меня, не подходи, не смей меня трогать, ублюдок!!!

Мужчина отпрянул, поднимая руки. И правда, что могла подумать юная дама, когда, очнувшись, видишь перед собой здоровенного мужика в одних трусах.

— Нюта, это не то, что ты подумала, я не собирался ничего такого делать… — начал было Сургут.

— Я знаю, что ты задумал! — выкрикнула она в ответ.

— Да тише ты, у меня и в мыслях не было к тебе приставать.

— Зато убить меня мыслей много, да? — Беда упала на кровать, закрыв лицо руками, и зарыдала. — Ну а что, меня же не жалко, меня и в аномалию можно, подумаешь, мажорка всего то, сдохнет и не жалко, и пусть, — девушка захлебывалась слезами, обидными и горькими: она ему поверила, а он!

— Нютка, ты что такое несешь, кто тебя твою ж мать убивать собрался? Что ты себе уже придумала? — Сургут устало опустился на стоящий около окна стул и провел рукой по лицу.

— Ну а что не так, молчишь что тебе сказал профессор, дед тоже молчит, а я знаю, что аномалиям нужно жрать плоть, чтобы артефакт был, вот ты меня в нее и решил отправить, — снова всхлипнула Беда.

— Ну прости, что молчу. Там правда не все так просто, не хотел, чтобы ты переживала, — сталкер решил, что им и правда пора поговорить. — Да, Манку, как и любой другой аномалии, требуется топливо, плоть, но сойдет и просто кабан или собака, дед как раз обещал добыть псину. А из сложного… Манок – коварная аномалия, он действует на нервы, пси поле у него есть, им-то он и воздействует. Сейчас, подожди, — он встал и вышел из комнаты.

Зайдя к себе, натянул штаны и футболку, прихватил из рюкзака какой-то листок и вернулся к Беде.

— Слушай рассказ сумевшего выжить в этой дряни, — он откашлялся и начал читать.

– Когда я впервые подошел к этому месту, меня охватило странное ощущение. Вокруг царила тишина, но она была какой-то подавляющей, почти давящей. Я почувствовал, как сердце забилось быстрее. Сначала я не понимал, что происходит — страх был не просто предчувствием, он будто пронизывал воздух. Тогда я заметил, как тень на краю зрения заколебалась, как если бы кто-то или что-то наблюдало за мной. Я начал слышать шепот, который доносился из глубины сознания. Он говорил мне, что я в опасности, что кругом враги, что мир снаружи полон страха и ужасов. В каждой фразе ощущалось давление, которое заставляло меня погружаться все глубже в панику. Но затем, когда я немного приблизился, что-то изменилось. Внутри стало тихо, каждый шаг уносил меня дальше от этого внешнего кошмара. В тот момент, когда я пересек невидимую границу, ужас снаружи как будто растворился, и я столкнулся с ощущением — здесь мне было безопасно. Сначала это чувство было просто приятным — беспечность, уют. Я вдруг понял, что лишь здесь я могу забыть о том страхе, который до этого сжимал мое сердце. Чем дольше я оставался внутри, тем сильнее становилось это чувство. Я уже не слышал шепот извне, не замечал теней, меня больше не интересовало, что происходит с миром. Я был в полнейшей безопасности. Но потом я заметил, что эта безопасность обманывала меня. Спустя время я начал терять связь с реальностью. Я уже не мог точно сказать, сколько времени здесь провел. Мир за пределами аномалии стал казаться далеким, как будто он никогда и не существовал. Но и найти выход не мог.»