– Но ты не мстишь здесь! Ты лишь ломаешь судьбы, вершишь свою месть чужими руками.
Осознание происходящего давило на меня.
Я вспомнил всё. Как я наблюдал за травлей Джо, но ничего не делал и не разрешал Эду и Арчи вмешиваться. Мы просто проходили мимо него, предпочитая не замечать заплаканных глаз и молящего взгляда.
– Нет, я лишь наказываю всех тех, кто когда-то обижал слабых. Все эти девушки, которые стали королевами общества, заметными фигурами, – они все когда-то танцевали на гордости других, не замечая того, что втаптывают в грязь не только этих несчастных, но и самих себя. Я лишь ускорил их гибель, ведь рано или поздно у них в любом случае проснулась бы совесть… А тут пришла их жертва, пух – и всё! Ни тебе страданий, переживаний, пыток. Убийство для них было самым милосердным вариантом. Я не убивал их чужими руками, а лишь давал им свободу от бремени, которое они тащат за собой всю сознательную жизнь.
– А ты подумал о тех, кого ты настраивал против них? Что они будут чувствовать?
– Они будут чувствовать себя лучше, чем когда-либо! Вот представь, всю свою жизнь ты варишься в котле самокопания и боли, а тут – хоп! И ты всем им отомстил! И в голове у тебя больше не чешется, что они всё еще по земле ходят и радуются. И ты спишь спокойно…
– А ты знал, что Софья покончила с собой?
– Она еще до моего вмешательства была особенной… Я лишь знал ее историю и, как хороший врач, просто знал, на какие болевые точки давить, чтобы избавить ее от мучений. Так что тут я не только еще одного обидчика убрал, но и вам помог. Кто знает, что она могла наворотить в таком состоянии?.. Софья же молчала, не жаловалась, на эти ваши кружки взаимоподдержки не ходила. А жаловаться надо. Ведь если человек всё в себе держит, терпит, то всё! Точка невозврата. А пока человек плачется на свои горести, то у него всё в порядке! Софья же тем самым нулевым пациентом стала, а после нее моим девочкам легче убивать будет… Вот Мию же вы отпустили, поверили, а она сейчас еще погуляет и парочку неприятных личностей с собой прихватит, сил у нее много, да и грехов тоже…
– Каких грехов? – озадаченно спросил я.
– Ну ты что! Классику не читал, что ли? – обиженно посмотрел на меня Джо. – Все же всегда по этому плану идут, все наши кукловоды им следуют: зависть, гнев, похоть, ну и дальше сам знаешь…
– Софья была одержима завистью, а Мия – гневом?
– Сообразительный парень!
– А как же Крис?
– Тут гордыня в чистом виде! Я ее своими руками убрал, чего стесняться… Она же первой была, кто меня унизил своим отказом, вот и подвернулась под горячую руку, как ее рядом с тобой увидел.
– А Ронни?
– Тут уже можем записать как личное... Он же таким же, как и я, заморышем был, а ты ему тут такую жизнь, карьеру устроил… Вот мне и обидно стало за себя, дай, думаю, под шумок и его приберу.
Я начинал терять нить нашей беседы. Джо рассказывал всё, что мы так усердно искали, но я не видел общей картины. Да, обиженный парень, который хотел лишь чуточку любви и внимания, мотивация тоже понятна. Но что же он хотел этим доказать?
– Хорошо, зачем ты это всё делал, я понял. Но что ты хочешь? И зачем тебе сейчас я?
– О, создатель, я больше ничего не хочу… Даже если ты добавишь раскаяния в голос и попросишь прощения от имени всех моих обидчиков, – я поверю, но проигнорирую, поздно уже что-то менять. А вот с тобой ситуация более интересная, – ты много чего хочешь, но ничего для этого не делаешь! Я вот захотел мести – пошел и отомстил. А ты вроде и понимаешь, что весь этот мир принадлежит тебе, а управлять им не хочешь. Вот если бы ты сильнее желал, то уже давно бы и меня поймал, и Марси свою охомутал.
– А что, если я не хочу, чтобы всё так просто складывалось? Если я хочу просто ходить вокруг да около и вздыхать о чуде?
– Ну себе-то ты хоть не ври! – Джо тряхнул своим балахоном, подняв ворох пыли. – Да по твоей маниакальной физиономии видно, что тебя хлебом не корми, лишь бы похвалили, признали, погладили! Вот если ты действительно захочешь что-то сделать – ты возьмешь и сделаешь! Безо всяких прелюдий, хождения вокруг да около. Бери и делай!
