Жест был слишком фамильярным, чтобы быть просто дружеским. Хм. Что ж, хорошо ему.
— Я ищу Гришу, — начала я. — Мне интересно, где он? Мне сказали, что он здесь.
— Он будет рад тебя видеть. Ты — всё, о чём он говорил. Он хотел ворваться к тебе, но нам обычно «не разрешают» заходить в помещения, как будто колдуны могут нас остановить, — сказала Элисара с небрежным пожатием плеч. — Пойдём.
Элисара направилась прочь, уводя нас с Сайласом дальше от поместья.
Сады были украшены для вечеринки столь же роскошно, как и интерьер. Если целый дом не допускали внутрь, это объяснило причину. Небольшая группа людей стояла в центре садового лабиринта. Площадь доминировал большой фонтан, изображающий монстров и демонов, переплетённых друг с другом в запутанном и спутанном беспорядке. Одни были добычей, другие — охотниками, а некоторые, казалось, совмещали оба качества.
На вершине фонтана сидело существо с длинными тонкими конечностями и крыльями. У него были тарелкоподобные уши и укороченная морда. Это была гигантская человекоподобная летучая мышь.
И это был не единственный странный монстр во дворе. Другое существо выглядело так, будто наполовину было пантерой. Ещё одно напоминало собаку, скрещённую с ящерицей.
— Это мой народ, — сказала Элисара с ухмылкой, видя моё широко раскрытое от изумления выражение лица.
Это были оборотни. Одно дело — слышать, что они существуют; совсем другое — видеть их собственными глазами. Здесь также собрались люди, они пили и смеялись. У некоторых были рога, или хвосты, или крылья, или когти, или изогнутые ноги, как у зверя. У некоторых имелось сразу несколько перечисленных особенностей. Пока я стояла и наблюдала, одно из массивных существ у края двинулось, и на полушаге изменило форму, превратившись в человека, чтобы взять напиток у проходящего мимо официанта.
— Нина?
О, слава богу!
Я бросилась в объятия человека, который устремился ко мне. Я узнала его с первого взгляда, даже если он носил странную коллекцию обрывков кожаной одежды, а деревянная маска покрывала больше трети его лица.
— Гриша! — я чуть не разрыдалась от радости.
Сайлас потянул Элисару за руку, и они вдвоём отошли прочь, оставив нас с Гришей наедине.
— Ты в порядке! Ты в порядке. О, чёрт, я так волновался... — Гриша крепко сжимал меня и уткнулся головой мне в плечо. — Я пытался прийти, но меня сковали цепями, и они не слушали...
— Я так рада тебя видеть, — перебила я.
Я крепко держала его и пыталась удержать слёзы.
Наконец он отпустил меня, чтобы отступить на полшага, положив руки мне на плечи.
— Чёрт побери, Нин. Ты выглядишь, эм, ты неплохо выглядишь, — рассмеялся Гриша.
Это был всё тот же Гриша. Неспособный просто сделать кому-то комплимент. Он же, тем временем, был весь в синяках и царапинах. Вокруг его шеи красовалось красно-фиолетовое кольцо от чего-то, что было там затянуто.
— А ты выглядишь дерьмово. Что случилось?
— Я учусь. Это тяжело. Но я справляюсь.
— Я думала, ты окажешься слугой, — я потянулась и постучала пальцем по деревянной маске на его лице.
Судя по всему, ему было что скрывать под ней.
Он фыркнул и пожал плечами.
— Да, ну, я, похоже, кому-то пригодился, наконец-то. Нин, я вошёл в тот Источник, и внезапно всё обрело смысл. Всё. Не могу объяснить. Это как... я наконец-то узнал, кто я. Я наконец-то узнал, где моё место. И люди здесь? Они смотрят на меня, и впервые за всю мою чёртову жизнь я чувствую, что имею значение.
Максим обрёл цель. Суён обрела свободу. Гриша обрёл ценность. А я обрела живой кошмар. Я гордилась Гришей и, честно говоря, немного завидовала.
— Я рада, что у тебя всё хорошо, друг.
— У меня всё отлично. Это место довольно дикое, когда привыкнешь. Ты видела Суён? Чёрт. Как думаешь, мне теперь можно на женщин выть? — хихикнул Гриша, затем быстро сменил тему, увидев выражение моего лица. — Как ты? Я слышал о том, что произошло между тобой и Каелом, и теперь... ты здесь. Я слышал, Самир — тот ещё засранец. Но, в смысле, у тебя дела явно не так уж плохи.
Он посмотрел на меня сверху вниз и нахально ухмыльнулся.
Я шлёпнула ладонью его по груди.
— Козёл.
— Нет, серьёзно, как ты? — настоял Гриша.
— Я в ужасе. Я боюсь каждую секунду, что кто-то оторвёт мне руки.
Гриша шагнул вперёд и снова обнял меня.
— Я слышал, колдун сумасшедший. Он причинил тебе боль?
— Нет, — мне снова пришлось признать это вслух.
Самир не плохо обращался со мной. Не по-настоящему.
— Он просто... слишком много.
— Преуменьшение года.
— Вы все теперь принадлежите этому месту, — я обняла его и положила голову ему на плечо. — Вы все что-то здесь нашли. Я.… я знаю, что умру. Вопрос только в том, когда и что меня прикончит первым.
— Знаю, — Гриша всегда был плох в утешении людей.
Он никогда не был мастером пустых слов или поднятия настроения. Это был всё тот же парень. Всё ещё мой лучший друг. Почему-то это разбило моё сердце ещё сильнее.
— Моя госпожа, — кто-то прервал нас.
Я оттолкнулась от Гриши и обернулась, увидев слугу, одетого полностью в чёрное, кланяющегося передо мной.
— Хозяин Самир желает поговорить с вами.
— Вот, о ком речь, — вздохнула я.
— Увидимся скоро, — сказал Гриша, толкнув меня в плечо привычным жестом, хотя он должен был понимать, что никто из нас не мог сказать этого наверняка.
Я могла лишь слабо улыбнуться ему, когда отошла и последовала за слугой через сады обратно внутрь величественного поместья Самира, вверх по лестничным пролётам, и мы вернулись в бальный зал.
Самир стоял возле небольшой группы людей, одетых в белое, синее, фиолетовое и красное, каждый из которых слушал его речь с интересом. Он был одет в чёрный смокинг, который выглядел так, словно датировался рубежом веков. Его длинные чёрные волосы были собраны на затылке в хвост, хотя несколько прядей вырвались на свободу и упали вдоль сторон его чёрной металлической маски. Я осознала, насколько внушительным он мог быть даже в подобной ситуации.
Когда я приблизилась, все взгляды обратились ко мне. Господи, как же я ненавидела это ощущение. Самир повернулся ко мне с восклицанием «А!» и извинился перед остальными, прервав беседу. Он шагнул ко мне.
— Дорогая моя, ты выглядишь совершенно... восхитительно. Ты успела повидаться со своими друзьями?
— Да. Для меня очень много значила возможность увидеть их всех, — ответила я, глядя на него с улыбкой. — Не знаю, имел ли ты к этому отношение, но, если да — спасибо.
Самир склонил голову.
— Я подумал, что, возможно, это принесёт тебе немного душевного спокойствия.
Песня завершилась, и раздались вежливые аплодисменты как от танцоров, так и от зрителей, пока пары кланялись друг другу и сходили с танцпола.
Самир поднял руку ладонью вверх, прерывая мои мысли. Он протянул мне свою руку в перчатке, а не когтистый протез.
— Я хотел спросить, не станцуешь ли ты со мной.
— Я, эм... — я бессмысленно запнулась. — Я вообще не умею танцевать. Буквально, совсем. Я просто поставлю тебя в неловкое положение.
— Это не составит никакой проблемы, обещаю тебе, — в голосе Самира звучало глубокое веселье. — Возьми мою руку, и никто ничего не заподозрит.
Люди наблюдали за разворачивающейся сценой с неподдельным интересом. Я нервно сглотнула. Вот почему я никогда не записывалась на уроки актёрского мастерства — терпеть не могла быть на сцене, в центре внимания. Одна женщина склонилась к другой, что-то шепча ей на ухо, и я почувствовала, как краснеют мои щёки.
— Если это так, то я папа римский, — пробормотала я себе под нос. Самир не понял бы этой шутки, но какая разница.
Он терпеливо ждал, протянув руку. Даже музыканты смотрели на нас, гадая, выйдет ли их правитель на танцпол. Я поняла, что абсолютно все — буквально каждый человек в этом зале — замерли в ожидании моего ответа.
— Боже мой, — выдохнула я и вложила свою ладонь в его. Его пальцы сомкнулись вокруг моей руки, и он бережно повёл меня к центру зала.