И я снова выстрелил. В этот раз удачно. Ослепительная вспышка света заставила меня машинально прикрыть глаза. Я сжимал в руке ту ручку, что дал мне Дэйл, как запасное оружие в случае неудачи, уже планируя прыгнуть на Джо и воткнуть острый конец в его шею. Я где-то слышал, что к убийству нужно морально подготовиться, но сейчас понимал, что критическая ситуация работает лучше, чем годы подготовки. Ведь если боишься пролить чью-то кровь, то кто-нибудь обязательно прольет твою.
Стоило мне открыть глаза, набравшись решимости, как я увидел лежащего с широко открытыми глазами Джо, безжизненно смотрящего в потолок. Пыль улеглась, а лампа плавно качалась на проводе, освещая грязное помещение.
Устало опустившись на пол рядом с телом, я зажмурился, зарываясь пальцами в волосы. На меня нахлынула огромная усталость, я ощущал себя разбитым и потерянным. Эти игры разума, забытых моментов, ушедших воспоминаний словно открыли какую-то давно загноившуюся рану внутри, заставляя ее начать кровоточить. Я смотрел на неподвижного Джо и думал о том, сколько еще таких людей я забыл?
Как там говорят?
Прошлое лучше не помнить, а будущего лучше не знать.
А всё потому что прошлое всегда догоняет тебя в будущем и всплывает на поверхность тогда, когда ты этого не ждешь.
Поднявшись на ноги, я приблизился к Джо и вгляделся в лицо. Умиротворённое лицо, резкие черты лица, широко раскрытые глаза. Без тени сомнений я нагнулся к нему, чтобы закрыть их, но Джо резко дернулся и сел.
Я забыл, как дышать, и отскочил назад, сжимая ручку и в ужасе смотря на него. Вот его я точно не собирался оживлять, даже в мыслях не было.
– Джеймс-с? Какого чёрта тут происходит?
– Джо?
– Почему так болит голова или какой, твою мать, Джо?
– Аид?
– Нет, блин, Зевс! Помоги подняться, не то дорогу тебе в свой магазинчик перекрою…
Я с опаской протянул ему руку. Я читал и видел фильмы про одержимых, сущности и прочие мерзости, захватывающие сознание человека, но видя это вживую, понимал, как сильно ошибался в своих рассуждениях о подобных явлениях. Я ругал себя, что не понял сразу, как сильно изменилось лицо Аида после наших встреч. Сейчас его лицо источало уверенность и капельку презрения, та самая маска, которую он всегда с гордостью носил при мне, вернулась на место. В нём теперь не было маниакального блеска глаз, искривлённых губ и нервного тика. Что-то внутри меня твердило мне, что теперь передо мной настоящий Аид, без примесей.
– Аид… – начал было я, не зная как начать объяснения. – Если коротко, в вас вселился мстительный дух и управлял вами, внушая девушкам убивать, а потом, находясь в вашем теле, убил Крис, подругу Дэйла, и покусился на Ронни.
– Джейми, ты, случаем, не начал покупать сигаретки в непроверенных местах? – приподнял бровь Аид. – Ну или мы тут вместе головой стукнулись, хотя если учитывать, что я не помню, как мы здесь очутились…
– Вы, то есть Джо, притащили сюда Ронни, истязали его, а потом я появился. Если нетрудно, давайте выйдем отсюда и отправимся в отделение, мне не хотелось бы всю эту историю много раз повторять. Да и лучше будет, если мы с вами сами туда приедем, чем за нами оперативную группу отправят.
Аид задумчиво кивнул, осматривая свои окровавленные руки. Я сильно зажмурился, мечтая о том, чтобы появилась дверь наружу, и спустя пару секунду одна из стен озарилась голубым сиянием. Выйдя через нее, мы натолкнулись на занавески, за которыми скрывалась лавка «Аид и прочие».
– Так это была моя подсобка! – воскликнул Аид, хватая ближайшую бутылку.
Я благодарно принял мутную жидкость из его рук и, усевшись на бархатные сидения, закурил. Аид снова скрылся в подсобке, вернулся, скрылся опять и по возвращении упал в кресло, закрыв лицо руками.
– Кто бы это ни был, все мои запасы, бумаги и товар исчезли! – горестно произнес он. – И записи с дневниками, что самое важное!
